— Упрям ты, Peг Хайленд, — в голосе Мака сквозила ирония. — Я имею в виду цвет твоей кожи, — пояснил он, заметив недоумение на лице собеседника. — Все тот же загар, несмотря на кучу солнцезащитных препаратов…
— А почему я должен быть белокожим? — возмутился Peг. — Чтобы ни на шаг не отставать от моды? Плевать я на нее хотел!
— Дело не только в этом. Вряд ли ты остаешься незаметным в колониях, куда тебя посылают.
Peг скривился.
— Ну и что? Стоит ли беспокоиться из-за этого? Я никогда не скрывал, что являюсь агентом Всевременья.
Мак наклонился вперед.
— Вспомни, чему учили в Академии: старайтесь внешне походить на тех, кто руководит колониями, куда вас посылают…
— …А в девяти случаях из десяти руководители — белые. Значит, будьте белее белых — будьте бледнобелыми… Загар не мешал мне делать свое дело не хуже других. А может, и лучше — миссия Х досталась мне не случайно!
"Мак прав, — подумал он, — меня ждет повышение, если все пройдет нормально".
Если все пройдет нормально.
"А если те, кто посылает меня в Севераму 10, рассчитывают на обратное? Может, им нужен мой провал?"
Он отогнал неприятные мысли и обвел взглядом бар. Все вокруг плавало в приглушенном серебристом свете — свете солнца, отфильтрованном куполом. Наступал вечер. К двадцати часам купол станет непрозрачным и наступит искусственная ночь. Поскольку солнце всегда занимало одну и ту же точку в небе и сверкало одним и тем же блеском.
Блеском сверхновой.
Сверхновая — взорвавшаяся звезда. Всевременье было создано именно здесь и именно в эту эпоху по одной-единственной причине. Когда взрывается звезда, бег времени прерывается в радиусе нескольких миллиардов километров.
Всевременье жило вне времени, в созданном сверхновой анклаве вечности. А почти все его подданные — в колониях времени. Например, в Севераме 10.
— А Консуэла? — неожиданно спросил Мак перед самым расставанием. — Ее так и не отыскали?
— Нет, — ответил Peг. Он с невероятным трудом выдавил это односложное слово. Рана по-прежнему кровоточила, и достаточно было одного замечания, одного имени, чтобы вернулась боль.
— Невероятно! — Мак зло тряхнул головой. — Невероятно! Человек исчезает во время перехода, и ни колониальная полиция, ни полиция Всевременья не могут его найти! Не укладывается в голове!
"Если только человек сам не желает исчезнуть", — едва не произнес Peг. Но удержался. Отказ говорить о Консуэле был для него единственной возможностью сохранить нетронутыми воспоминания о ней.
17.15. Зал ожидания был почти пуст, и Регу не удавалось отвлечься от ненужных мыслей. Напряжение возрастало с каждой минутой. "Чертова миссия… Знать бы, что от меня требуется!"
В зале появилась одетая в ярко-голубую форму Трансвременья стюардесса. Она направилась прямо к молодому человеку.
— Peг Хайленд?
Тот согласно кивнул.
— Следуйте за мной.
В коридоре он обнял девушку за плечи. Она искоса глянула на него и улыбнулась. В лифте стюардесса закинула ему руки за голову, но мимолетное возбуждение прошло, и он легонько оттолкнул ее от себя. "Опять ты, Консуэла. Неужели ты всегда будешь преследовать меня?.."
Проходя мимо застекленной стены, он увидел двери времени, предназначенные для переброски групп. Одна из них была под напряжением и напоминала громадный стеклянный куб, гигантский алмаз, оправленный в пол здания, но Peг знал, что это иллюзия. Внутри его не было ничего плотнее воздуха. И этим воздухом дышали и здесь, и на расстоянии в сотни или тысячи лет… В воздухе медленно материализовывались фигуры людей и какие-то приземистые, массивные силуэты. Скорее всего бульдозеры. Не иначе, строительная бригада возвращалась после подготовки места для новой колонии…
— Пожалуйста, поспешите. Время поджимает! — нетерпеливо произнесла девушка.
Он кивнул и пошел вслед за ней.
Через несколько десятков метров она указала ему на проем в стене коридора. За ним виднелась небольшая, совершенно пустая комната с белыми стенами, только воздух в ней казался кристаллом хрусталя.
— Пришли, — сказала стюардесса и глянула на часы над проемом, — еще тридцать секунд. А где багаж?
— Нет, — однозначно сказал он, не объясняя, что власти Северамы 10 снабдят его всем необходимым. Вопрос стюардессы был риторическим, чтобы заполнить последние секунды ожидания.
Вдруг она отступила в сторону и коротко приказала:
— Идите! Приятного перехода!
Peг шагнул в мерцающее отверстие. Передвижению ничто не мешало. Он был в пустой комнатке и шел к противоположной глухой стене.
Неожиданно в ее непорочной белизне появился черный прямоугольник. Проем, такой же, как и тот, что он только миновал, вел в другой коридор. Но этот коридор был уже в Севераме 10. Несколько шагов — и молодой человек миновал пропасть в несколько тысячелетий.
Начальник службы безопасности Северамы 10 нахмурил брови и перегнулся через стол.
— Надеюсь, вам известно, в каком историческом периоде расположена наша колония?
Peг пожал плечами:
— Увы, О'Брайен, я не историк. Конечно, у меня есть представление, но…
Его собеседник вздохнул.
— Ну ладно, начнем сначала. Северама — часть Американского континента, расположенная в Северном полушарии. Это вам известно?
— Конечно, — с улыбкой ответил Peг. Преувеличенная снисходительность чиновника его не удивляла. Типичная реакция представителей колониальной администрации, испытывающих неистребимый комплекс неполноценности перед любым агентом Всевременья.
Диагноз был прост.
— А цифра означает, что наша колония хронологически десятая в ряду тех, что занимают Северную Америку, — продолжал 0'Брайен.
"Почему, — между тем думал он, — почему они прислали именно этого Рега Хайленда? Может, во Всевременьи что-то заподозрили?"
— Она простирается между XV и XIX веками. То есть начинается незадолго до прибытия Христофора Колумба и волн иммиграции, последовавших за открытием континента.
— Обычная схема, — кивнул Peг. — Для колонизации всегда выбираются наименее населенные эпохи. И в этом случае происходит легкая ассимиляция автохтонов.
— Так считают социологи Всевременья! А действительность редко совпадает с таким идеальным распорядком. Некоторые популяции автохтонов, даже самые малочисленные, отказываются от ассимиляции…
Начальник службы безопасности намеренно не окончил фразу, ожидая, что агент Всевременья осведомится о причинах его вызова в Севераму 10. Но Peг не спешил. Разузнать об особенностях колонии, а потом приступать к выполнению задания — таково незыблемое правило полиции времени, которое вбивалось в голову всем слушателям ее Академии с первого дня. Он обвел взглядом комнату. Обшитые панелями стены, под деревянными балками потолка — люстра под керосиновую лампу. "Они даже не отказались от электричества!" Позади О'Брайена на стене висела голова оленя. А сам чиновник Северамы 10 был в трапперской замшевой куртке и высоких, кустарного производства, сапогах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
