— Оглен, Оглен- говорила я шепотом, тормоша его руку.
Он не реагировал, я снова сделала попытку, но на этот раз я уже говорила более громко. Оглен застонал и повернул голову на мой голос, открыл глаза и попытался сказать, но из его уст я услышала только гортанный хрип.
— Что мне надо сделать? — доставая пузырек и поднося к его лицу, так чтоб он смог разглядеть.
Пальцы его дрогнули, медленно собирая последние остатки сил, дотянулся до пузырька. Я открутила крышечку и вложила пузырек в его руку, но не отпускала, боясь, что он уронит его. С моей помощью Оглен поднес его к губам и с трудом сделал один большой глотов, выпив содержимое пузырька до дна. Все, что мне оставалось- это сесть в кресло напротив и ждать, когда противоядие сделает свое дело.
Постепенно его неровное дыхание вперемешку с хрипами, сменилось спокойное и ритмичное. Оглен уснул, но я не хотела оставлять его в таком состоянии, сидела и ждала, наблюдая, как выражение его лица меняется.
— Кира… Кирааа- голос Оглена разбудил меня.
— Тебе пора уже светает.
Я хлопала глазами, пытаясь проснуться. Тело мое затекло, ведь все это время я спала свернутая калачиком в кресле. Даже не заметила, как уснула. Неужели уже утро, я проспала весь день и всю ночь.
— Зря ты это сделала, ты потеряла много сил- голос Оглена отчитывал меня, как нашкодившего ребенка.
— Что я сделала? — пытаясь встать с кресла и размяться, но ватные ноги и гудящая голова плохо подчинялись.
— Понятно, ты подсознательно во сне восстановила мои силы, сама этого не осознавая. Эх, дочка… Давай позавтракаем, травяной чай, мой рецепт придаст тебе сил. Ванная комната- с этими словами, он указал рукой на дверь.
— Иди, освежись и приведи себя в порядок.
Я тщательно умылась, прогоняя остатки сна, привела волосы в порядок. Столик у окна был уже накрыт, Оглен сидел в кресле и ждал меня, как только я вышла из ванной комнаты, он стал разливать чай по чашкам. Руки его не дрожали, перемены в его лице к лучшему меня порадовали. Лоли бесцеремонно прыгал по столу и таскал кусочки сахара из сахарницы, на что получил от Оглена умилительную улыбку.
— Хороший у тебя помощник- подвигая сахарницу поближе к Лоли, сказал Оглен бодрым голосом.
— Очень хороший, что бы я без него делала, не представляю.
Столько вопросов, которые я хотела задать Оглену, сейчас были не уместны. Времени у меня было только на завтрак. Он прошел в полной тишине, Оглен сам был погружен в свои мысли, ему самому надо было разобраться со случившимся и понять, что происходит.
— Мне пора- вставая из-за стола, сказала я и кинула взгляд на город, который как на ладони был виден из окна.
— Ты победишь, ты должна победить- его слова звучали как приказ.
— Должна.
32. Первый бой.
Я попыталась выбраться из своего укромного места между шатрами, куда я переместилась. Но путь к дорожке мне перегородил здоровенный конь, очень внушительных размеров и веселенькой раскраски. Смутно напоминающий коричневый, но с явным отливом зеленого цвета. Причем очень насыщенного зеленого, такое впечатление, что бедное животное случайно облили зеленкой и забыли помыть. Конь нагло махнул хвостом и повернул морду в мою сторону, сдвинул уши и скорчил ехидную гримасу, наблюдал за мной и ждал моего ответа. Сдвинуть его или обойти не представлялось возможности. Он прекрасно понимал, что выйти я могу, только отодвинув его. От этого моего безвыходного положения, его аж распирало, мне казалось, что вот вот и конь заржет.
— Леди Кира!!! Леди Кира!!! — закричал Влад проходящий мимо в сторону шатра и тут же бросился к коню, пытаясь его отвести, на что получил отпор.
— Сожру вместе с подковами!!! — закричал Райк вылетая из шатра.
Глаза коня округлились, уши как антенны застыли, еще немного и его бы хватил инфаркт, задние ноги быстренько задвигались, отчеканивая ритм и освобождая мне путь.
— Кирааааааааа!!! — завопил Райк, сгребая меня в охапку.
На его истошные крики, из палатки высыпались все: Дарин, Кан, Ванес, Перфи, Дарти, а так же народ из соседних шатров и палаток, с явным любопытством глазели, что происходит.
Дарин одернула Райка, тот виновато поставил меня на землю и мы прошли в шатер, чтоб не подливать масло в огонь и не собирать толпу зевак.
Когда-то просторный шатер превратился в захламленный склад, по всюду стояли корзины, сундуки, лежали шкуры, свернутые ковры и кучааа всякого добра.
— Перфи все нам рассказал. Дочка, ты выглядишь изможденной- голос Дарин дрожал, она взяла меня за руку и увела в мою половину шатра.
Ребята притихли, полушепотом переговариваясь, накрывали на стол и пытались расчистить место в шатре.
Дарин достала меленький сундучок из своей сумки, открыла его и выложила на стол флакончики с целебными отварами и зельями.
— Так, выпей этот- придаст сил.
— И этот, взбодрит, да еще этот…
Я послушно выпила все, прекрасно зная, что в них, ведь сама их же и готовила. Мое тело ожило, наливаясь силой и бодростью, но вид пустых флакончиков болью отдался в сердце, как напоминание о вчерашнем.
— Матушка, что сказал вам Перфи? — шепотом спросила я, чтоб меня услышала только Дарин.
— Что ты понадобилась по важному делу при Дворе- спокойно ответила Дарин, убирая пустые флакончики в шкатулку.
Она делала вид, что мой вопрос ее не встревожил, но по дрожащим ее рукам я поняла как сейчас ей тяжело. Ее уставшее лицо, говорило о том, что она не сомкнула глаз в ожидании моего прихода, но она держалась, не показывая своей усталости.
— Завтракать!!! — позвал нас Райк, просовывая свою голову в мою половину шатра, убеждаясь, что с нами все в порядке.
Мы с Дарин помыли руки и присоединились ко всем, вроде я и завтракала с Огленом, но у меня разыгрался зверский аппетит. Действие отваров и зелий дало о себе знать, организм набирал силу, а сегодня мне, как ни когда надо быть на высоте.
Я ела молча и слушала, как Райк размахивая руками рассказывал о своих поединках. Он не был в обиде, что я не присутствовала вчера. Его добрый взгляд, такой искренний и немного наивный, сразу менялся, когда он смотрел на меня, тревога и понимание.
Зашел Влад, отвесив низкий поклон, передал в руки Кану бумагу и удалился, чтоб не мешать нашей трапезе. Кан развернул листок и внимательно принялся его изучать, по выражению его лица было видно, что он очень не доволен, тем, что там изложено.
— Странные вещи творятся- впервые тембр его голоса был тихим и обескураженным, он свернул листок и положил на край стола.
Мы все притихли, смотря в его сторону, и ждали комментариев.
