— Эйуой, а вы не раскаиваетесь, что помогли посланнику Смерти? — спросил Чичеро.
— Нет, — жизнерадостно отозвался тот, — я и сам не знаю пока, кому и чем я помог, учитывая, что вы сейчас выполняете задания, предложенные живыми карликами! — а, подумав, добавил. — Знаете, Чичеро, что бы ни пришло в мир в связи с моей вам помощью, я был рад вам помочь.
Обнялись. Помолчали. Простились. Затем Эйуой задумчиво проговорил загадочные слова:
— И ещё одно. Очень может быть, что у нас с вами, посланник, есть общие близкие родственники.
На том и расстались. Чичеро лихо вскочил на своего коня, изнутри управляемого Зунгом. Выехал за ворота, проехал через мост, обернулся назад. Мост за ним медленно поднимался, решётки опускались, а над замком висела огромная снежная туча (ух и присыплет она Глюм под конец зимы!).
Чичеро прекрасно понимал, почему вход в захваченный им замок Эйуой начал запирать. За последние два дня из замка разошлись все гости, все стражники и большинство слуг. Уйти им почти всем пришлось пешком, так как памятная идея великана с Дикой охотой привела к полному разорению замковой конюшни.
Но стоит пешим путешественникам добраться до первых же населённых пунктов, как весть о происшествии в замке Глюм облетит всю округу, и тогда к замку съедется всякий, кому не лень. Того и гляди, начнутся подозрения, докопаются до подлинных мотивов Эйуоя… Хорошо бы Бларпу к тому времени покинуть замок, но он этого не сделает, пока не найдёт в потайных ходах, пронизавших скалу Глюм, своей волшебной жемчужины.
* * *
Дул сильный ветер, заметая снег, и Чичеро внезапно заметил на горизонте две ветряные мельницы, бешено вращающие своими крыльями. Кто же это успел здесь поселиться, да ещё поставить мельницы, удивился Чичеро.
Помнится, эта местность выглядела безлюдной как осенью (тогда он здесь проезжал в экипаже Плюста), так и зимой (когда его везла на санях великанша Клюп). Чичеро подумал, что сбился с пути.
Что же делать? Посланник решил подъехать к мельницам и спросить у мельника, как ему выехать на верную дорогу, ведущую к замку Окс, или же к городу Цанц. Однако, по мере того, как он подъезжал к мельницам, он всё более убеждался, что их лопасти — и вовсе не лопасти, а руки, а сами мельницы — это стоящие на дороге великаны.
Одного из великанов Чичеро узнал: это был Югер из Гарма. Великан с высоты своего роста его самого приметил гораздо раньше, потому они с товарищем и махали ему руками — чтобы привлечь внимание.
— Мы с племянником идём в замок Глюм, — сообщил посланнику Югер. Грозное лицо его кривилось в радостной улыбке.
— Да? И зачем? — спросил Чичеро.
— Это мой замок! — воинственно ударил себя в грудь Югер. — Вы мне написали в том расписку, помните?
— Конечно, помню! — не стал отрицать Чичеро.
— Ну вот! — обернулся Югер к своему спутнику. — А ты сомневался, что эта расписка имеет вес! А я тебе говорю, что Плюста больше нет, а значит, Глюм теперь наш! Будешь в нём сидеть и меня благодарить, понял?
— Понял, — робко проблеял племянник, заслоняясь ручищами от строгого взгляда дядюшки.
— Эй, посланник! Поворачивай коня, поехали с нами! — приказал Чичеро великан Югер.
— Вот этого — никак не могу. Имею срочное важное дело от Владыки Смерти! — возразил Чичеро.
— Ну ладно! — смягчился суровый великан, который, в отличие от наглого Плюста, боялся-таки не угодить Владыке. — Только пусть нас там встречают, а не то… — и Югер потряс кулачищем.
— Я искренне советую людям, победившим Плюста, признать ваши полномочия, — с хорошо спрятанной иронией закончил разговор Чичеро.
* * *
Как-то резко потеплело. Снег под копытами коня Чичеро стал мокрым и скользким. И вот на горизонте показался замок Окс. У входа в замок Чичеро ещё издали заметил какие-то суетящиеся чёрные фигурки. Уж не штурм ли это, подумал Чичеро. Так уже бывало не раз: стоило одному из замков в какой-либо местности насильственным путём сменить владельца, как на большинство окрестных замков тоже находились претенденты.
Однако Чичеро ошибся. Суетящиеся перед замком люди были настроены ничуть не воинственно. Они веселились, катая комья снега, который при наметившейся оттепели хорошо лепился. Все эти люди оказались обитателями замка Окс — живыми и весьма женственными молодыми людьми, натренированными для ублажения Лулу Марципарины Бианки и её старшей подруги.
Под взглядом Чичеро, ищущим среди них свою невесту, молодые люди прекратили весёлую зимнюю забаву и застыли в позах, выгодно подчёркивающих достоинства их фигур. Посланника они, однако, не впечатлили, и он не удостоил их чести быть спрошенными о Лулу Марципарине. Среди них её не было, как Чичеро уже заметил, а значит, искать её следовало в замке.
В этот раз Марципарина Бианка не бросилась встречать Чичеро, когда он въехал на заснеженный двор замка Окс. Вот она — переменчивость женского настроения, подумал посланник. Развлекается она со своими наложниками на пару с госпожой Кэнэктой, и не прервётся ради приезда любимого жениха. Кажется, Чичеро ощутил что-то вроде укола ревности.
Ну что ж, сказал себе Чичеро, раз Лулу меня не встречает, и я к ней так уж сильно спешить не буду. Всё равно мне ещё надлежит вырыть закопанную во дворе суэниту! Сказано — сделано. Выкопал Чичеро спрятанную в замке Окс «призрачную шкатулку», проверил, все ли тени на месте. Все души мёртвых крестьян, приписанных к замкам Гарм и Батурм, сохранились в наличии. Марципарина, однако, всё не выходила. Чичеро даже забеспокоился.
Дальнейшее Чичеро поразило. Вместо Бианки вышла к нему во двор встревоженная великанша Клюп, бывшая хозяйка Окса. Сказала великанша, что невесты его в замке больше нет.
— То есть, не велено пускать? — ядовито осведомился Чичеро.
— Да нет! Хотите — замок обыщите, — пожала плечами великанша.
— Но где же тогда она?
— Хотите — верьте, хотите — нет, а я своими глазами не видела, — призналась великанша, — только мне любовники госпожи сказывали, что прилетел за нею и за подругой ейной аккурат в этот двор большой белоснежный дракон. Любовники — те попрятались, а дракон подхватил мою госпожу и госпожу Кэнэкту на крылья, да и унёс в направлении северо-восточном…
О похищении драконом его невесты Клюп говорила как о деле вполне обычном, и Чичеро поймал себя на том, что всему верит. В том ли дело, что от Бларпа Эйуоя наслушался он легенд о Драеладре, затмивших перед его очами подлинную некроисторию, или же имел он какой-то собственный, ныне позабытый опыт? Теперь ему казалось, что всё это когда-то уже происходило: Бианку из зимнего двора замка Окс белоснежный дракон унёс на своих крыльях уже вторично. Только Бианку в ту пору звали на призский манер именем «Бланш», на месте зимнего замка Окс стоял летний город Адовадаи, да и дракон-то был не идеально белым…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
