нужно принимать мгновенно.
Либо я шлю все нахрен и убегаю, либо...
И я принимаю.
Быстро подтягиваю, взваливаю на себя мужика, несмотря на тщедушный вид оказавшегося тяжеленным, и тащу.
- Сюда. Нет, нет, сюда, - слабеющим голосом направляет тот, вцепившись в мои плечи, точно клещ.
В последнем из ангаров, в отличие от остальных, где двери держались на соплях, стоит нормальная, и даже закрытая на замок.
- Подтащи поближе, - хрипит Седой, и я выполняю.
Далее он, кряхтя и отдуваясь, достает из кармана связку. Работает отмычкой.
Замок открывается в два счета, видимо сказывается воровское прошлое.
И снова взваливаю его на себя, на секунду лишь сбросив, когда закрывал обратно дверь.
Потом он светит фонариком, и мы спускаемся вниз.
Я чувствую, как мужик слабеет.
Выбираю угол посуше, сваливаю его, а потом начинаю стаскивать с него штаны.
Рана точно такая, как я и рассчитывал. В общем, жить будет. Главное, чтобы Седой об этом не догадался.
- Ну, что там…Игнат, ты же сечешь в медицине. Что там….
- Все плохо, - говорю я.
Стягиваю с себя толстовку, затем футболку. Толстовку надеваю снова, а футболку рву на лоскуты.
- Главное, чтобы не было заражения, - поддеваю. – Но от потери крови запросто можно умереть.
- Сделай что-нибудь.
- Уже делаю, - говорю, и киваю на самодельные бинты. – А ты пока рассказывай.
- Я расскажу, а ты меня бросишь.
- Тогда сам себе помогай.
Поднимаюсь с места и отхожу к двери. Прислушиваюсь.
- Ты не оставишь меня, не оставишь умирающего. Ты не такой, - хрипит мне в след.
Вот и Принцесса думает, что я не такой.
Да если бы Седой только знал, кто его подстрелил…Мне кажется, я в тот момент, когда только узнал, что ему все известно, мог бы и снести ему башку.
Голоса.
Подходят к двери. Я замираю, а Седой, которому со своего места тоже слышно, перестает стонать.
- Э, тут заперто.
- Выбьем дверь?
- А смысл? Раз мы не смогли, значит и они…
- Сколько еще осталось? Разбежались, как тараканы.
- Да че, ладно тебе. Всех же взяли. Кроме главного. И пацана. Ну, и этих двух, которые, как ты только что видел, уже жмурики.
- В лес побежали, должно быть. Там кажись еще какие-то строения.
- Так че стоим? Двигаем проверять…
Хорошо, что сейчас не зима, и кровавого следа не видно среди листвы. И без собак…
- Игнат, плохо мне, плохо, слышь, - приглушенно стонет Седой, едва лишь голоса стихают.
- А будет еще хуже, - говорю я, и подхожу.
- Отключишься, и найдут тебя еще не скоро. Говори, или…
- Ха, да ты и сам мог бы сто раз догадаться, если бы не был таким тупым.
- Горские? – спрашиваю я, отмахиваясь от его оскорбления.
Начинаю перевязку, но не тороплюсь.
- Эти-то то, конечно, замешаны. Куда без них. Старший прикрыл дело. За круглую сумму, как обычно.
- Это я знаю и без тебя. Ты говорил о заказчике…
И посильнее стягиваю жгут.
Матерная тирада. Удушающий запах чужой крови.
Каменные стены подвала…Замкнутое пространство отцовской покореженной машины…Удушливый приступ клаустрофобии, и острое желание совершить нечто ужасающее...
- О заказчике, - напоминаю я, подавляя в себе приступ клаустрофобии и чего-то еще.
Непонятного, что лезет и рвется из глубины, но определенно пугающего.
- В тебе есть стержень, парень. Я сразу это понял. Ты мог бы запросто сколотить свою банду и разбогатеть. Подняться быстро…Я уже стар, а сын слабак. Я мог бы стать на первых порах твоей правой рукой…
Терпение на исходе. Мне хочется вытащить из кармана пистолет и навести его на мужика. Нажать на курок, а потом с удовольствием смотреть, как его мозги растекаются по каменному полу.
- О заказчике, - уже почти рычу, сжимая зубы.
На этот раз Седой, наконец, проникается.
- Кто может стать самым заклятым врагом, как не некогда самый лучший друг? А? Игнат?
И Седой снова хрипло стонет.
- Ну, Игнатик, подумай, подумай.
Я молчу.
- Ложкарев. Николай Валентинович. Слышал о таком? Впрочем, не факт, сейчас он обретается в Питере.
Зубы сцепляются сильнее.
- Я навел справки потом. Так, на всякий пожарный. Дружил с твоим отцом чуть ли не с детства, а потом…Как это часто водится, на одну бабу запали. Она выбрала не того. Ну и начался между приятелями раздор…
- Где запись?
Получается рвано и сипло, а перед глазами встает интеллигентное, несмотря на душещипательный рассказ про срок, холеное лицо друга родителей. Или не сидел, а просто вешал лапшу…
- Хах.
- Где запись, иначе сдохнешь.
И вот кажется, реально не шучу.
- Дома у меня, в сейфе. Вытащишь меня отсюда, получишь.
Следующие несколько минут проводим в тишине.
Я заканчиваю с перевязкой, прошу у Седого сигареты, и приваливаюсь спиной к стене.
Из кармана доносится вибрация.
Вспоминаю про переданный мне человеком Демьяна телефон, предусмотрительно поставленный на беззвучный.
Про самолет, про отъезд…
Все это сейчас представляется мне событиями из какой-то другой, чуждой мне параллельной реальности.
Отхожу подальше.
- Куда?
- Исследую местность, - отзываюсь. – Ты говорил про какие-то катакомбы…Проверю...
Расслабляется и закрывает глаза.
Передвигаюсь практически на ощупь.
Нашариваю углубление, иду вперед, и только, когда заворачиваю, похоже тут и правда что-то было раньше, достаю телефон и принимаю вызов.
- Игнат…
Голос Демьяна звучит прерывисто.
- Жив…
- Все в порядке, - отвечаю глухо.
- Выбрался?
- Да…
Только бы не решил отследить местоположение по телефону и не прислать подмогу.
- Все в порядке.
Стараюсь говорить тише, но звук все равно отлетает от стен. И слышу, что где-то капает вода.
- Хорошо. На самолет успеваешь?
- Я…успеваю, но…Не лечу, простите, - выдыхаю.
Решение принимается сейчас, но кажется, где-то на подсознательном уровне я уже знал, что не полечу.
Молчание.
- Игнат, - раздается из динамика спустя несколько секунд.
Мой личный убивающий, невероятно сладкий, пробирающий до мурашек яд.
Принцесса.
- Игнат...
Возня. Голоса Гора, Алисы...Принцесса в итоге побеждает.
- Игнат, ты где? Все в порядке?
- Привет, Алис. Все в порядке, - отвечаю я.
- Нет, я, нет, дай мне, - шипит в сторону. – Отойди.
Против воли улыбаюсь.
- Почему ты сказал Демьяну, что не летишь? Ты обещал… - уже на порядок громче, как будто отвоеванный в схватке телефон расположила у самых своих губ.
- Нет, я не обещал.
