9
Например, в ответ на вопрос о будущем кино, председатель жюри последнего (июль 1995 г.) Московского международного кинофестиваля, голливудский актер. Р.Гир сказал: по-видимому, в XXI в. появятся иные формы развлечений.
10
Подр. см.: Фурсов А.И. Кратократия // Социум. — М., 1992. — № 8. — С. 117–121.
11
Часть I содержит главы I–XXXVI и стр. 1–181.
12
Речь пойдет в большей степени об историческом и общесоциальном аспектах. Социально-экономический — в более узком смысле — аспект рассмотрен в публикациях: Фурсов А.И. Взлет и падение перестройки // Социум. — М., 1992. — № 9–12; 1993. — № 25, 26/27, 28/39, 30/31; 1994. — № 32, 33.
13
Как поразительно чуток и точен русский язык! Не «русские капиталисты» и не «новые русские капиталисты». А — «новые русские». Иными словами, новое явление, новый элемент в Русской Системе: полубизнесмен, полубандит, полулюпмен, полуполитик. Короче, «полу». Полуподлец, «но есть надежда, что станет полным наконец». Вот эту потенциальную полноту, по-видимому, и фиксирует словосочетание «новый русский», некий, как сказал бы И.Бродский, «гражданин, достающий из штанин».
14
Крыштановская О. Мафиозный пейзаж России // Известия. — М., 1995. — 21 сент.
15
Эти строки писались в октябре 1995.
16
Подр. см.: Пивоваров Ю., Фурсов Л. Русская Система // Ру6ежи. — М., 1996 — № 1. — С. 45–69.
17
Мандельштам Н. Вторая книга. — М.: Московский рабочий, 1990. — С. 424.
18
Незашоренность, ясность и глубину мысли и понимания реальности чаще всего демонстрировали те, кто прорывался на стыках идеологических и политических традиций. Но именно их-то, как правило, не слышали, не хотели слышать; именно они, раздражавшие своим движением не по течению, а то и против него, оказывались невостребованными и забытыми. На первый план выходили пустышки научно-идеологического и политического мейнстрима.
19
Подр. см.: Фурсов А.И. Взлет и падение перестройки // Социум. — М., 1992. — № 9–12.
20
После революции аморальность и вседозволенность Старого Порядка сменяются аморальностью и вседозволенностью генетической фазы революционного порядка, а затем приходят новая мораль и «новая аскеза» — по крайней мере, внешне.
21
Руководители советского обществ «сталинского призыва», устроившие свой пир победителей на костях «ленинской гвардии», — это народ, воплотители народовластия, это выходцы из нарда, «русские джинны», уничтожившие выпустившего их из «народной бутылки» интеллигента («не буди лиха, пока оно тихо»). Брежнев, Хрущев, Подгорный, руководители уровней пониже — это и социокультурно и даже физико-антропологически народ, популяция. Разумеется, эти черты входили в противоречие с их властным статусом, но это было реальное противоречие, снятое в поколении (и поколением) горбачевых — впрочем, не до конца; что же касается нынешней «правящей элиты», то это во многом шаг в противоположном направлении.
22
Я благодарен Ю.С.Пивоварову, обратившему мое внимание на этот факт.
23
Иванов Г. Страх перед жизнью // К.Н.Леонтьев: Pro et contra. — СПб.: Изд-во Христианского гуманитарного ин-та, 1995. — Кн. 2. — С. 191.
24
Финал бывает только у систем. История людей, что бы ни писал Ф.Фукуяма, не кончается — не вообще, а в том смысле, что она не кончается вместе с историей системы.
25
Исламские «детали», например, не годились, равно как и буддийские, хотя и буддизм, и в еще большей степени ислам возникли как попытки преодолеть локализм. Но «внелокальность» еще не значит «универсализм».
26
Крылов В.В. О причинно-следственных и корреляционных зависимостях экономики, социального строя и надстройки; Неопубликованная рукопись. — М., 1974. — С. 2–3 (предоставлена мне автором).
27
Там же. — С. 5.
28
«Меняются седоки, а скачка прежняя» (И.Дедков: Из дневниковой записи и набросков последних лет) // Лит. газета. — М., 1994, № 52. — С. 6.
29
Наше время породило свой тип «чрезвычайки», причем оформленный в виде особого ведомства, — Министерство по чрезвычайным ситуациям (МЧС). Разумеется, это иной тип чрезвычайки, чем те, что занимают места в ряду «Преображенский приказ — ЧК/ГБ». Его задача — реагировать на чрезвычайные обстоятельства природного и антропогенного (социального) характера. И сам факт создания такого министерства, и время создания (момент падения коммунизма) очень показательны. Это значит, что черзвычайные обстоятельства в нашей жизни не только получили официальное признание, но и стали повседневной реальностью, заслуживающей создания особого ведомства. Все учащающиеся катастрофы свидетельствуют и о своевременности этого шага, и о том, что он вытекает из логики разложения коммунизма, лишний раз демонстрируя наше негативное вступление в энтээровскую эпоху. Раньше коммунистический порядок скрывал катастрофы, делал вид, что их нет (и отчасти их действительно было меньше, но только отчасти), а в какой-то степени и сдерживал чрезвычайные происшествия, поскольку по своей природе, по определению был чрезвычайной системой, призванной решить чрезвычайную микросоциальную ситуацию, сдержать ее. Он и возник как система такого рода. Рухнул коммунизм, и тут же пришлось создать чрезвычайное ведомство — гора родила мышь? Рухнул коммунизм, и словно вырвались на волю бесконтрольные силы общества и даже природы. В любом случае МЧС фиксирует новую ступень в развитии чрезвычайных органов Русской Системы, «русского чекизма», о котором мы с Ю.С.Пивоваровым писали в «Русской Системе» (см. «Рубежи». — М., 1995, № 5. — С. 35–39). И как знать, не предвосхищаем ли мы в данном случае мировое развитие чрезвычайных органон, оказываясь опять «впереди планеты всей» по любимому виду «спорта» — чрезвычайке.
30
1) Brown P. The making of late Antiquity. — Cambridge (Mass.): Harvard Univ. press, 1977. — P. 15.
31
2) Там же. — Р. 11.
32
1) Mattelart A. Les nouveaux scenarios dc la communication mondiale // Monde diplomatique. — P., 1995. — Aout. — P. 25.
33
Debray R. Le pouvoir intellectuel en France. — P.: Ramsay, 1979. — P. 273.
34
1) Подр. см.: Блум Ф., Лейзерсон А., Хофстедтер Л. Мозг, разум и поведение. — М: Мир, 1988. — С. 192. Связь между буквенным письмом, с одной стороны, и бикамеральностью мозга и обусловленным ею культурно-психологическим типом — с другой, неожиданным и интересным образом ставит проблему социальной психологии народов с иероглифическим письмом. Возможны ли превращение социального индивида в личность и переход от «культуры стыда» к «культуре совести» на, так сказать, иероглифической основе?
35
1) Подр. см.: Саган К. Драконы Эдема. — М.: Знание, 1986.
36
2) Агрессивные действия составляют один из доминирующих, если не доминирующий, аспект виртуальной реальности, мира киберпространства компъютерно-приставочных игр. «У московских детей развивается «инстинкт убийцы»», — радостно пишет «Вечерняя Москва» от 24.IX.95, рекламируя игры серии «Инстинкт убийцы», — в рубрике «Дайте прочитать детям и внукам». Газета представляет шестерых убийц-бойцов (рост, вес, киллерские способности). Например, Спинайд; «Забывший все о своей прошлой жизни, он одержим лишь одной мыслью — убивать». И тут же газета обещает: «В следующем выпуске рубрики мы расскажем об остальных персонажах этой замечательной игры». Итак, будущие социорептилии, вперед, в киберпространство.
37
1) См.: Плюснин Ю. Проблемы биосоциальной эволюции. — Новосибирск: Наука, 1990. — 239 с.
38
1) Степун Ф. Бывшее и несбывшееся. — М.: Прогресс-Литера; СПб.: Алетейя. 1995. — С. 513.
39
2) Хотя Хрущев уже стремился производить хорошее впечатление на Запад, его импульсивность вкупе с памятью о военной победе гасили и нейтрализовали это стремление; прорывалось естество: «мы вас похороним», «кузькина мать» и т. д. Отсюда — Карибский казус.
40
1) В частности мемуары Г.Киссинджера дают несколько отличных иллюстраций этого комплекса, его развития.
41
1) Следует помнить и то, что советские руководители 60–80-х не могли получить — негде было — такое образование, как лидеры большевиков и советские вожди 20–30-х, создавшие определенную интеллектуальную традицию и инерцию, которые действовали, затухая, вплоть до 50-х. Хотя, разумеется, интеллектуальный и образовательный уровень большевиков не стоит преувеличивать, но разница, скажем, между Сталиным и Брежневым была существенной.
