Внутри, помимо бумаг, доверенностей и документов на недвижимость, он с удивлением нашёл небольшой кулёк с двумя пистолетами, чьими-от серёжками, золотые часы, цепочки…
— Ты чё, обокрал кого-то?.. — пробормотал Джек, рассматривая часы. Одни из часов явно принадлежали женщине или девушке, остальные были мужскими.
Томас имел много секретов, однако он никогда ими не делился. Бывало, оговаривался насчёт чего-то между делом, но дальше обычно не уходило. И никогда он не упоминал о своём прошлом, оставаясь для всех всё тем же потерянным человеком без прошлого. Кассандра предполагала, что таким образом он старался защитить тех, кто остался в той жизни, или же наоборот, спрятаться от неё.
Только вот от кого он прятался или кого пытался защитить, было вопросом.
Немного порыскав в сейфе, он вытащил и другие интересные вещи. Если конкретнее, две фотографии, на которых были изображены сначала четверо, а потом и пятеро человек. Какой-то жиробас, стервозного вида девчонка, девчонка в чёрных очках и два парня: один явно со двора, а второй ничё такой, обычный подросток.
Судя по всему, они были или в клубе, или в каком-то ресторанчике. Точнее Джек сказать не мог. Кто-то из прошлого? Друзья? Семья? Непонятно… Возможно, стоило это показать Кассандре, а она уже решит, стоит ли копать в этом направлении или нет. Хотя…
Джек положил фотографии обратно — не имело никакого значения, кто на этих фотографиях. Может позже он пробьёт их всех по базам, но ему хотелось… чего именно? На этот вопрос у него не было ответа. Ему не хотелось абсолютно ничего, кроме того, чтоб изобрести машину времени, вернуться назад и сказать Томми держаться подальше от дороги. И тогда сейчас всё было бы заебись — они бы праздновали рождение сына и не парились ни о чём, кроме Маркуса. Ведь всё вышло уже на прямую! Строили торговый центр, дома, разрабатывали план по закупке оружия, хотели попробовать в чистом бизнесе себя, а тут…
Всё покатилось к чертям…
Ещё и Мария, эта… дура всё конкретно подпортила, сведя всю борьбу и жертвы Томаса к нулю. Взяла и смоталась в Испанию к этому придурку. Кассандра сказала, что скорее всего она хотела как лучше, чтоб защитить хотя бы то, что осталось, но у Джека было ощущение, что их всех поимели. Это же надо было так! Они, чьорт, жопу рвали, чтоб защитить её, Томми вообще пизды героической прописали, а Мария, когда уже столько потерь из-за неё пережили, взяла и смоталась! Обесценила всё пережитое! Так какого, спрашивается, хуя она раньше не смоталась и не избавила их от этого?!
Джек со злостью вспомнил, как ему позвонили на телефон и сообщили эту чудесную новость. Он ещё подумал в тот момент, что звонят явно с неприятными новостями.
— Да, — вздохнул он. — Радуйте меня полностью.
— Это Рок из охраны в пентхаусе, — ответил голос немного напряжённо. — Боюсь, радовать нечем.
— Чего вам? Бля, только не говори, что на вас напали… — простонал Джек.
— Нет, но Мария только что умчалась.
— Чего? — он аж чуть не сел. — Чьорт, куда?
— Да хрен знает, но там парни за ней поехали, и она, кажись, в аэропорт едет.
— Чьорт… — выдохнул Джек. — И вы её не остановили? Как она съебалась-то? ВЫ нахуя там вообще находитесь, суки?!
— Ну… мы охраняли, Гурман, — стал испуганным голос охранника.
Для многих уже не было секретом, что Джек имеет импульс. Как и не секрет, что он успел разобраться со Скрипкой, который считался если не самым сильным, то одним из. К тому же, история его лёгкой победы обрастала интересными подробностями, большинство из которых сводилось к одному — он сделал это едва ли не с закрытыми глазами. А учитывая характер Джека, многие теперь боялись, что вот такая вот вспышка его негодования, и уже они будут валяться на полу в луже крови.
Интереснее было то, что очень многие теперь ждали Кассандру из больницы, надеясь на то, что она, как и раньше, будет служить предохранителем для Джека, не давая ему разойтись. И пусть сам Джек не был рад подобной репутации, по крайней мере это поможет ему удержать власть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Чем чьорт вы охраняете?! Жопой?!
— Гурман…
— Я тебя с дерьмом сожру, если вы не поймаете её! — рявкнул он. — Как чьорт она смоталась?! Вас же там двое у двери!
— Она выскочила и сказала, что что-то с Эйко! — тут же быстро начал он рассказывать. — Парни тут же рванули к ребёнку. Чьорт, да грудью готовы были встать, если понадобится, Гурман. Отвечаю! Я уже скорую вызвал! А она в этот момент, когда все пересрались, прыгнула в лифт, села в машину и угнала!
— Так вы её догнали или преследуете?
— Она был на… Lamborghini Мясника…
— Бля-я-я… — теперь-то было ясно, как она так быстро свинтила от них. — И вы её не догнали, — подытожил он. — А как поняли, что в аэропорт?
— В ту сторону ехала, — тут же ответил Рок.
— Ясно… ладно, берегите Эйко, позовите няню или кого-нибудь, кто сможет с ней управиться. Я потом решу, что делать. И чтоб там всегда был кто-то и не сводил глаз с няни, ясно? Лучше два.
— Всё будет, босс. Два или три даже поставим, — тут же быстро отозвался Рок. — Всё будет!
Вот так их опрокинула Мария. Да, может ради каких-то благих намерений, но всё же. С одной стороны, она закончила эту войну, с другой — все жертвы коту под хвост. Или псу?
Джек вздохнул, крутясь на стуле в кабинете.
И в этот момент зазвонил телефон.
Он вздрогнул, стал по привычке оглядываться, ища взглядом Томми, но потом цыкнул, вздохнул и поднял трубку.
— Да, кто? — вздохнул он.
— Добрый день, Джек, этот Нинг. Я хочу встретиться.
— Захуй? — тут же вырвался у него вопрос. Нинг ему не нравилась от слова совсем. По многим причинам, главной из которых была её «мутность», о которой он твердил Томми.
— Думаю, ты знаешь причину. Адрес у тебя есть. Я буду ждать. До свидания.
Джек недовольно глянул на трубку в своих руках, после чего вздохнул.
Не, он, конечно, идиот, но понять, что эта ведьма хочет отдать Соню, он мог. И им придётся водиться с этой ядерной машинкой для уничтожения человечества. И с сожалением и неприязнью к самому себе, словно Джек предавал дорогого ему человека, ему пришлось признать, что Соню он видеть не желает. Просто потому что не испытывает к ней никаких чувств, кроме страха, и не уверен, что сможет с ней справиться. Всё же Томми — это Томми, а он…
И Джек снова вернулся к тому плану, что скользнул в его голове. Целитель может излечить любую кашу, как говорят люди, а что касается остального? Что насчёт этого «Я»? Его уже не восстановить ведь, как у людей, которым хорошенько стукнули по голове, и они стали немного… дебилами. Но Томми тоже что-то да рассказывал ему, поэтому…
— А, чёрт… всё пиздец, как и всегда… — вздохнул он, вставая из-за стола.
* * *
Сегодня выписывалась Кассандра, и, по идее, он должен был встречать её, но Джек подумал, что решить кое-какие вопросы куда важнее.
Приехал он к ведьмам не один, а сразу с группой людей, которые в случае чего смогли бы поддержать его. Томми вливал в их приют деньги, и Джек не собирался прекращать этого, считая, что занятие это хорошее — если можешь, почему бы и не помочь? Но сейчас он готовился применить данный факт как элемент давления на эту Нинг.
Оставив свою вооружённую братию на улице, он вошёл во двор и огляделся. Вздохнул поглубже и подошёл к двери. Постучался. Прислушался.
Джек практически проговаривал все свои действия про себя от волнения. Ничего с собой не мог поделать — не привык он вести переговоры. Это Томми постоянно со всеми разговаривал, а у Джека от страха начинал сразу язык заплетаться. Единственное лекарство от этого — нагнетать самого себя. Наезжать, если по понятному. Только вот что-то в Джеке подсказывало, что сейчас наезд ни к чему хорошему не приведёт. Он пришёл сюда торговаться, а не заставлять.
Поэтому, когда ему открыли дверь, Джек начал открывать и закрывать рот, пытаясь подобрать слова. Это выглядело слишком нелепо, и Джек это понимал, почему начал краснеть. Увидь сейчас его кто-нибудь и от позора не отмоешься.
