И я не могу позволить Оливии оказаться среди тех, кто подобно тварям хаоса вонзят в неё свои щупальца, дабы оторвать для себя кусок добычи, и желательно, пожирнее.
Начну её обучение с кентавров. Оливия должна понимать, что общество – это не так просто. Её будут провоцировать, будут плести интриги и впутывать в свои игры. Она должна научиться видеть эту ложь и манипуляции, что крайне сложно будет сделать из-за её непосредственного, открытого и доверчивого характера.
Да, Оливия доверчива, хоть сама об этом и не догадывается.
Я дал добро сшить платье, которое она захотела. И отныне этот образ будет меня долго преследовать. Буду мечтать увидеть её в этом образе наяву.
Но параллельно портной сошьёт ей наряд, который подходит ей по статусу и не нарушит никаких правил приличия в мире кентавров. Хоть нам и неизвестно, насколько сильно изменился тот мир. Но, тем не менее, скромность – это всегда беспроигрышный вариант в дипломатических миссиях.
Хотя, скромность и Оливия – словно два разных полюса и невозможно им слиться в единое целое.
Ну что ж, значит, леди Чантервиль нужен кто-то, кто компенсировал бы её пылкость и страстность. Но искать никого подходящего и не нужно. Этот человек уже есть. Я.
* * *
Оливия Чантервиль
Когда мы выбрались из плена портного, который измерил меня вдоль и поперёк, я и Гарри вздохнули с облегчением. А вот инквизитор был по-прежнему невозмутим, словно только что не провёл два с лишним часа у занудного портного, которому мне пришлось на пальцах объяснять детали моего наряда. Чуть язык не смозолила. Но зато, как оказалось, его племянник – отличный мастер по изготовлению обуви и он сделает задуманные мной туфельки.
Плату, кстати, портной брать наотрез оказывался и хмуро косился при этом на Тёрнера, который глубокомысленно молчал и в наши переговоры не лез.
В итоге, моя взяла и портному пришлось принять от меня предоплату за работу. Предварительный ценник этот мастер выкатил ого-го какой… Гарри чуть не прослезился, но сдержался. Только хрустел и скрипел челюстью.
А я осталась довольна – платье для свадьбы отбила, сама заказ оплатила и с Тёрнером вроде как не поссорилась.
— Предлагаю отобедать после долгих переговоров, — предложил вдруг Джон. — Как ты относишься к кухне Севера?
— Понятия не имею, — ответила честно. — Даже не представляю, какие блюда предлагает Север… Хотя нет, представляю. В моём мире, это обязательно сугудай, строганина, мясо. Точнее, много мяса и рыбы. Пельмени… Что ещё? Пирожки всякие… Варенье, мёд… Ну не знаю, сейчас такая жара и кушать такие сытные и тяжёлые блюда…
— Некоторые названия блюд твоего мира звучат устрашающе, — негромко засмеялся Тёрнер. — И поверь, блюда нашего Севера отнюдь не такие тяжёлые, как ты думаешь. Я угощаю.
Он галантно открыл дверь своей повозки, и когда я вместе с Гарри села на обитое мягкой велюровой тканью сиденье, Тёрнер назвал своему извозчику адрес, а потом, забрался следом и сел напротив.
Мы тронулись и отправились в незнакомую для меня часть города, которая выглядела очень солидно. Сразу стало ясно, что это центр Арктона и заведения, которые находятся здесь – для элиты, к которой я себя не причисляла.
— Давненько я не видел такой роскоши, — подметил Гарри. — Хорошо, что тебя пригласил Тёрнер, а значит, платит он, а то бы нас тут разорили.
Я промолчала и только зажала Гарри рот ладонью. Нечего болтать лишнее, а то инквизитор услышит.
А ресторан, куда меня привёл граф, и впрямь выглядел солидно.
Я понаблюдала, как входят и выходят из здания разодетые в дорогие ткани и украшения люди разных возрастов. Объединяло их одно – несметное богатство. Помимо этого – абсолютная безмятежность на лицах. Эти люди явно не беспокоились о завтрашнем дне, не думали о других, кто не может себе позволить такую роскошь, как обед в дорогом заведении, платья и костюмы, сшитые именитыми портными и из редких тканей, и уж тем более, драгоценности.
Настроение отчего-то скатилось вниз.
Мне стало некомфортно, хотя казалось бы, я должна радоваться, что меня сейчас выведут в свет и представят светскому обществу.
А потом я вспомнила, что забыла кое о чём – Оливия же раньше крутилась среди знатных особ, а значит, её должны хорошо знать.
И вот это подстава, я-то никого не знаю!
А если ко мне подойдёт какой-то хороший знакомый Оливии, и я ни сном, ни духом?
Эта мысль словно отрезвила меня, и я вцепилась в рукав Тёрнера.
— Милорд, а может, поедем в другое место, а?
— В чём дело? — спросил он обеспокоено.
— Да, Ливи, что такое? — вторил ему Гарри.
— Вдруг кто-то меня знает? Оливия ведь была дама светская, насколько я понимаю… А вот я нисколько ей не являюсь… Не хочу оказаться в неловкой ситуации, да ещё и вас подставить…
