44 Священный Собор… Деяния. Кн. IV. С. 8.
45 Там же. Кн. III. С. 227.
46 См.: Титлинов Б. В. Указ. соч. С. 106–107.
47 Текст послания Тихона см: Священный Собор. Деяния. Кн. VI Вып. I. С. 4–5.
48 Там же.
49 Текст декрета и его анализ см.: Персии, М. М. Отделение церкви от государства и школы от церкви в СССР. М., 1958. С. 98— 100.
50 Церковный вестник. 1918. № 9—10. С. 49.
51 Введенский А. И. За что лишили сана бывшего патриарха Тихона. М., 1923. С. 41.
52 См.: Плаксин Р. Ю. Крах церковной контрреволюции: 1917–1923 гг. М., 1968. С. 92–93.
53 Цит. по: Там же. С. 94.
54 Цит. по: Там же. С. 94–95.
55 Кандидов Б. П Церковь и гражданская война на Юге. М., 1931. С. 34.
56 См.: Обвинительное заключение по делу граждан: Беллавина Василия Ивановича, Феноменова Никандра Григорьевича, Стадницкого Арсения Георгиевича и Гурьева Петра Викторовича по 62 и 119 ст. ст. Уголовного Кодекса. М., 1923. С. 14–15, 17.
57 Церковная жизнь. 1918. № 17–18. С. 95–97.
58 Обобщающие материалы по истории вскрытия мощей см.: Революция и церковь. 1920. № 9—12. С. 72–82.
59 Священный Собор… Деяния Кн. VI. С. 202.
60 Плаксин Р. Ю. Указ. соч. С. 140.
61 Послание епископов-староцерковников, признающих ВВЦС, собравшихся в Донском монастыре г. Москвы 11–13 мая 1927 г. «Ко всем верным чадам святой православной церкви». М., 1927. С. 8.
62 Курочкин П. К. Эволюция современного русского православия. М., 1971. С. 134.
63 См.: Поместный Собор Российской православной церкви: 30 мая — 2 июня 1971 года: Документы, материалы, хроника. М., 1972. С. 29—57
64 Цит. по: Федоренко Ф. Секты, их вера и дела. М, 1965. С. 92.
65 Цит. по: Клибанов А. И. Религиозное сектантство и современность: Социологические и исторические очерки. М., 1969. С. 195.
66 См. об этом: Клибанов А. И. Указ. соч.; Лялина Г. С. Баптизм. М., 1977.
67 См.: Белов А. В. Адвентизм. М., 1968.
68 Цит. по: Настольный календарь служителя церкви АСД. М., 1982. С. 37.
69 См.: Миловидов В. Ф. Современное старообрядчество. М., 1979.
70 См.: Малахова И. А. Духовные христиане. М., 1970.
71 Митрохин Л. Н Атеистическое воспитание и методологическое исследование религиозных пережитков // Вопросы философии. 1962. № 3; Никольская 3. А. К характеристике течения так называемых истинно-православных христиан // Вопросы истории религии и атеизма. Вып. 9. М., 1981.
72 Слово истины. 1918. № 1.
73 Декларация от 5 Всесоюзного съезда Адвентистов 7 дня, состоявшегося 16–23 августа 1924 года в Москве, в 3 Доме Советов М, 1925. С. 6.
74 Истинная свобода. 1920. № 4 (июль). С 28
75 Там же. № 2 (май). С. 2.
76 Отчет V Всесоюзного съезда Адвентистов 7 дня. М., 1924 С. 11.
77 См.: Лялина Г. С. Указ. соч. С. 103–104.
78 Цит. по: Там же. С. 136.
79 См.: Чанышев А. Н. Указ. соч. С. 178.
80 Кардинал Ильдефонсо Шустер еще в 1952 г. называл итальянцев-протестантов одной из «иностранных колонн», коварно проникших в Италию «с целью расколоть национальное единство путем создания противоположных религиозных ассоциаций, руководимых и оплачиваемых чужеземными главарями» (цит. по: Фалькони К. Указ. соч. С. 155).
81 См.: Гордиенко Н. С. Современный экуменизм: Движение за единство христианских церквей. М., 1972. С. 11.
82 Там же. С. 174.
83 См. там же. С. 10.
84 См.: Поместный Собор Российской православной церкви. С. 129–131.
Глава восьмая. ХРИСТИАНСКОЕ ВЕРОУЧЕНИЕ В УСЛОВИЯХ НАУЧНОГО ПРОГРЕССА XIX–XX вв
ТОРЖЕСТВО НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ
Развитие естествознания в рассматриваемый период завершило тот крах библейской и, следовательно, иудейско-христианской картины мира, который начиная с XVI в. обозначался с каждым десятилетием все яснее1.
От библейской картины мира по существу ничего не осталось. Наиболее драматичным для нее и для церковного учения было установление дарвинизмом факта эволюционного происхождения человека.
Это был удар по основам христианской догматики. Если не бог сотворил Адама и Еву, если «первой пары» вообще никогда не существовало, то, значит, не было и первородного греха. Не было, следовательно, никакой надобности в его искуплении. Таким образом лишалась значения спасительная миссия Иисуса Христа, заключавшаяся, по христианскому вероучению, именно в искуплении первородного греха. Рушился, следовательно, весь Никео-Цареградский символ веры.
Серьезные трудности воздвигло перед христианским вероучением и развитие исторических наук. Археологические открытия в странах Ближнего Востока разрушили представление об уникальности содержания книг Ветхого завета — многие его мифы и легенды были обнаружены в весьма сходном, если не аналогичном виде у древних обитателей Шумера и Аккада, у египтян и персов, у народов Ханаана. Бог, оказывается, открыл возвышенные истины своей веры не только избранному народу в лице таких его представителей, как Авраам и Моисей, но и другим народам древности.
В XIX в. усилиями таких выдающихся деятелей исторической библейской критики, как В. де Ветте, К. Граф, Ю. Велльгаузен, была завершена схема действительного исторического происхождения основных книг Ветхого завета, причем она никак не согласовывалась с церковной традицией в этом вопросе 2. Библейские патриархи, включая Моисея, оказывались в свете этих исследований мифическими личностями. Не менее катастрофичным для церковной традиции оказалось и положение с проблемой происхождения книг Нового завета. Тюбингенская школа и такие ее продолжатели, как Д. Штраус и Б. Бауэр 3, дали новое, исторически обоснованное решение вопроса о происхождении книг Нового завета. В свете исследований этих и других ученых Евангелия должны датироваться второй четвертью II в., так что показания «очевидцев» земной жизни Христа оказались взятыми из вторых и третьих рук. Под сомнением оказалась и сама историчность Христа, а в начале XX в. в литературе выступила большая группа ученых, решительно утверждавших мифический характер фигуры основателя христианства и опиравшихся при этом на огромный исторический материал 4.
Философское обобщение достижений естественных и общественных наук к 40-м годам XIX в. дал марксизм, развивавшийся его основоположниками на протяжении всей их жизни и нашедший свое дальнейшее продолжение в трудах В. И. Ленина. Диалектический материализм создал новую, последовательно материалистическую картину мира, несовместимую с религиозно-мистическим мировоззрением любой разновидности, в том числе и с христианством. Исторический материализм показал действительные движущие силы развития общества, вскрыв абсолютную несостоятельность проповедуемой религией концепции божьего промысла, якобы управляющего историческим процессом. Марксистская политическая экономия привела к выводу о неизбежности крушения капиталистического строя, который в XIX в. рассматривался фактически всеми христианскими церквами как соответствующий божественным предначертаниям и идеалам веры. Марксистско-ленинское учение о коммунизме открыло перспективу построения справедливого и счастливого для всех людей общественного строя, который должен быть создан на земле без оглядки на первородный грех, обрекающий с христианской точки зрения всех людей на прозябание в биологическом и социальном зле до второго пришествия Христа. Марксизм-ленинизм противопоставил религии, и в частности христианству, стройную и последовательную систему научно-материалистических взглядов, до конца и бескомпромиссно атеистических.
Христианские церкви не могли не реагировать на то торжество научно-атеистического мировоззрения, которым ознаменовано наше время. Хотя характер этой реакции в основном однотипный у разных церквей, нам представляется целесообразным рассмотреть его по различным вероисповеданиям. Одна из трудностей анализа заключается в многообразии точек зрения по вопросу о соотношении научных данных и религиозных учений, которое обнаруживается в богословско-религиозных изданиях. Сказывается также и беспринципная гибкость религиозных идеологов и официальных церковных инстанций, нередко высказывавшихся по-разному об одних и тех же вопросах вероучения.
КАТОЛИЦИЗМ И НАУКА
Католическая церковь встретила в штыки все открытия науки XIX в., которые могли поколебать ортодоксально-католическую догматику. Не удовлетворяясь отдельными определениями по этим вопросам, обращениями, энцикликами, «консисторскими аллокуциями», папа Пий IX в своем «Силлабусе» осудил ряд губительных «заблуждений», которые, как считал Ватикан, обрекают тех, кто их придерживается, на вечные адские муки.
Через несколько лет после опубликования «Силлабуса» католическая церковь вновь выступила с тех же позиций. I Ватиканский вселенский собор принял в 1870 г. «Догматическую конституцию католической веры» 5. Она содержала в позитивной форме те же тезисы, которые «Силлабусом» были выражены в виде осуждения противоположных им.
