ухо.
Тело Алекса дернулось в ответ на прерывисто звучащие слова, которые ни Д.К., ни Биар не услышали бы. Она отстранилась, чтобы посмотреть ему в лицо, и у нее перехватило дыхание от мучительных теней, скрывающихся в его глазах. Но потом он моргнул, и эмоция исчезла, заставив ее задаться вопросом, действительно ли она видела это.
Джордан отпустил ее и широко улыбнулся, оглядывая комнату.
— Что я пропустил, пока меня не было? — спросил он, растягиваясь на кровати.
Алекс была ошеломлена его внезапной сменой эмоций. Она неуверенно села рядом с ним, а Д.К. и Биар заняли свои места на другой кровати.
— Ни за что, — сказала Д.К.. — Сначала расскажи нам о своих выходных. Что случилось? Чего хотели родители?
Джордан пожал плечами.
— Они просто хотели меня видеть.
Алекс с удивлением подняла брови — и она была не единственной, — но, похоже, он игнорировал их, предпочитая копаться в своем рюкзаке. То, что он искал, ускользало от него, и он прекратил свои поиски, заметив их выжидающие выражения.
— Что?
— Родители позвали тебя к себе просто, чтобы сказать «привет»? — с сомнением спросил Биар.
— Похоже на то, — ответил Джордан. — Странно, да?
— Они сказали, почему хотели тебя видеть? — настаивала Д.К.. — Или почему это было так срочно?
— Нет. — Джордан встал и подошел к своему столу. Он переложил несколько книг, прежде чем тихо фыркнуть и вернуться к ним. — Я умираю с голоду. У кого-нибудь есть какая-нибудь еда? Я думал, что у меня что-то есть в сумке, но, должно быть, я оставил ее дома.
Дома? Неужели он только что назвал Шато Шонделль домом? Насколько Алекс знала, Джордан ненавидел место, где он вырос. Его домом была Акарная, а вторым домом — дом Ронниганов в Вудхейвене. Замок Шонделль всего лишь холодное напоминание об одиноком детстве. Единственным человеком, который когда-либо действительно заботился о нем, был его брат Лука, но он покончил с собой, когда Джордану было одиннадцать. В целом, замок вряд ли был местом счастливых воспоминаний для Джордана.
— Дома? — переспросил Биар, тоже уловив это слово.
Джордан замер на долю секунды, прежде чем его поза расслабилась, и он поправился:
— В доме моих родителей. От старых привычек трудно избавиться.
Алекс с беспокойством смотрела на Джордана, пока тот искал что-нибудь съедобное на своем столе. Когда он понял, что его поиски были бесплодны, то вернулся к своей кровати и снова сел.
— Извините за грубость, но я устал, — сказал он, прикрывая почти правдоподобный зевок рукой. — Я должен попытаться заснуть, прежде чем желудок съест мои почки и не даст мне спать всю ночь.
Казалось, никто не знал, что на это сказать.
— Хм, конечно, — согласилась Алекс, медленно поднимаясь на ноги. — Думаю, мы, э-э, оставим тебя наедине. Увидимся утром.
— Спокойной ночи, — сказал Джордан, вытягивая ноги и складывая руки за головой.
Алекс многозначительно посмотрела на Биара, когда они с Д.К. направились к двери, и ее темноволосый друг кивнул, понимая ее молчаливую просьбу надавить на Джордана для получения дополнительной информации после того, как они уйдут.
В тот момент, когда Д.К. и Алекс оказались в своей комнате в общежитии, они повернулись друг к другу.
— Это только мне показалось или…
— Определенно не только тебе, — прервала ее Д.К., когда свернулась на кровати, обхватив голову руками.
— Эй, с тобой все в порядке? — спросила Алекс, садясь рядом с подругой.
— Я волнуюсь, — призналась Д.К. после минутного молчания. — Я не могу не задаться вопросом…
Когда Д.К. не закончила, Алекс спросила:
— В чем дело, Дикс?
Девушка слегка вздрогнула и подняла голову, выражение ее лица было пугающе пустым.
— Ничего, Алекс. Я уверена, что это ерунда.
Алекс собиралась протестовать, но Д.К. сказала, что устала, и убежала в ванную, чтобы подготовиться ко сну. Когда она вернулась, то едва прошептала:
— Сладких снов, Алекс, — прежде чем скользнуть под одеяло и повернуться лицом к стене.
Когда несколько минут спустя Алекс улеглась в постель, она не могла избавиться от дурного предчувствия. Джордан вернулся, целый и невредимый, так почему же она не испытала большего облегчения? Конечно, его поведение казалось немного странным, но он только что провел выходные со своими родителями, которые требовали от него слишком многого и ничего не давали взамен. Это могло бы нокаутировать кого угодно. Она решила, что ему просто нужно время, и тогда он вернется к нормальной жизни.
Но когда Алекс засыпала, она не могла выкинуть из головы вид его измученных голубых глаз, и она нисколько не удивилась, когда позже ночью ее разбудили полные ужаса крики Д.К.
Глава 23
— Я просто хочу, чтобы он рассказал нам, что произошло, понимаешь? — жаловалась Д.К., когда они с Алекс уходили из конюшен, с трудом прокладывая путь через снег, который покрыл территорию академии во время снежной бури в начале зимы в прошлые выходные. — Мне не нравится, что он не хочет говорить с нами об этом.
Прошло две с половиной недели с тех пор, как Джордан навестил родителей, и он не сообщил им никаких подробностей о своей поездке. На самом деле, Алекс едва видела его вне занятий с тех пор, как он вернулся в академию, и она была более чем немного обеспокоена его продолжающимся отсутствием во время общественных занятий. Она не могла не задаться вопросом, не сделали ли или не сказали ли ему что-нибудь его родители, и, будучи типичным парнем, он воздвиг стены, чтобы все остальные не поняли, насколько он расстроен.
Если бы Джордан открылся, а не избегал их, они могли бы поговорить об этом и попытаться помочь ему. Или, по крайней мере, напомнить ему, что его настоящая семья не обязательно была связана кровными узами.
— Я знаю, Дикс, — согласилась Алекс. — Но мы не можем заставить его говорить с нами.
К несчастью.
— Я бы хотела, чтобы мы могли, — сказал Д.К. устало. За последние две недели ее кошмары вернулись с удвоенной силой, теперь подруги просыпались от криков Дикс через день. У обеих
