- Благодарю вас, капитан! Вы очень любезны! - издевательски произнёс Бруккорн.
- Да пошёл ты... Скотина! - выругался капитан, со злостью захлопывая дверь.
Пока он шёл в рубку, его по дороге нагнала Ивонна, возвращавшаяся из своей каюты.
- А я ведь подозревала, что ты что-то скрываешь, командир, - сказала она. - Помнишь, Жак как-то рассказывал о чете Дональдсонов? Ты тогда так побледнел!
- Да, помню. Я не смог с собой справиться, - смущённо улыбнулся капитан.
- А потом я как-то забыла об этом, - пожала плечами ван Мейер.
- Между прочим, я только что от нашего пленника. Он сказал, что без воздействия их проклятой аппаратуры разум к людям всё равно вернётся. Надо только почаще напрягать их память.
- Дай бог, чтоб так оно и было, - вздохнула голландка.
- Всё будет хорошо, Ивонна. Бог не оставит нас, - сказал капитан.
* * *
Через час Хартманн снова вышел на связь. Он сообщил, что все необходимые формальности улажены, и российские транспорты "Константин Циолковский" и "Космонавт Алексей Леонов" уже вылетели к ним, но прибудут они только через шесть суток.
* * *
Более 48-ми часов астронавты трудились не покладая рук. Сменяя друг друга, они отчаливали на своём единственном оставшемся флайере от "Рыцаря", быстро снижаясь по крутой траектории, достигали лагеря, забирали очередную партию бывших узников и так же стремительно возвращались с ними на корабль. Затем заправляли флайер горючим, и снова отправлялись на Дойтар. Дело дошло до того, что даже Ивонна ван Мейер несколько раз управляла летательным аппаратом, несмотря на активные возражения Дональдсона. Таиряне тоже старательно выполняли данное им поручение, раз за разом привозя новых узников лагеря. Причём их корабли оказались намного быстрее флайера.
Постепенно корабль заполнялся новыми пассажирами. В первую очередь на него перевезли женщин, детей и больных, а затем уже всех остальных. Бывшие узники бывшего лагеря, так сказать, "добровольцев" представляли собой довольно жалкое зрелище. Исхудавшие, с измождёнными осунувшимися лицами, обрамлёнными длинными спутанными космами волос, они безропотно шли, куда бы им ни сказали, как стадо послушных животных, а от их плохо одетых грязных тел исходил ужасно жуткий запах. У многих из них было сильное истощение, поскольку, как сказал профессор Стентон, хаэрты выделяли им очень мало еды, причём получали её далеко не все. К тому же оставшиеся без еды узники никак её не выпрашивали, а другие им не помогали. Почти каждый из них страдал расстройством желудка из-за однообразной пищи, а также местными грибковыми заболеваниями, отчего кисти рук у многих были красными. Конечно, в лагере и речи не могло быть о какой-то, хотя бы элементарной, гигиене. Все эти невыносимые условия привели к тому, что больше семисот пассажиров "Эклиптики" скончались там от голода и болезней. Их тела хаэрты вывезли в неизвестном направлении. Профессор рассказал, что пленников часто отвозили на какой-то завод, где они мастерили механизмы непонятного назначения. При этом гнусные инопланетяне старались выудить из них все знания, которыми они обладали. Затем их возвращали обратно в лагерь, и после трёхдневного перерыва снова отправляли на завод.
Маленький Жак внимательно разглядывал прибывающих на корабль женщин, пытаясь узнать свою маму. И его старания увенчались, наконец, успехом, когда в очередной группе бывших узниц появилась молодая, довольно красивая темноволосая женщина с усталым и ничего выражающим как у всех лицом.
- Мама! - радостно воскликнул её сын, бросаясь ей на шею. - Мамочка! Ты жива! Ура-а! Шарман! Как я счастлив!
Женщина, невзирая на восторженные вопли мальчика, попыталась грубо отстранить его от себя. Но тот продолжал радостно кричать, смешивая английские и французские слова, крепко обнимая её, то смеясь, то рыдая от избытка чувств. Наконец ей всё-таки удалось его оттолкнуть...
- Мама, что с тобой?! - удивленно воскликнул мальчик. - Это же я, Жак!
Он несколько раз повторил всё это по-французски, но его мама не проронила ни слова. Жак продолжал ей что-то доказывать, но она, равнодушно отпихнув его, отправилась вслед за остальными.
- Мама!!! Почему же ты уходишь? - закричал Жак.
Но она даже не обернулась.
Ничего не понимающий мальчик заплакал, уныло поплёлся в рубку и в коридоре столкнулся с Дональдсоном, который в это время шёл к себе в каюту.
- Что с тобой, мой мальчик? Почему ты плачешь? - заботливо спросил капитан.
- Я нашёль... муа мАма, -- всхлипывая, ответил мальчик, неожиданно забыв английские слова.
- Так чего же ты плачешь? Радоваться надо, - сказал Дональдсон, делая вид, что не понимает, почему он плачет.
- Нечему радоваться, месье капитэнн, - развёл руками мальчик. - Она не узнаёт меня. Она как будто... не моя мама.
- Не переживай, Жак, - произнёс капитан, ласково потрепав мальчика по волосам, - наш пленный хаэрт сказал, что такое состояние рано или поздно пройдёт, и твоя мама снова будет с тобой. Только ты почаще напоминай ей о себе.
- Правда? - поднял на него заплаканные глаза Жак.
- Конечно. Я ведь всегда правду говорю. Пойдём ко мне? Я угощу тебя лимонадом, - предложил Дональдсон.
- Пойдём, - согласно кивнул мальчик.
Они прошли в каюту капитана.
- С моими родителями произошло то же самое, - сказал Дональдсон, наливая в стакан лимонад.
- А-а, так вы всё-таки нашли их! Пр-рекрасно! - обрадовался Жак.
- Да, но было бы ещё лучше, если бы они вспомнили меня.
- Да-а... получается, что мы с вами в одинаковом положении, месье капитэнн. - задумчиво произнёс мальчик.
- Увы, к сожалению, это так, - тяжело вздохнул Дональдсон.
- Но если этот... как его?... хаэрт сказаль прравду, может быть не всё ещё потерряно? - предположил Жак со своим французским прононсом.
- Будем надеяться, мой мальчик, будем надеяться... - вздохнув, покачал головой капитан.
Через двое суток почти все пленники концлагеря инопланетян были перевезены на "Звёздный Рыцарь". Их разместили практически во всех помещениях корабля за исключением отсека двигателей, где была сильная радиация, главной рубки и каюты капитана. Многих из них пришлось устроить даже в коридорах. Вместе с астронавтами в их каютах пассажиры ютились десятками! Тяжело, конечно, но другого выхода не было. Нужно было забрать всех, и как можно быстрее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
