крыльцо. Громкий треск раздался в лесу, и Уильям увидел, как исчезает верхушка дерева. Он бросился бежать в том направлении.
На той стороне ручья он увидел Мари. Она колотила о бревно одного из приспешников Амелии. Вампир рухнул на землю с криком боли после того, как она вонзила в него ветку. Но, несмотря на травму, поднялся как ни в чем не бывало и вновь набросился на нее.
Он потянулся к Мари и, схватив ее за ноги, повалил на землю. Затем, обхватив вампиршу за лодыжки, потащил ее, пока она не оказалась под ним. Отступник резко развернул ее и повалил на спину.
Мари извивалась, а вампир, сидя верхом, избивал ее.
Уильям нагнал их. Схватив отступника за шею, он пнул его. Затем снова схватил и, швырнув о дерево, оглушил врага. Но на этом Уильям не остановился. Он сорвал толстую ветку и, вонзив ее в грудь вампира на уровне сердца, не переставал давить до тех пор, пока жизнь не покинула раненое тело.
Затем подбежал к Мари.
– Ты в порядке?
– Да, – прохрипела она.
Уродливый укус на горле Мари начал заживать. Она потеряла много крови и была слаба. Девушка посмотрела брату в глаза.
– Беги, беги! – взмолилась она, указывая на заросли.
52
Кейт шла, то и дело спотыкаясь о корни и камни. Амелия нещадно тянула девушку за руку, заставляя ее подниматься каждый раз, когда та падала на землю.
– Шагай! – закричала вампирша, когда Кейт поскользнулась на траве.
– Ты делаешь мне больно.
– И ты думаешь, что мне не плевать?
Кейт стиснула зубы и проглотила всхлип, почувствовав, как ногти Амелии впиваются ей в кожу. Вампирше нравилось причинять девушке боль, и Кейт не хотела давать ей лишнего повода для ликования. Она посмотрела на небо: буря набирала силу, ветер крепчал. Еще один толчок, и Кейт застонала, почувствовав, как что-то хрустнуло в плече. Если Амелия продолжит в том же духе, то в конце концов сломает ей руку.
Послышалось журчание воды. В голове пронеслась мысль, что они, должно быть, недалеко от реки.
Куда Амелия тащит ее?
Возможно, туда, где никто никогда не сможет найти ее тело. Глаза Кейт наполнились слезами, боль в груди не позволяла ей вздохнуть полной грудью. Она была напугана до смерти.
– Я отрежу тебе руки, – отчеканила Амелия, обнажая клыки, – Так поступают с теми, кто берет то, что им не принадлежит.
– Я ни у кого ничего не брала.
– Еще как брала, наглая девчонка! – с ненавистью прошипела Амелия. – Ты осмелилась положить глаз на моего мужа и заплатишь за это.
– Ты давным-давно бросила его. Ничто не связывает его с тобой.
Амелия остановилась и в ярости повернулась к Кейт. С шипением она вонзила ногти в ее руку, а другой рукой схватила девушку за лицо и прижала к себе.
– Он мой и только мой. В глазах Бога и людей, пока смерть не разлучит нас. К несчастью для тебя, мы бессмертны! – голос Амелии был низким и нежным, резко контрастируя с безумием и возбуждением, которые плескались в ее глазах. – Ты – просто игрушка в его руках. Развлечение. Или ты действительно думаешь, что он влюблен в тебя? – она пренебрежительно рассмеялась. – Он вернется ко мне, мы связаны узами, силу которых тебе никогда не понять.
Амелия снова подтолкнула ее, заставляя идти.
– Но ты пришла, чтобы убить его! – возразила Кейт.
– Верно, но я передумала. Увидев его снова, я вспомнила старые добрые времена. Уильям всегда был внимательным и угодливым любовником. Я скучаю по этому, – сказала она, надувшись.
Желудок Кейт сжался при мысли о том, как близок был Уильям с ней, но девушка отбросила жгучую ревность. Амелия всего лишь цеплялась за иллюзию, искаженную ее поврежденным рассудком.
– Куда ты меня ведешь?
Амелия взглянула на нее через плечо и приподняла одну бровь.
– К той прекрасной, темной, глубокой реке.
В нескольких метрах от них показалось русло реки, озаренное молниями.
– Что ты собираешься сделать со мной?
– Вопросы, вопросы, сколько вопросов! Все смертные такие любопытные? – раздраженно спросила она и, схватив Кейт за шею, толкнула к краю ущелья, по которому протекала река. – Я выпью твою кровь. Затем утоплю твое тело там, где его никто не найдет. Не останется ничего, что Уильям мог бы вспомнить.
Кейт решительно взглянула на Амелию. Краска исчезла с ее лица, а волосы торчали дыбом из-за электричества, скопившегося в атмосфере. Тем не менее девушка вызывающе вздернула подбородок.
– Для кого-то, кто считает, что я для Уильяма – лишь развлечение, ты слишком сильно стараешься.
Пощечина Амелии заставила Кейт выплюнуть последнее слово.
– Не используй на мне свою идиотскую человеческую психологию!
Глаза Амелии вспыхнули при виде кровоточащей раны на нижней губе Кейт. Вампирша схватила ее за шею и вдохнула запах металла. Затем открыла рот и, выпустив клыки, набросилась на нее, как змея.
– Амелия! – голос Уильяма был подобен грому.
Амелия повернула голову, не выпуская добычу.
– Отпусти ее, – попросил он с напускным спокойствием.
– И что ты сделаешь, если я не подчинюсь? Убьешь меня… снова?
Лицо Уильяма на секунду дрогнуло, и Амелия ухмыльнулась, довольная, что смогла задеть его чувства. Вина всегда будет его слабостью.
– Это между нами.
Амелия наклонила голову и прикусила губу, обольстительно улыбаясь.
– Мое предложение остается в силе. Ты и я, снова вместе, и целый мир у наших ног. Я сделаю его твоим.
Ее слова обволакивали, словно мед, и обещали неведомое искушение.
Кейт вздрогнула, тоже зачарованная тоном ее голоса, как мотылек светом. На мгновение она усомнилась в решимости Уильяма и испугалась, что он уступит. Но он лишь высокомерно улыбнулся. Нечто темное и опасное зашевелилось в глубине этих глаз, что-то, чего не было ни у человека, ни у вампира.
– Ты не можешь предложить мне то, что и так принадлежит мне. Или ты забыла, кто я?
Амелия на мгновение закрыла глаза. Гнев и разочарование разгорались внутри нее, словно облако газа, готовое взорваться.
– Но я могу предложить тебе кое-что еще, – ее голос переполняла чувственность, словно он был соткан из серебряных нитей. – Ты все еще любишь меня, Уильям. Более века ты преследовал меня с одержимостью, граничащей с безумием. Что это, если не любовь?
– Искупление, – ответил он скорее с болью, чем с гневом, – Я искал искупление за все зло, что причинил, позволив тебе жить.
Амелия хмыкнула и, вскочив позади Кейт, схватила ее голову обеими руками. Один маленький поворот, и она сломает ей шею.
Страх пронзил сердце Уильяма, и он сделал шаг вперед.
– Не
