ответ засвистели пули. Сначала над головой, застревая в берёзках посадок, потом четверо бойцов открыли шквальный огонь, прижимая снайпера к земле. Один из мальчишек со злостью дослал патрон в патронник «ксюхи» и ответил нападавшим. Картина боя сразу поменялась. Вполне удачные выстрелы юнармейца достигли цели — двое бойцов противника упали на землю, остальные сразу же ослабили огонь на позицию снайпера, чем Олег мгновенно воспользовался, сняв остальных двоих. Вот ожил автомат второго юнармейца, а бойцы противника сразу залегли, рассыпавшись возле машин и периодически постреливая в сторону Олега и пацанов. Сзади раздались одиночные выстрелы из «сорок седьмого», и Захаров понял, что пришла подмога. Тут же рядом залёг кто-то из бойцов, отвечая одиночными на хаотичную стрельбу противника. В этот момент начала поворачиваться башенка бэтээра.
— Мля, сейчас он нас причешет, — проворчал боец, но Олег ничего не успел ответить, потому что сзади ухнуло так, что подзаложило уши. В одно мгновение от вражеской машины осталась лишь уродливая куча железа и резины. Обе противоборствующие стороны на минуту прекратили огонь, пока нарисовавшийся в тылу у анклавовцев танк не влепил очередной снаряд в один из бортовых тентованых «Камазов», сделав из него такое же уродливое творение войны. После этого танк рванул вперёд и, обойдя позиции стрелкового заслона, принялся утюжить гусеницами автомобили, приправляя свои действия очередями из курсового пулемёта. Бойцы противника попытались рассеяться по посадке, но ни Олег, ни бойцы стрелкового заслона не дали им никаких шансов. Через двадцать минут всё было кончено. Захаров снял с головы бандану, вытер ею потное лицо и, посмотрев на подошедшего ошалевшего напарника-юнармейца, весело подмигнул тому. Мальчишка радостно расплылся в улыбке и доложил:
— Олег! На моём счету двое, Димка тоже одного срезал. В самом начале.
— Молодцы, парни! — похвалил их усатый боец, лежавший рядом с Захаровым. — Да, хорошая смена растёт. А ты-то скольких сделал, пока танк нам не помог?
— Да пох сколько, главное — мы их сделали, — ответил ему Олег.
— Во! Золотые слова! Ладно, парни, давайте вставать и на зачистку. Тебя как, не мутит? — участливо поинтересовался усач у юнармейца.
— Не, как-то всё быстро произошло… я даже не успел испугаться… но на зачистку пойду! — он крепче прижал автомат к себе. — За Веньку и Настю поквитаться!
— Да, пацаны… я раньше думал, что вы такие же, как остальные — только компьютерные гаджеты на уме… а теперь вижу, что есть в вас стержень. Ладно, пошли…
* * *
Капитан Мохов — командир «Камня-1», подгонял своего мехвода:
— Вася! Жми на всю катушку, сопли потом подбирать будем. Там впереди лёгкий заслон из взвода и пара пацанов-наблюдателей! Двое уже погибли! Жми, говорю!
Т-80 нырнул в небольшую ложбину и, уверенно пройдя её, выскочил на холмик, с высоты которого было видно как горстка бойцов, ожесточенно отстреливаясь, пыталась помножить на ноль прикрытие БТРа противника.
— Бронебойным! — отдал команду Мохов. — Прицел… товсь! Выстрел!
Вражеская машина фактически перестала существовать после первого же выстрела. Несколько оставшихся в строю бойцов противника рванули со всех ног по деревенской дороге и Мохов, кипящий праведным гневом за потерянные детские жизни, отдал жёсткий приказ мехводу:
— Вася! Дави их нахрен! В плен никого не берём!
— Есть, командир!
Скоротечный бой внезапно стих. Бойцы анклава подходили к вылезшему из танка экипажу, обнимались и жали руки. К ним доковыляли и двое юнармейцев, один из которых опирался на плечо второй — девушки, с перемазанным кровью лицом. Мохов в один момент подскочил к ним:
— Кто ранен? Где?
— Серёжка ранен… я его перевязала, как смогла… и сюда…
— Сама-то цела? — кивнул он на перебинтованную руку в предплечье.
— Задело, но вскользь, а у Серёжи нога.
— Обоих на броню и кто-то пусть поможет доехать до деревни.
— Гудков, Воронин! — отдал команду старший заслона. — мы сейчас Паршина и Звягина погрузим, а потом берите раненого Лунёва и давайте с юнармейцами на базу, а мы тут немного помародёрствуем.
— Смотрю, есть потери? — резюмировал танкист.
— В общем, два двухсотых и три трёхсотых с юнармейцами.
— Да, пехота, кисло вам было бы без нас, — покачал головой Мохов.
— Так никто и не спорит, капитан, — согласился с ним старший. — И не кисло, а полная «жо».
— Алексей, — протянул руку Мохов.
— Антон, — пожав её, представился старший заслона. — Старлей бывшего МВД.
— А пофиг, что бывшего. Старлеи как были, так и остались, остальное — мелочи жизни. Давай, Тоша, с твоими парнями соберём, что пригодится и тоже в деревню. Устал я что-то…
— Ещё бы не устал — один марш-бросок под сотню кэмэ чего стоит, а потом бой!
— Это не бой, Тоша, а так — прогулка по танковому полигону. Один выстрел и от противника пшик.
* * *
Пасечников возглавлял стрелковый заслон «Крот-3», впереди которого и погибли юнармейцы. Представив всю драматическую картину событий возле НП «Суслик-3», он впал в некий боевой транс. Нервная система переключилась в особый режим, и периодически постреливающая болью рука перестала его беспокоить.
— Работаем по пехоте, пропуская БТР, — отдал он команду бойцам.
Вот вражеский БТР сдвинул в сторону «Ниву» наблюдателей и устремился вперёд. Где-то вдали грохотали выстрелы, потом пару раз ухнуло что-то тяжёлое, но Денис почти не обращал на это внимание. Наконец противник выскочил из-за посадки и оказался перед малым овражком, откуда бойцы анклава наблюдали за ним. Да, позиция была выбрана крайне неудачно — ни тебе укрытия нормально, ни времени выкопать хоть небольшой окоп, но теперь уже отступать некуда.
По его команде бойцы заслона одиночными начали методично выбивать пехоту противника. Сразу ополовинив численность личного состава, заслон приостановил наступление. БТР также остановился и его банка начала разворачиваться в сторону заслона. Начала, но не успела изрыгнуть убийственный для бойцов заслона огонь — откуда-то сзади грохнул выстрел хорошего такого калибра, попав в лобовую броню бэтээра. На второй выстрел подоспевшего помощника бойцы анклава оглянулись и увидели спешащий им на выручку танк. БТР противника к этому времени представлял собой вдрызг измочаленный корпус, внутри которого что-то дымило. Воодушевлённые этой помощью, бойцы стрелкового заслона переключили оружие на автоматический огонь и начали зачищать остатки вражеского взвода. Чуть позже Пасечников вместе с двумя бойцами подошли к раздолбанной «Ниве», прошли немного дальше и увидели тела погибших юнармейцев. Один из бойцов, едва сдерживая слёзы, аккуратно
