них.
– Да, – отвечаю ему я. – Что за вопрос, конечно, да. – То, что он мне нужен – это еще мягко сказано. Может быть, мне стоит приберечь это заявление для человека, ради которого я сюда пришла, а не для каждого встречного. Парень вскидывает бровь, явно размышляя, стоит ли ему сообщать о местонахождении своего коллеги. Впервые в жизни я чувствую себя самой собой, без тени смущения. Свободной и слетевшей с катушек.
– Кто его спрашивает?
– Невеста его покойного брата. – Повисла пауза. – О! А также его бывшая девушка. – Снова прерываюсь и хмурюсь. – Надеюсь, и его нынешняя девушка тоже. Если все пойдет как надо.
Один из мужчин обращается к двум другим:
– Я знал, что он любит эксцентричных, но это уже перебор.
Они смеются. Мне по фигу, что они думают. Я просто хочу его найти.
Наконец, парень с планшетом дергает подбородком в сторону воды.
– Видите вон тот погрузчик?
– Ага.
– Джо там, внутри. Удачи в попытках завоевать его внимание. Он слушает рок на полную.
Я бегу туда с огромной улыбкой на лице, потому что это так похоже на Джо. Слушать агрессивную музыку, поднимая тяжести. Прежде чем увидеть Джо, я мельком замечаю желтый погрузчик. Чем ближе я подбираюсь, тем больше Джо предстает передо мной. Он выглядит подавленным, глубоко нахмурился, губы поджаты. Никогда в жизни он не был так красив, как сейчас. Вот он в доках, перед судном, разгружает огромные ящики. И вот я уже собираюсь подойти к нему, как вдруг между мной и погрузчиком возникает какая-то женщина.
– Извините, но это частная собственность.
– Я понимаю, но видите этого парня позади вас? – Я указываю на него через ее плечо. – Он – любовь всей моей жизни, и я непременно должна сказать ему об этом.
Меня распирает от волнения, я жду, что она скажет: «Оу, как мило» и «Почему ты так сразу не сказала?» Скажет, чтобы я убралась с дороги. Пожалуйста, кто-нибудь может, наконец, подарить мне хотя бы один приятный момент в жизни, хотя бы на секунду ощутить себя как в кино?
– Вы про кого? Про Джо? – Она бросает взгляд на погрузчик, потягивая жвачку. – Ну, вы можете сказать ему об этом с того места, где стоите. Но посторонним вход воспрещен, мэм. Мы разгружаем здесь дорогостоящие вещи.
– Вы серьезно? – прорычала я. – Я же не собираюсь ничего воровать.
– Вот и я так же не собиралась вчера красть целую упаковку крекеров. Но украла. Человеческая натура переменчива. Так что оставайтесь здесь и зовите его.
Когда я вижу, что с ней бесполезно договариваться, я начинаю вести себя как невменяемая. Думаю, я заслужила это после всего, через что я заставила пройти Джо.
Я прикрываю рот рукой и приступаю к делу.
– Джо! Джозеф!
Он не слышит меня. На нем огромные наушники.
– Джо! Эй! Сюда! Джо! Джо-о!
Я начинаю бежать по траектории, параллельной движению погрузчика. Он продолжает заниматься своими делами, не обращая внимания. Поднимает ящики. Ставит их в другое место. И так по новой.
– Джо! Эй! Э-эй!
Чувствую, как на меня насмешливо смотрят десятки глаз. Вот все находящиеся поблизости работники, кроме Джо, уловили, что я пытаюсь привлечь его внимание. Я продолжаю бегать в том же направлении, что и Джо, и не свожу с него глаз до тех пор, пока не сталкиваюсь с огромным ящиком и не падаю на землю.
– О-о-о.
Именно это сейчас и привлекло его внимание. Наверное, это из-за того, что я стукнулась о металлический ящик. Джо снимает один наушник и поворачивает голову. Он прищуривается, затем хмурится. Не думаю, что он особо рад меня видеть. Мое сердце щемит.
– Эвер, – обращается он ко мне холодным тоном.
– Джо! – простонала я.
Я все еще лежу плашмя на земле. Джо глушит погрузчик, но не делает ни шагу в мою сторону. У меня такое чувство, что он по-прежнему подозревает, что я пришла сюда лишь для того, чтобы еще одним оригинальным способом сказать ему, что мы никогда не сможем быть вместе. Не обращая внимания на нашу растущую аудиторию и смущение, которое я, должно быть, вызываю у него, я встаю и отряхиваю с себя пыль.
– Джо, я вернулась. – Я развожу руки в стороны, улыбаясь как идиотка.
– Ага, вижу, – выражение его лица мрачное.
– Может, поговорим?
Он вскидывает бровь.
– Ты ведь не собираешься сбежать от меня посреди нашего разговора? Судя по всему, ты в этом мастер.
– Сжечь ее! – Женщина, которая доставила мне неприятности, теперь насмехается надо мной.
Качаю головой, понимая, что заслуживаю всего этого и даже больше.
– Я обещаю не убегать, разве что если ты попытаешься меня убить, то… и за это я тебя тоже винить не стану, если говорить по-честному. Даже в этом случае я бы дала тебе фору.
– Плохая новость: ты не выбралась из своей конуры. Хорошая: твое предложение меня заинтересовало. – Он спрыгнул с погрузчика, сложив руки на груди.
Он звучит бездушно. Отдаленно. Будто все давно уже пропало. Он ни в чем и не виноват. Полюбить меня оказалось сущим кошмаром. А он все равно любил меня.
– Я долетела сюда в бизнес-классе, – неловко хихикаю, закрывая лицо ладонями.
– Да уж. – Он вздергивает бровь. – Зачет тебе за такое решение. Только зачем?
– «Зачем», ты еще спрашиваешь? – я смеюсь про себя, в бешенстве и отчаянии, что так долго шла к нему. – Да потому что я тебя люблю. Я не хочу снова потерять тебя. Никогда больше. По дороге сюда я прочитала об эксперименте Курта Рихтера, – рассказываю я ему. – И я теперь знаю все об этом опыте. Дикие крысы боролись за существование. Они были такими зверюгами. Долго не сдавались. Вот и ты моя крыска, Джо. Вот и я хочу, чтобы ты стал моей крыской. Я клянусь, что больше никогда не посажу тебя в глубокое ведро с водой. Отныне мы там будем плавать вместе.
Я всматриваюсь в его лицо. Меня волнует лишь его реакция, а не массовое публичное заявление, которое я только что озвучила. Он пару раз хлопнул глазами, как бы впитывая только что услышанное. Он все еще стоит у погрузчика. Как минимум в пяти метрах от меня.
– Чем этот раз будет отличаться от всех остальных? – настаивает он. – Откуда мне знать, что ты не уйдешь от меня завтра же? Или послезавтра? Или вообще через месяц? Я не хочу так больше, Эвер. Не могу отдать свое сердце в твои скользкие руки.
– Так они больше не скользкие! – я полуумоляюще вскидываю руки вверх. – Клянусь. Крепкие, как у хирурга.
