Читаем без скачивания Союз нерушимый - Влад Савин

Сталин поймал себя на том, что он сам, прежний — пожалуй, принял бы наиболее простое решение. А после расхлебывал бы последствия. Но ведь потомки правы — тогда, в "перестройку", очень многие поддержали перемены просто потому, что устали от множества мелких запретов (вроде недопущения джинсов в общественных местах). И это были в массе — вовсе не предатели, антикоммунисты и агенты Запада. А ведь писал еще Макиавелли что-то такое — повысив налог на один грош (мелочь, но касающаяся каждого и постоянно), получим большее возмущение, чем отрубив десяток голов (меньшинство, многим и не знакомое и не родня, и забывается со временем). Вот что бывает, когда важное дело, которым сейчас занимается Пономаренко, вырождается в множество непонятных "нельзя"!

Так что задача архисложная. Не ослабляя фронтов, на которых мы там справились (восстановление народного хозяйства, атомный проект, реактивная авиация, ракеты … список продолжить), добавить еще один. Который вдохнет во все перечисленное материальное — энергию, душу.

Реформа Партии. Ни в коем случае не выходить из нее самому, слагая обязанности генсека (неужели я действительно это хотел там, на Девятнадцатом съезде, если верить Бушкову) — да, мог бы остаться при этом "вождем нации", как там Горбачев Президентом, ну а дальше-то что? Полезнее будет выкинуть вон тех, кто мешают! На пенсию, может даже с почетом — заслуженных, но бесполезных. На хозработу — кто не сможет принять новый курс. И ясно куда — тех, кто будет активно против.

Начать с местных верхушек — тем более что Кириченко дал такой повод! И готовить почву для Большого Поворота. Как в двадцатых, заменял на ключевых постах троцкистских сторонников мировой революции — желающими строить социализм в отдельной стране, ну а после, срезал вершки, оставшиеся без армии. Теперь труднее, потому что надо еще сформулировать новую Идею, и воспитать, вырастить ее адептов. Вот для чего нужен Пономаренко — вернее, тот фронт, на который он поставлен. И хорошо, что это пока не понимают те, кому не надо понимать.

Сместят, съедят, затравят? Меня? Как Хруща или Горбачева? Ну-ну!

Сталин хищно усмехнулся. Не только сталь ржавеет без дела — там он под конец расслабился, упустив цель. Теперь, увидев новую, он чувствовал себя будто помолодевшим.

Жил в грузинском селе под Гори старый кузнец. Сын у него был, джигит, и малых внуков трое. Было кузнецу уже много лет, и вот, почувствовав приближение смерти, поспешил он завершить все земные дела, позвал священника, лег на лавку, и приготовился умирать. И тут сказали ему, что сын его в пропасть упал и разбился.

И встал тогда старик с лавки и сказал — рано мне помирать. Пока внуков на коней не посажу, джигитами не сделаю.

И прожил еще пятнадцать лет.

Кириченко Алексей Илларионович, Бывший Первый Секретарь КПУ. Время и место неизвестно.

За что?! Я ведь сделал все, что от меня хотели?

Пономаренко, гад, ты все знал? Обещая мне шанс, что пощадят — знал что это не больше чем морковка перед носом осла? Я разоружился перед Партией, приложил все усилия к содействию в разгроме бандеро-фашистского мятежа, я послушно выполнял все, что мне скажет твоя (или не твоя?) Ольховская. Но это не имело никакого значения — как и то, что Кук все же сбежал — дело было не в моей вине, а в том, что Сам решил прижать республики. И тут ему такой подарок — кто против, кто за фашистов, и "вы же не хотите, чтобы и у вас завелись такие вот кириченки?". При таком раскладе ясно — в живых не оставят.

Допросы, допросы… Даже не знаю, сколько прошло — недели или месяцы? Причем следствие интересует не только и не столько мои связи с Куком и его бандой — как мои разговоры с ответственными товарищами из других республик и из Центра. Я честно рассказал все, что знаю, что слышал — даже намеки и недоговорки: о чем, с кем, где, когда. А когда стал подписывать, то увидел, что на бумаге нет ничего про Пономаренко, и еще нескольких. Я возмутился и потребовал это вписать — нет, Петро, ты тоже сухим не выйдешь! Тогда меня впервые избили. И еще раз — когда я повторил свои претензии при Абакумове. Хотя если Пономаренко был тогда в кабинете у Самого, когда я звонил… бесполезно! Иуда, сдал и меня, и всех, успел соскочить! Хотя может быть … нет, тогда бы я сюда живым не доехал, проще ведь еще на месте зачистить концы? Значит, Петро теперь в команде у Самого, влез в доверие, сволочь! Ну а Ольховская — хотя может, ее по-настоящему иначе зовут — всего лишь инструмент, ведь не сама же она решала, а делала, что ей указали! Чей она человек — Петро, или Берии, или еще кого-то — а какая разница, для меня!

А может все же не расстреляют? Я же все рассказал, искренне сотрудничал! Пусть двадцать пять лет, выйду в шестьдесят девятом, еще не совсем дряхлым? А если Сам помрет, не вечный же — так может и амнистия будет? На пенсии, мемуары писать, про славную молодость и огненные годы Гражданской. Да и в лагере, еще не конец? С моим опытом, учетчиком можно пристроиться, или бригадиром, а то даже завскладом! Только бы не "вышак"!

Проклятая Украина! А ведь поставили бы Первым хоть на область, в любой российский ухрюпинск, все шансы были до пенсии, верным борцом за дело Ленина — Сталина, и в аппарат, в Москву, с признанием всех заслуг!

Впрочем, может и там сейчас неуютно будет, хе-хе! Я ведь много наговорил, о самых разных людях, отовсюду! И эти имена в протокол попали, так что не отвертитесь! Чтобы не мне одному отвечать!

Приговор. Именем Союза Советских Социалистических Республик.

Военная Коллегия Верховного Суда Союза ССР, в составе: председательствующего — генерал-майора юстиции т. Буканова, членов — генерал-майора юстиции т. Ченцова и чл. Верх. Суда СССР т. Бояркина, при секретаре, полковнике юстиции т. Шур.

В закрытом судебном заседании в г. Москве, 27 октября 1944 года рассмотрела дело по обвинению Кириченко Алексея Илларионовича, 1908 г.р., бывшего Первого Секретаря ЦК КПУ, в преступлениях, предусмотренных ст. 58-1а, 58-2, 58-3, 58-6 УК РСФСР.

Предварительным и судебным следствием установлено, что Кириченко основал в партийных, советских и хозяйственных органах УССР антисоветскую организацию, ставящую целью свержение на Украине Советской Власти.

Для осуществления своего замысла, он вступил в сговор с руководством ОУН-УПА, способствуя подготовке вооруженного антисоветского мятежа, как то: предоставление бандеровским боевикам квартир, транспорта, продовольствия, прочего снабжения. Содействие в сокрытии преступных действий. Содействие пропаганде, ведущей к ослаблению Советской Власти. Прочие организационные меры, направленные на подготовку вооруженного выступления.

Таким образом установлено совершение Кириченко преступления по ст. 58-1а (измена Родине), и 58-2 (участие в антисоветском вооруженном выступлении, или подготовке такового)

В то же время не установлено совершение преступления по ст. 58-3 (контакт с иностранным государством в антисоветских целях) и по ст.58-6 (шпионаж).

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст. 319 и 320 УПК РСФСР, Военная Коллегия Верховного Суда СССР приговорила Кириченко Алексея Илларионовича — к высшей мере наказания, расстрелу. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

Анна Лазарева. Студия "Мосфильм", 1954 год.

"Жаркое лето сорок четвертого". Фильм Бориса Барнета, того самого, кто "Подвиг разведчика" снял. Собственно фильма пока еще и нет — есть сценарий, множество рабочих материалов, кино- и фотопроб. Конечно, эта работа, о том что было в Киеве десять лет назад, не могла пройти мимо внимания товарища Пономаренко. Нет, мы не диктовали творческий процесс — скорее, мягко подправляли советами. А после было решено, а отчего бы открыто не побеседовать? Ну и удивлен же был Борис Васильевич, с которым мы уже несколько раз пересекались — узнав, что я и есть прототип его героини! Однако, подписку о неразглашении пришлось с него брать. С него одного — прочие члены киногруппы не знали моей настоящей фамилии и места работы. И искусству изменения внешности я научилась, не хуже настоящей актрисы.

Как положено, сначала просмотр наскоро смонтированной "черновой" версии. Ну а после — нет, на сцену мне не надо, зачем так официально? Лучше сдвинем стулья в круг, так у вас принято на обучении, по методу Подервянского? Знали бы, что я сама подобное обучение проходила, правда, с другими совсем людьми. Рассаживайтесь поудобнее, начнем!

Люба Шевцова на меня смотрит с восторгом. Быстро восходящая после "Молодой Гвардии" звезда советского кино (напомню, что в отличие от той истории, у нас герои-молодогвардейцы живые: Краснодон был освобожден еще в конце декабря сорок второго). Ну а в фильме она, то есть я — Беата Ольшанская, инструктор из Москвы, бывшая партизанка и подпольщица, приезжает в Киев в командировку. И на совещании у Кириченко (а он там под своим именем) вдруг в одном из присутствующих узнает штандартенфюрера СС Кука, который ее в гестапо бил и пытал — теперь он генерал УПА, проникший в Киев чтобы свергнуть Советскую Власть.