пыль, снижались еще больше. Мы с пилигримом горячо поддержали эту идею, что выразилось в наложении божественной тишины по всей площади утопавшего в песке камня.
Спать никто не желал, не смотря на то, что погрузившееся во тьму Подземье оказалось очень уютным местом. Я сам точно не смог бы сейчас уснуть. Никто не давал гарантий, что помимо песчаных червей здесь не могут водиться и какие-нибудь плотоядные птички, для которых мы сейчас выглядим идеальной добычей.
Вдалеке, на сколько хватало скудного ночного зрения лунного эльфа, я видел бескрайний песок вперемешку с камнями и не оседавшую пыльную взвесь, в которой вечно тонули гигантские валуны из отколовшегося моста.
Стены здесь казались слишком далекими и эфемерными, и весь свет шел сверху, от растений и кристаллов на верхнем уровне. Тоже не самом светлом, но казавшимся отсюда бесформенной кляксой иномирной луны.
Где-то далеко отсюда переваливалась тень еще одного червя, создавая своим объемом и весом крохотные пыльные волны, придававшие песку больше сходства с водой.
Не найдя чем себя занять, я обошел лагерь, наблюдая за не желавшими засыпать в столь опасной ситуации членов рейда. Многие размышляли как я, и отказывались спать рядом с врагом, способным за один удар оборвать твою жизнь. Но вскоре нам придется продолжить путь, при чем желательно иметь в запасе как можно больше сил, чтобы единым броском пройтись до владений Арахны.
Чем бы не была эта таинственная сущность, главное, что она не станет мешать нашему пути. А значит, нужно как можно скорей добраться до настоящих паучьих земель, и уже оттуда неспешно и осторожно продвигаться в сторону храма.
Так и не найдя занятия для своего сонного и вымотанного разума, я нашел себе место повыше, откуда открывался вид на весь лагерь и землю вокруг, и вот теперь собирался перекусить с видом на пыльную пустошь.
— Я больше так не могу, Сион. — голос Терми был таким мрачным, даже с нотками некоего трагизма.
— В смысле? — его жреческие навыки тоже выросли. Теперь он мог как-то создавать пространство для переговоров в окружении божественной тишины.
Я осторожно присел, жестом указывая другу на место рядом. Впервые за несколько долгих циклов я позволил себе выпустить из рук легендарный посох, позволив ему тусклой бирюзовой змейкой ютиться на камне подле себя.
Терми мрачно посмотрел на меня и покачал головой:
— Я устал бегать от Пустоты. Сорян, но от твоих молитв толку становится меньше. Да и вообще, я сейчас живу как призванный пет. Отойду от тебя слишком надолго и всё...
— У тебя есть зелья…
— Я начал пить те, что ты зачаровал в башне. Как думаешь, скоро сможешь сделать нечто того же уровня?
Тогда повод для беспокойства и правда есть. Но что я могу сделать? Усиление зелий кажется самым лучшим вариантом, но без навыков алхимика это мне пока недоступно. Возможно, стоит расспросить в рейде, может, кто-то может меня научить или хотя бы за плату сделать сам что-то подходящее, а дальше я уж зачарую как надо?..
— Не знаешь… — печально хмыкнув, озвучил свои выводы пилигрим.
— Тебе хватит до храма? — нарушил я паузу спустя почти минуту тишины.
— Если очень поторопиться, и до города хватит. Суть-то не в этом. Да и что дальше? В городе на таких как мы открыта охота. Они ведь правы. Мы же по сути монстры Подземья, что в любой момент могут поехать крышей и наброситься на своих.
К концу он говорил уже почти шёпотом, но я все услышал.
Одержимый своей целью, я не видел ни опасностей, ни преград. Но пилигриму держаться было не за что — самые близкие его друзья остались лежать в храме Тефнут.
— Звериное имя может многое изменить. Хотя бы его дождись со своими суицидальными мыслями…
— И что изменит твое имя? Я пустотник, Сион. Ходячая угроза всем, включая себя самого.
— Оно может изменить тебя. В книге Хозяйки о расах есть…
— А с чего ты взял, что я хочу меняться, бро? Я и без Пустоты неплохо себя чувствовал.
Это прозвучало так обидно, что я не нашелся с ответом и замер. Он ведь и так знает, как мне не по себе от того, что это фактически я сделал его таким. Пилигрим же решил добить:
— Я достаточно насмотрелся на тебя, чтобы скорее решиться прыгнуть в пасть к каменному червю, чем позволить чему-то еще влиять на свои мозги.
— Не совсем тебя понял, — решил я дать другу последний шанс уйти от конфликта.
— В тебе почти ничего не осталось от того целителя, с которым я познакомился в Данталиане. Сейчас предо мной фанатик. Ты ещё видишь разницу между своим богом и Лаской?
— Ты вообще о чем, друг? — опешил я. — Я такой же, как был. И мы по-прежнему делаем доброе дело. Если тебе плевать на себя, подумай о тех, кого мы спасём…
— Вот только не нужно мне опять промывать этим голову, — устало ответил пилигрим. — Посмотри на себя со стороны. И вспомни слова того бомжа из долины Терний.
— Я устал повторять, что не понимаю сути предъявы. Ты такой же жрец своей богини, как и я, нет?
— Да при чём тут это, — тяжело вздохнул друг. — То, что ты меня не понимаешь только доказывает, что я прав. Скажи, Сион, что для тебя сейчас в жизни действительно важно, кроме Ласки? Хотя нет, ничего не говори. Себе ответь.
— Например, ты, Фил, Лесат и Грейси…
Но Терми лишь раздражённо махнул рукой, поднялся и ушел прочь.
Я задумчиво вытянул из инвентаря маракую и кусочек мяса:
— Лишь бы глупостей не наделал, — произнес я, обращаясь к единственному оставшемуся собеседнику.
— Кьау? — проскрипела пещерная мантикора, увидев угощение.
— А знаешь что, Искра? — шепотом спросил я, отправляя котье лакомство в недолгий путь к звериной пасти. — Ты даже с двойкой инты поумнее многих будешь сейчас.
Кстати, за время боёв с бехолдерами зверь тоже подрос в силе. Сорок шестой уровень и две свободные единицы идут в интеллект. Наверное, я делаю глупость, качая бесполезную для простого зверька характеристику. Но будь что будет. Вдруг однажды у меня появился более приятный собеседник?
Я довел интеллект котенка до четвёрки. А затем, чуть подумав, снял с себя ставшее
