Читаем без скачивания Мошка в зенице Господней - Ларри Нивен

– Мисс Макферсон, моя новая секретарша, – представили ее Сэлли.

– Приятно познакомиться с вами, лорд. Леди, мне, пожалуй, лучше…

– Да, конечно, благодарю вас.

Макферсон ушла, щелкая подковками по мраморному полу. У нее была прелестная походка.

– Род, – сказала Сэлли. – Род, вы знаете, на скольких приемах мы должны побывать?

– Приемах! Мой Бог, они там решают мою судьбу, а вы…

– Ерунда! – фыркнул сенатор Фаулер. – Это было решено несколько недель назад. Когда Меррилл, Кренстон, Армстронг и я прослушали рапорт Кутузова. Как я писал, ваше назначение было у меня в кармане, и тут вы теряете свой корабль! Это очень хорошо, что ваш адмирал – честный человек. Это чертовски хорошо…

Дверь открылась.

– Капитан Блейн? – позвал клерк.

Он вошел и встал перед столом. Адмирал взял лист бумаги и откашлялся.

– Особая следственная комиссия, созданная для изучения обстоятельств гибели линейного крейсера Его Императорского Величества «Мак-Артур», единогласно постановила. Первое. Комиссия установила, что корабль был потерян из-за случайного проникновения чужих форм жизни и уничтожен во избежание распространения их на другие суда. Второе. Комиссия полностью отклонила обвинение капитана Родерика Блейна, ИКФ, в небрежности. Третье. Комиссия приказывает уцелевшим офицерам «Мак-Артура» подготовить детальный рапорт о том, как произошла потеря, во избежание подобного в будущем. Четвертое. Комиссия отмечает, что осмотру и стерилизации «Мак-Артура» мешало присутствие на борту большого числа ученых и их оборудования, и что министр Энтони Хорват, старший ученый, протестовал против стерилизации и требовал минимального вмешательства в эксперименты. Пятое. Комиссия отмечает, что капитан Блейн был весьма старательным в осмотре своего корабля, с учетом трудностей, отмеченных в пункте четвертом, и предлагает ограничиться выговором. Решение принято единогласно, и на этом комиссия распускается. Капитан, вы можете идти.

– Благодарю, сэр.

– Да. Это было довольно неряшливо, Блейн. Вам это известно, не так ли?

– Да, сэр, – интересно, сколько еще мне придется думать об этом?

– Но я сомневаюсь, что кто-нибудь другой сделал бы это лучше. Со всеми этими штатскими на борту корабль должен был напоминать сумасшедший дом. Сенатор, он полностью ваш. В комнате 675 все готово.

– Хорошо. Спасибо, адмирал, – Фаулер вытолкал Блейна из комнаты, где проходило слушание, и повел по коридору к лифту, у открытой двери которого стоял младший офицер.

– И куда мы идем сейчас? – требовательно спросил Род. – Шестьсот семьдесят пять? Да это же отставка!

– Разумеется, – сказал сенатор. Они вошли в лифт. – Не думаете ли вы, что можно оставаться в Военном Флоте и одновременно состоять в этой комиссии, а? Вот почему мы так торопились со следствием. Пока оно не было записано, вас не могли уволить в отставку.

– Но, сенатор…

– Бен. Зовите меня Бен.

– Да, сэр. Бен, я не хочу уходить! Военный Флот – это моя карьера…

– Уже нет, – лифт остановился, и Фаулер вытолкнул Рода наружу. – Вы все равно должны были уйти из него. Семья более важна. Не могут же пэры, пренебрегая управлением, всю жизнь гоняться за кем-то на этих кораблях! Вы знали, что все равно должны уйти.

– Да, сэр. После смерти моего брата вопрос был решен. Но еще не сейчас! Может, они дадут мне временный отпуск?

– Не будьте идиотом. Вопрос мошкитов займет у нас много времени. Спарта слишком далеко, чтобы руководить этим. А мы здесь, – Фаулер ввел его в дверь.

Бумаги о его отставке были уже готовы. Родерик Гарольд, Лорд Блейн, повышается в звании до контр-адмирала и увольняется в отставку по приказу Его Императорского Величества.

– Куда пересылать пересылать пенсию, сэр?

– Простите?

– Вы имеете право на пенсию. Куда прикажете посылать ее, лорд? – для клерка Род был уже штатским человеком.

– Могу я пожертвовать ее в фонд помощи Военному Флоту?

– Да, сэр.

– Тогда так и сделайте.

Клерк быстро записал что-то. Были еще и другие вопросы, все достаточно тривиальные. Документы были подготовлены и переданы Роду, а клерк держал наготове ручку.

– Подпишите здесь, лорд.

Ручка в его руке была холодной. Роду не хотелось даже прикасаться к ней.

– Пишите, пишите, вас ждет еще дюжина встреч, – сказал сенатор Фаулер. – Ну, же, парень, пишите!

– Да, сэр.

Не было смысла медлить. Спорить было бесполезно. Если сам император назначил меня в эту проклятую Комиссию… Он быстро нацарапал свою подпись, а затем приложил к бумаге большой палец.

Такси везло их по узким улицам Новой Шотландии. Движение было большим, а на кебе не имелось официальных флажков, которые бы открывали перед ними дорогу. Для Рода было непривычно путешествовать таким образом: как правило, он пользовался флайером Военного Флота, перелетавшим с одной крыши на другую, а в последний прилет на Новую Шотландию вообще имел собственную шлюпку с ждущим экипажем. Ничего этого больше не будет.

– Мне нужно купить флайер и нанять шофера, – сказал Род. – Как член комиссии, я получу лицензию на воздушный транспорт?

– Конечно. Вы получите все, что захотите, – ответил сенатор Фаулер. – Фактически эта должность несет с собой номинальное баронство. Конечно, это не значит, что оно вам нужно, но это еще одна причина, по которой мы стали в последнее время такими популярными.

– И сколько же будет членов комиссии?

– В этом у меня тоже полная свобода. Не слишком много, – такси накренилось, когда водитель с трудом избежал наезда на пешехода. Фаулер вытащил свой карманный компьютер. – Снова опаздываем. Встречи во Дворце. Вы остановитесь там, конечно. Комнаты для прислуги будут переполнены, но мы втиснем туда вашего человека… У вас кто-то есть, или вы хотите, чтобы мой секретарь уладил этот вопрос?

– Келли с «Ленина». Я бы хотел, чтобы он остался со мной. – Еще один хороший человек потерян для флота.

– Келли? Как он, этот старый негодяй?

– Отлично.

– Рад слышать это. Я как раз вспомнил, что ваш отец просил узнать о нем. Вы знаете, что ему столько же лет, как и мне? Я помню его в мундире, когда ваш отец был лейтенантом, а это было очень давно.

– А где Сэлли? – когда Род вышел из комнаты 675, она уже ушла. И он был рад этому: с бумагами об увольнении, оттопыривавшими карман его туники, ему не очень-то хотелось разговаривать.

– Побежала по магазинам, конечно. Вам этого делать не придется. Один из моих людей выписал ваши размеры из документов Военного Флота и принес вам пару костюмов. Они во дворце.

– Бен… Вы движетесь слишком быстро, Бен, – осторожно сказал Род.

– Приходится. К тому времени, когда «Ленин» выйдет на орбиту, мы должны получить некоторые ответы. А пока вам нужно изучить политическую обстановку. Все это завязано воедино. ИТА хочет как можно скорее торговать. Человеческая Лига хочет культурного обмена и тоже поскорее. Армстронг хочет, чтобы его флот занялся внешними системами, но его пугают мошкиты. Все это должно быть решено прежде, чем Меррилл сможет продолжить покорение Трансугольного Сектора. Фондовые биржи отсюда до Спарты лихорадит – как повлияет технология мошкитов на экономику? Какие акционерные кампании потерпят крах? Какие обогатятся? И все это в наших руках, парень. Мы делаем эту политику.

– О! – весь смысл происходящего только теперь начал доходить до него. – А как насчет Сэлли? И остальных членов комиссии?

– Не будьте глупцом. ВЫ и Я – это и есть Комиссия. Сэлли сделает то, что будет нужно.

– Точнее, вы хотите, чтобы она сделала. Но я не уверен в этом… У нее есть собственное мнение.

– Думаете, я не знаю этого? Я жил с ней достаточно долго. Черт побери, вы тоже независимы, и я надеюсь, что не смогу диктовать вам свои условия.

Пока что вы делаете это довольно успешно, подумал Род.

– Вас волнует вопрос о комиссии, верно? – резко спросил Бен. – Парламент интересуют Имперские прерогативы. Если существует опасность, единственная прерогатива – это защита от чужаков. Если же они настроены мирно, Парламент хочет сказать свое слово в торговых сделках. Император не хочет выносить вопрос о мошкитах в правительство, пока мы не убедимся, что они противостоят нам. Однако, он не может управлять этим со Спарты. Он не может лично покинуть ее – это вызовет множество проблем в столице. Парламент не возражает против передачи дела кронпринцу Лисандру, но парень слишком молод. Положение безвыходное. Его Величество – это одно, но назначение агентов с властью Императора – совсем другое. Черт побери, я не хотел бы давать Имперской власти никому, кроме правящей фамилии. Один человек или семья не могут иметь слишком много власти, независимо от того, какую власть они имеют теоретически, но позволить им назначить доверенных людей – это совсем другое дело.