Часам к десяти вечера весь такыр, на котором мы располагались, окружили юсгориды. Они повисли в воздухе, создавая вокруг нас ажурный заслон, и в это же время со всех концов пустыни на нас двинулись родбариды. Мы и не подозревали, что их так много развелось в каракумских песках. Они вылезли из барханов, покинули стройку и ползли к нашему наблюдательному пункту, атакуя со всех сторон. Многих, видимо для того чтобы ускорить события, юсгориды подхватывали и быстро подносили поближе к такыру.
Внеочередное донесение мы составили не больше чем за пять минут и дали команду радистам немедленно передать его в штаб, срочно сообщить о новых действиях биосилицитов, но было уже поздно. Радисты ничего не могли поделать со своей аппаратурой: круговой заслон из юсгоридов нацело пресек всякую возможность связи с внешним миром.
А родбариды наступали. Как только они доходили до края плотной глинистой площадки, они вгрызались в грунт и вползали под такыр. Сотни силициевых созданий уже копошились под нами, а сотни все новых шли и шли из пустыни к ним на помощь. Казалось, все барханы вот-вот превратятся в гудящие и немного люминесцирующие приплюснутые шары. Родбариды, находящиеся под нами, не теряли времени зря. Не прошло и часа, как они начали выползать из-под такыра, по границам которого уже образовалась кромка из прочной стекловидной массы.
Как выяснилось позже, это были края мощной ребристой платформы, подведенной под занимаемую нами площадку. Тотчас же, после того как родбариды закончили свою работу, юсгориды быстро перегруппировались, покидая свои посты кругового заграждения, и ринулись к краям платформы.
Вот тут-то мы и почувствовали толчки. Плавные но все же такие, которые напомнили нам землетрясение. Теперь, насколько мы могли судить, ни одного юсгорида не осталось на стройке: все они собрались у нашей площадки, и она, как некогда танк-сейф Ченснеппа в Амстердаме, начала приподниматься.
- Поехали! - закричал Асквит. - Нас вежливо и очень настоятельно просят удалиться.
Огромный такыр со всем нашим хозяйством - с палатками, фургонами, вертолетами и автомобильными электростанциями - поднимался в воздух. Мы, разумеется, ничего не могли поделать. Нужно сказать, что первая растерянность довольно быстро прошла. Не было и страха. Люди уже в какой-то мере привыкли к проделкам биосилицитов и верили в их незлобивость и благоразумие. Раздражало, правда, что нас хотят выдворить. Куда?
Этого мы, конечно, не знали.
Такыр передвигался медленно. Видимо, и для силицитов перемещение в пространстве таких огромных масс было делом нелегким, а может быть, они просто опасались повредить нас. Полет совершался в направлении на юго-запад. Мы только начали соображать, попадем ли прямехонько в Ашхабад, или нас отнесет западнее, как начался спуск. По пологой линии мы пролетели еще метров пятьсот и с легким толчком опустились на самой возвышенной части каменистого плато.
Не успели мы прийти в себя, как юсгориды исчезли. Они явно спешили. Отодвинув нас подальше от своего сооружения, но не лишив возможности любоваться ими издали, они мгновенно вернулись к Сиреневому Кристаллу.
Теперь у нас вся надежда была на оптические средства. Бинокли, подзорные трубы, оптические прицелы - все было пущено в ход, но этого казалось мало. Поочередно каждый из нас припадал то к одному, то к другому приспособлению, стараясь получше рассмотреть, что делается у биосилицитов. Работали две кинокамеры с телеобъективами, и, так как все силициты в ту ночь светились интенсивно, пленки получались отличные. Мы много раз потом просматривали их, и теперь я могу довольно точно судить, что произошло на "стройке". Как только юсгориды, заботясь о нашей безопасности, отбуксировали нас подальше от своего сооружения, они тотчас же создали большое кольцо-завесу вокруг всей своей постройки.
Сиреневый Кристалл пульсировал так, что даже с нашей новой наблюдательной позиции видно было, как от него идут тончайшие лучики. Все сооружение, устремленное в звездное небо, как бы вытянулось, засверкало ярче прежнего, и мы поняли: через несколько минут оно должно оторваться от Земли. Но в то же время возникало сомнение: состоится ли этот полет. Даже мы, тогда еще мало смыслившие в их затее, понимали: постройка не симметрична, как-то не закончена. Настораживало и другое: юсгориды, очевидно закончив сбор информации, продолжали настойчивый поиск чего-то, по-видимому, крайне им необходимого. Как выяснилось потом, они проникали во льды Антарктиды и Гренландии, опускались в бездны океанов и кратеры вулканов, обшаривали тайгу и джунгли, пустыни и города, особенно долго задерживаясь у витрин ювелирных магазинов и около сейфов с драгоценными камнями. Увенчались ли их поиски успехом? Смогут ли они выполнить свое назначение и достигнуть пославшего их далекого мира?
Минут через тридцать, после того как мы были эвакуированы на безопасное расстояние от снаряда, он плавно, слегка наклоняясь в сторону вращения Земли, начал приподниматься над площадкой. Но, не взлетев и на километр, гигантское, сложнейшее, но не симметричное сооружение стало заметно заваливаться на одну сторону и рухнуло, подняв огромный столб песка.
Песчаный дождь выпал и на нашу площадку, а когда видимость улучшилась, мы заметили, что биосилициты, как бы обескураженные неудачей, замерли на тех местах, где они находились во время старта. И почти у поверхности земли значительно слабее, чем прежде, сиял Сиреневый Кристалл. Одинокий... Вот чего не хватало для полноценного завершения программы действия силицитов - второго носителя этой программы, второго Сиреневого Кристалла!
Все, вероятно, помнят, как в Москве проходила Международная конференция по биосилицитам. О ней самым подробным образом сообщала пресса, выступления всех ее участников транслировались по радио и передавались по телевидению. Это было поистине всепланетное совещание ученых, правительств и общественных организаций. Обсуждался фактически один вопрос: "Отдать или не отдавать?"
Второй Сиреневый Кристалл в то время был в распоряжении Силицитового комитета. Получив Сиреневый Кристалл от профессора Асквита, я немедленно передал его в комитет.
Это были дни невиданного подъема, дни торжества человеческой воли. Все отдавали должное огромным возможностям биосилицитов, понимали, что разумные существа, пославшие их на разведку, на освоение миров Вселенной, видимо, достигли очень высокой степени цивилизации. Однако заманчивый эксперимент наших далеких собратьев по разуму мог быть доведен до успешного конца только при том условии, если бы человеческие знания, пытливость и социальный прогресс помогли этому начинанию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
