велеть ему в Рыльску сбиратца рязанских и заоцких городов с ратными людьми с конными, а собрався из Рыльска итти к Киеву к нему ж».
Как «ходил» воевода рязанских и «заоцких ратных людей» к Киеву и «ходил» ли вообще, разрядная книга не сообщает. Но, видимо, действовал он энергично и успешно, потому что в 1679 г. Борис Шереметев был назначен «товарищем» в большой полк боярина и воеводы князя Черкасского, назначение важное и почетное. Напомним, что ему исполнилось только 27 лет…
А спустя 2 года Борис Шереметев возглавил только что образованный Тамбовский городовой «разряд» – целый военный округ. Вскоре ему предстояло боевое крещение: крымский хан напал на «украины». Во главе 3 рейтарских и 7 солдатских полков новый разрядный воевода поспешил в Козлов, навстречу татарам, и отогнал противника.
Успешные действия на южной границе были высоко оценены в Москве. В 1682 г., при восшествии на престол малолетних царей Иоанна и Петра, Борис Шереметев был неожиданно пожалован в бояре. «Служба» его круто изменилась: из воеводы Борис Шереметев надолго превращается в дипломата.
Он активно участвует в многочисленных переговорах с австрийскими и польскими посольствами в 1685–1686 гг. о военном союзе и «Вечном мире». После заключения мира он пожалован званием ближнего боярина и наместника Вятского и вместе с окольничим Чаадаевым направлен к польскому королю «для явственного и совершеннейшего выразумения о договоре»; именно ему поручено получить от короля «подтверждающую грамоту» и проехать дальше, в Вену, к императору Леопольду I.
В декабре 1687 г. боярин и воевода Борис Шереметев был назначен главой Белгородского «разряда», командующим войсками, собранными для обороны южной границы. 17 декабря он выехал в город Севск, поближе к своим полкам. Первый Крымский поход обошелся без него, но готовить новый поход предстояло воеводе Шереметеву…
Алексей Семенович Шеин, правнук героя Смоленской обороны, был на 10 лет моложе – он родился в 1662 г. Мальчика очень рано «взяли ко двору», и с 1672 г. его имя постоянно упоминается в разрядных книгах при описании различных придворных церемоний: он «наряжал вина», «смотрел в государев стол» при торжественных обедах, стоял рындой на приемах иноземных послов, сопровождал царя в «походах» по пригородным селам и монастырям. В этом нет ничего удивительного: Шеины принадлежали к одному из 16 знатнейших родов России, представители которых имели право получать боярские чины, минуя обычную ступень окольничего. В 1680 г. Алексей Шеин упоминается уже среди «комнатных стольников». Это была вершина юношеской придворной службы, после которой они отправлялись «в полки», или, как исключение, воеводами в маленькие города.
Алексей Шеин стал таким исключением. В 1680 г. он получил назначение воеводой в Тобольск. Пожалуй, лучшую жизненную школу трудно было найти. За тысячи верст от Москвы, от въедливой опеки приказных дьяков, тобольский воевода являлся полновластным правителем огромного края. Помощи и подсказки ждать не от кого, надеяться можно только на себя. Шеин пробыл воеводой в Тобольске почти 2 года.
Вернувшись в Москву в начале 1682 г., он сразу занимает почетное место в государственной и придворной жизни. 12 января вместе с другими придворными «чинами» подписывает соборный приговор об отмене местничества. Весной поднимается на ступень, которой достигали очень немногие, – получает чин боярина.
Через 17 дней умер царь Федор Алексеевич, но Алексей Семенович Шеин остался «ближним человеком» и при новых правителях. В коронационных торжествах он занимает видное место.
Великая честь – стоять рядом с государями во время венчания на царство, блестящие перспективы придворной карьеры сулила эта близость. Но Алексей Семенович Шеин был прежде всего воеводой, и именно так на него смотрели «сильные мира сего». И еще оценивали как верного человека, которому можно поручить самое ответственное и щекотливое дело. Осенью 1682 г., когда царевна Софья покинула Москву, оказавшуюся во власти восставших стрельцов, и начала собирать дворянское ополчение, воевода Шеин был послан в Коломну – собрать и возглавить коломенских, рязанских, тульских и каширских дворян и «детей боярских». В 1683 г. Шеин поехал воеводой в Курск, и не с обычным «наказом». Ему предстояло «устроить слободами» на южном рубеже несколько стрелецких полков, высланных из Москвы. В таком деле мало быть только воеводой, требовались и способности политика, потому что стрельцы, крайне недовольные отправкой из столицы, еще помнили те времена, когда они диктовали свою волю боярам и даже самой царевне Софье. Алексей Шеин выполнил это поручение и возвратился в Москву.
В 1684 г. мы вновь видим его на южной границе. Алексею Семеновичу Шеину поручено осмотреть пограничные крепости, оценить их состояние, подготовить к обороне. Такие «объезды» поручались самым опытным и доверенным воеводам, таким, например, каким был в прошедшем столетии Михаил Воротынский. Но за плечами Воротынского стояли десятилетия службы на «крымской украине», а Шеину едва исполнилось 22 года.
В исторических источниках нет данных, которые объясняли бы столь стремительный взлет юного воеводы. Может, рано проявившиеся способности полководца выделяли его из множества отпрысков знатных боярских фамилий?
Не будем гадать, личность проявляется через деяния, а об этом свидетельства современников, пусть и скупые, сохранились…
Для Алексея Шеина, как и для Бориса Шереметева, первой большой войной стали Крымские походы. В дальнейшем их судьбы, причудливо переплетаясь, пройдут через все военные события последнего десятилетия XVII в.
О предстоящем походе было объявлено в сентябре 1686 г. Всем «ратным людям» приказано готовиться и ждать указа о выступлении на сборные пункты. В октябре прошло назначение воевод в полки. Главнокомандующим стал князь Голицын с громким титулом «Большого полка дворового воеводы, царственные большие и государственных великих дел сберегателя и наместника Новгородского». В «товарищах» у него оказались воеводы А.С. Шеин, князь В.Д. Долгоруков и окольничий Л.Р. Неплюев. «Ратные люди» получили приказ собираться в полки в Ахтырке, Сумах, Хотмышске, Красном Куге. Посланы были грамоты на Дон и в Запорожскую Сечь: казачьи полки должны были действовать на флангах.
Русская армия состояла из большого полка и четырех разрядных: Севского, Низового (Казанского), Новгородского и Рязанского.
Новгородским разрядным полком, состоявшим из нескольких солдатских, драгунских, рейтарских и стрелецких полков, а также сотенной дворянской конницы, командовали боярин и воевода А.С. Шеин и князь Д.А. Барятинский.
Первый Крымский поход был неудачным, русская армия даже не дошла до Перекопа, хотя ее численность была значительной (до 100 тыс. человек). Имена Алексея Шеина и Бориса Шереметева в «разрядах» этого похода не упоминались: видимо, воеводы еще не играли самостоятельной роли. По-иному было во время Второго Крымского похода (1689 г.).
Если в Первом Крымском походе, который фактически обошелся без крупных полевых сражений, воевода Алексей Семенович Шеин почти незаметен, как, впрочем, и другие русские воеводы (все они находились при главнокомандующем, внутри подвижной крепости), то во втором, когда
