Сказав это, он легко поцеловал меня в шею. Я вздохнула и спрятала лицо у Или на груди.
— Прости.
— А есть за что?
— Мы так и не оставались наедине. Я хотела бы… И тётя Ленна предложила посидеть с Лисом, но я… я пока просто не могу оставлять его одного.
— Пф, — Или взъерошил мои волосы, — как будто я могу. Я не выпущу вас из поля зрения до тех пор, пока мы не окажемся на территории Драконьей Империи, в одном из фамильных особняков. И так, просто для справки: во-первых, я не настолько озабочен, во-вторых, у нас вся вечность впереди. Так что успокойся и позволь просто обнимать тебя. И говорить с тобой. Идёт?
— Идёт, — я вздохнула и прижалась к нему крепче.
По правде, мне это действительно было необходимо.
Я знала, что там, в большом мире, происходит много чего интересного и разного. Плетутся интриги, ведётся расследование, в самом разгаре весьма жаркие политические переговоры… Но нас целую неделю старались дёргать как можно меньше, полностью предоставив друг другу.
Первые три-четыре дня были очень нервными.
Мы практически не разговаривали. Не потому что не о чем, а потому что попросту не успевали: различные лекари осматривали Лиса, то и дело прибегали курьеры с новостями про обыск особняка Змей и состояние моего биологического отца (его нашли в подвале практически мёртвым), здание посольства, где нас поселили в целях безопасности, осаждали репортёры (потому что кто-то из городской стражи ухитрился сделать виз-снимок того, как Или обнимает нас с Лисом, и снимок этот украшал на следующее утро все передние полосы газет), сновали туда-сюда вестники из Драконьей Империи...
Весело, в общем, пришлось. И из-за этого веселья мы, оставшись вдвоём, больше просто молчали, прижавшись друг к другу, или игрались с Лисом.
Потом, впрочем, всё начало понемногу приходить в норму. И мы начали общаться, узнавая друг друга заново.
Тяжёлых тем избегали — это была негласная договорённость. Оба понимали прекрасно, что для них ещё придёт время. Но, учитывая всё пережитое, мы нуждались в милых разговорах, ласковых подшучиваниях… и друг в друге.
Впрочем, я понимала, что это не может продолжаться вечно. Потому к новости, что нам предстоит совместный ужин и серьёзный разговор с принцессой Иэ, отнеслась спокойно.
Почти.
— Волнуешься? — спросил Или.
— Сам же знаешь, — вздохнула я.
— А ты знаешь, что я рядом, — я почувствовала, как его улыбка согревает меня, будто солнечный луч.
— Знаю, — я легко прикоснулась губами к его губам. — Просто грустно, что время покоя заканчивается.
Его тревога ударила по моим нервам.
— Если ты ещё не готова, мы можем отложить этот разговор…
— Нет смысла откладывать. Да и некуда. Мечтала я когда-то о жизни принцессы? Что же, похоже, пришло время пробовать свои мечты на вкус.
61
*
Иэ явилась точно к назначенному времени.
Её сопровождало двое неприметных оборотней из службы безопасности Империи, Деррен, глава дипслужбы и примитивная магиня, как объяснил мне Или мысленно, одна из приближенных к Трону ведьм.
Вся эта чудная компания выказала нам всевозможные знаки почтения, после чего слово взял старший дипломат.
— Мой принц, высокая госпожа, позвольте поделиться с вами приятной во всех отношениях новостью: мы с правительством Тавельни согласовали экстрадицию всех селенити Гильдии в Драконью Империю. Уже там они предстанут перед судом.
— Всех? — удивилась я. — Не только тех, в ком есть драконья кровь?
Дипломат позволил себе лёгкую улыбку.
— Высокая госпожа, вы являетесь подтверждением того факта, что природа полукровок-селенити не так уж далека от природы драконов. И что пернатые змеи могут иметь от драконов детей, невзирая на парность. И уже третье-четвёртое поколение таких детей становится полноценными, пусть и нестандартными, драконами… В свете этих фактов, Империя не могла упустить ни одного.
Я даже не подумала об этом! У меня в животе стало холодно.
— Вы хотите использовать их для селекции, да?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не в той ужасной и циничной манере, что позволял себе Глава, — покачала головой Иэ. — Мы уже имеем представление о его поступках, и можешь поверить мне: в Империи их подобное не ждёт. Никто не станет принуждать или связывать клятвами. Но варианты им предложат, это без сомнений.
— Или тюрьма, или размножение?
— Не думаю, что так радикально. Подобное тоже возможно, не скрою. Но при любом раскладе у селенити останется выбор. И защита нашей семьи. Да, в какой-то степени они станут товаром…
— Но это даже справедливо, учитывая, что они превращали других в товар. Понимаю, — я отвернулась.
— Всё не так плохо, — сказала принцесса мягко. — Поверь, им придётся в Империи намного проще, чем было бы в Тавельни.
Я тряхнула головой.
Нельзя не признать, что Иэ права. Змеев в данном случае едва ли можно считать невинными жертвами. Это — факт.
— К тому же, по самым молодым змеям и носителям драконьей крови решения будут выносить дополнительно, — добавила Иэ. — Пока ещё дискуссии идут, но для молодёжи, скорее всего, создадут отдельный факультет в Университете Крыльев. Вопрос с их кормлением сложнее, но мы думаем над вариантами. Драконьи Дома готовы проспонсировать решение этой проблемы. Говоря же о полукровках с нашей кровью… Скорее всего, большинство из них вместо тюрьмы окажется под домашним арестом в семьях своих драконьих родственников. По крайней мере, господин Кид Ртутный уже подал соответствующее ходатайство по поводу госпожи Тисы, его дочери. И всех её потомков. Этим он создал прецедент, и другие семьи спешат последовать его примеру. Так, госпожа Йиа Радужная уже подала и подобное ходатайство по отношению к некоему Биники, так и претензию о том, что Линки, твой отец, его пара и их будущий ребёнок должны принадлежать к Радужному Дому. Похоже, нам в итоге предстоит суд по этому поводу. И да, я ото всей души сочувствую судье.
Я изумлённо заморгала.
— Так у меня будет брат или сестра?
— Да, всё так. Правда, кто бы в итоге ни выиграл суд, родится этот ребёнок уже на территории Империи.
Я прикусила губу. Никогда не была близка со своим биологическим родителем, но…
— А что будет с Линки?
— Ему предстоит долгое восстановление, суд и домашний арест. Возможно, учитывая его степень участия в гильдейских делах, на него будут наложены магические ограничения. Но в целом лекари уже с уверенностью говорят, что он будет жить.
Я медленно кивнула. В этом во всём остался только один момент, который был мне не вполне понятен.
— Одного не пойму: почему власти Тавельни согласились на подобное? Так легко отдать своих преступников…
— О, тут было несколько причин, — скупо улыбнулся глава дипмиссии. — Во-первых, наша сторона пошла на значительные уступки. Во-вторых, у Тавельни просто нет тюрем для такого количества фоморов, а сжечь их по старой доброй местной традиции едва ли получилось бы. Учитывая то, что эти фоморы являются родственниками пары принца и нескольких знатных Домов… В общем, вы понимаете всю неоднозначность ситуации.
— О да.
— Есть ещё третья причина, возможно, самая главная. Видите ли, Гильдия работала очень со многими сферами. И, соответственно, имела связи со множеством политиков, причём как либеральных, так и консервативных. Если бы процесс состоялся в Тавельни и стал публичным, он наверняка привёл бы к, скажем так, значительному политическому кризису. Это не было выгодно никому. Потому, стоило нам заикнуться о закрытом процессе (а покушение на члена правящей семьи в Империи предполагает исключительно закрытый процесс), как человеческая сторона тут же пошла на уступки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Требования с их стороны? — уточнил Или.
— Наблюдатели на протяжении всего процесса, ряд клятв о секретности, уничтожение протоколов заседаний, сотрудничество при работе с уликами и несколько сложных межведомственных договорённостей, — подал голос безопасник. — Не совсем удобно для нас, не скрою. Но, учитывая деликатность ситуации, это лучшее, что мы могли получить...
