разрыв и война
сильнее, чем ведется с меньшевиками»[848].
Богданов же стоял на своем и утверждал, что положение марксизма о революционности задач является одной из составляющих частей пропагандистской работы, и принципиальность нужно проявлять в вопросах нетерпимости «к врагам, а не к своим»[849].
Владимир Ильич был крайне возмущен такой позицией Богданова и его приверженцев и не скрывал своего раздражения. Идеи Богданова разделяли многие революционные деятели Петербурга и Москвы. Богдановская позиция имела под собой веские основания, базирующиеся на многолетнем опыте: пропагандистам было хорошо известно, насколько малоэффективной оказывается работа с малосознательными элементами без реализации революционно-просветительской программы. А постоянная смена тактики в партийном сотрудничестве никак не способствовала повышению авторитета партии, потому что зачастую на местах не понимали мотивацию. Ленин любое проявление несогласия со своей позицией воспринимал крайне негативно, потому что понимал: вслед за Богдановым найдутся и другие несогласные с ленинским стилем руководства, которые смогут заявить, что ленинцы извратили основы марксизма, исковеркали их и деформировали – дай только свободу действий этому «махисту» и возможность свободно излагать свои убеждения, и он своими ревизионистскими «идейками» взорвет фракцию изнутри.
Как только начала издаваться «Правда», Богданов сразу же обратился в редакцию с предложением напечатать его роман «Инженер Мэнни». Об этом романе позднее Ленин в письме Горькому сказал следующее: «Тот же махизм = идеализм, спрятанный так, что ни рабочие, ни глупые редакторы в “Правде” не поняли»[850]; при этом «“Правда” дала о нем сочувственный отзыв»[851], «когда он вышел книжкой»[852].
Но роман, отосланный Богдановым в редакцию «Правды», не спешили печатать, хотя друзья-посредники говорили Богданову, что роман понравился и рабочим-депутатам, и членам редакции. Богданов не был в курсе того, что произошло нелепое стечение обстоятельств, поэтому неверно истолковал ситуацию. Он пишет: «В тот момент я смог сделать только один вывод – что руководители газеты моего сотрудничества не хотят; а отсюда и другой – что рабочие не вполне хозяева <…> своей газеты»[853]. После начала редакцией «Правды» подписной кампании в числе сотрудников газеты напечатали и имя А. А. Богданова. Впоследствии он писал, что воспринял это как издевательство и начал требовать от редакции объяснений[854].
Как оказалось впоследствии, произошло недоразумение. Редакция хотела сотрудничать с Богдановым и искренне предлагала работать. Богданов удивился этому, но все же согласился на сотрудничество[855]. Таким образом, протокольный казус был разрешен. В январе 1913 года «Правда» опубликовала письмо с согласием Богданова о сотрудничестве с газетой[856]. Ленин назвал это письмо «архиглупостью»[857] и немедленно отправил в редакцию «Правды» послание, в котором выразил возмущение по поводу письма Богданова, назвав его наглым и глупым[858].
Ленин считал, что Богданов снова вмешивается в партийные дела своими рассуждениями о полезности выдвижения одного кандидата от рабочих на выборах в IV Думу, а не двух социал-демократов, соперничающих между собой. В примечании к письму Богданова редакция газеты сообщила читателям, что соглашение на эту тему не состоялось «по вине ликвидаторов»[859]. В свою очередь, Ленин выдвинул обвинение против редакции газеты в том, что они нарушают условия, словно издеваются[860]. Вместе с тем он категорически требовал, чтобы его письмо было передано лично издателю «Правды» депутату Бадаеву. Еще одно требование Ленина заключалось в том, чтобы газета больше не печатала таких вещей «без сношения»[861].
Впоследствии Лениным была предпринята еще одна, более корректная, попытка лишить Богданова мандата сотрудника социал-демократической прессы. Ленин обратился к Н. Г. Полетаеву, издателю газеты «Звезда», и предупредил его, что «с Богдановым, например, невозможно и сотрудничество: это ясно из его новых произведений»[862]. В примечании к этим строкам содержалось следующее сообщение: «В 1913 году А. Богданов начинает издавать свою работу “Всеобщая организационная наука (Тектология)”, представлявшую собой дальнейшее развитие эмпириомонистической точки зрения»[863].
Несмотря на такие эмоциональные выпады со стороны лидера большевиков, «Правда» не прервала сотрудничества с Богдановым, наоборот, газета в 1913 году в № 87 напечатала его «Очерк о системе Тейлора», в номерах от 24 февраля, 24, 28 апреля и 5 мая 1913 года появились статьи «об “иностранных словах”, в которых выяснялись основные понятия общественно-классовой борьбы и жизни[864]: «Политика», «Тактика», «Партия», «Класс» и «Программа». Богдановым была подготовлена еще одна статья, под названием «Идеология», которая и стала главной предпосылкой нового отлучения ученого.
Все началось с заявления В. И. Ленина в редакцию газеты «Правда», сделанного в мае 1913 года: «А богдановская “Идеология”, наверное, ересь: обещаюсь вам доказать это точно!»[865] Ленин, еще не прочитав статью, знал, что начнет боевые действия. Однако для этой цели он предполагал использовать Алексинского, на которого должен был повлиять Каменев. Идея, возникшая при написании письма Горькому зимой 1913 года (февраль), о том, что Алексинский начал отделяться в политике от Богданова[866], зрела постепенно. В апреле того же года Ленин задал Каменеву вопрос, есть ли у него возможность устроить для общего разговора тактичное тет-а-тет с Алексинским[867]? А уже в конце апреля Ленин сам нашел вариант такой встречи: «Надо помочь депутатам писать речи. Сядьте сами и посадите Алексинского. Удобный повод Вам: напишите ему pneu (по пневмопочте), как сотруднику “Правды”, и устройте свидание»[868]. Ленин дал Каменеву прямое поручение и подробные инструкции, что и как тот должен сказать Алексинскому: «…или ты восстаешь в печати и против философского <…>, и против отзовистского крыла “Впереда”, ты заявляешь – была в этой группе и философия реакционная и политически-анархистская тенденция. Я (Алексинский) рад, что от них избавился».
В этом эмоциональном протесте Ленина угадывается следующий подтекст. В первую очередь, позиция Ленина и позиция партии – это равноценные понятия; во вторую очередь, другая позиция, которая не совпадает с точкой зрения партии и Ленина, подлежит цензуре; в третью очередь, положительный отзыв об Алексинском являлся поводом для скорого самоуничтожения группы в атмосфере подозрительности и вражды. Таким образом, Ленин, говоривший об исчезновении «впередовства», будет прав и в глазах партии, и в глазах ее оппонентов.
Насколько ошибочной являлась тактика Ленина, можно судить только по ее результатам, так как он в то время верил, что действует в интересах дела. После закрытия «Правды» (18 июля 1913 года) постановлением Санкт-Петербургской судебной палаты по требованию министра внутренних дел Н. А. Маклакова все открывавшиеся большевистские газеты, которые сменяли одна другую («Рабочая Правда», «Северная Правда», «Правда труда», «За Правду»), придерживались ленинской позиции, поэтому осуществить задуманное не составляло особого труда.
А. А. Богданов продолжал считать,
