моя самая большая дружная компания уехала, и из-за всего, что происходит с Томом, мне было так одиноко. Но я не собираюсь снова плакать из-за него. Я не буду тянуть его вниз, как якорь страданий.
"Когда я смогу увидеть тебя в следующий раз?"
"Я могу пойти в интернет-кафе во вторник".
Его лицо опускается от разочарования.
"Или… я могу зайти в Интернет позже, после того как Валентина уйдет, перед тем как лечь спать…"
Озорство искажает его улыбку. "Мне бы этого очень хотелось".
Наступает пауза, пока мы оба боремся со своими похабными мыслями, пока ему не удается нас отвлечь.
"Как тебе новый состав?"
"Громкий…"
Он хихикает, и все мое тело покалывает, как будто меня укутывают в одеяло.
"Скоро они успокоятся. Они просто в режиме выживания".
"Ммм, больше похоже на режим весенних каникул".
"Может, со стороны это так и выглядит, но поверь мне, выходить на сцену в такой большой группе гораздо сложнее, чем кажется. К тому же сейчас неделя открытия — у них у всех безумное количество стресса, нервов и адреналина. Дай им время".
После того как мы закончили разговор, я использую последние пять минут Wi-Fi, чтобы поделиться чем-то в своей истории Instagram. Валентина прислала мне кучу фотографий на днях, и я хочу отметить Оскара в честь его дня рождения. Ладно, хорошо, и я хочу похвастаться, что у меня есть новый подходящий бойфренд, чтобы люди, заглянув в мою историю, увидели, как здорово я справляюсь.
Я нахожу фотографию, на которой мы с Оскаром на катамаране. Мы сидим рядом друг с другом на длинном, похожем на диван шезлонге, его рука лежит на моем плече. Я улыбаюсь в камеру, а он смотрит на меня с самой большой улыбкой на лице. Это было до фамбла, когда мы еще могли находиться рядом друг с другом и честно сказать, что ничего не происходит. Но, черт возьми, когда он прижал меня к себе, клянусь, я чуть не умерла.
Закончив рассказ, я отключаю телефон на сегодня, с нетерпением ожидая, что позже снова включу его, чтобы поговорить с ним. И посмотреть, кто решит «вылезти из леса», чтобы посмотреть на мою историю.
После последнего занятия я прихожу в бар и вижу, что Оби, как и положено, танцует на столе, а остальные танцуют на полу вокруг него. Мне требуется некоторое время, чтобы сравняться с ними по энергии, но с помощью нескольких рюмок я в конце концов добиваюсь своего.
Когда бар закрывается, мы несем подвыпившую Валентину обратно в ее комнату, и вечеринка продолжается там еще некоторое время. К счастью, она остается в рамках приличия, несмотря на все старания новых актеров придать ей пикантности. Том здесь, но он держится подальше от меня. Ну, насколько это возможно в каюте размером с коробку из-под обуви.
Около трех часов ночи я засыпаю, потому что устала, а также потому, что в ходе различных непьющих игр становится ясно, что многие из вновь прибывших знают Оскара так же, как и Луиза. К счастью, Валентина на этот раз не заговорила, а остальной развлекательный персонал поспешил сменить тему, пока не выяснилось слишком много, но это не мешает им всем каждые пять секунд посылать в мою сторону не слишком деликатные взгляды "ты в порядке?".
Я звоню Оскару по FaceTime, но он не отвечает. В Великобритании сейчас почти девять утра, так что он должен быть на ногах. Возможно, он пошел сделать чашку чая или что-то в этом роде, поэтому я отправляю ему сообщение, чтобы он знал, что я свободна, и включаю звонок, чтобы не пропустить его ответ, пока я готовлюсь ко сну.
Я не собираюсь рассказывать ему о своих последних открытиях, так же как не стала рассказывать о Луизе. Это не мое дело, с кем он спал до меня — разве что у него есть тайный ребенок, и он ожидает, что однажды я стану его мачехой, или, знаете, какая-нибудь опасная для жизни венерическая болезнь. Эти вещи касались бы меня, но я уверена, что он уже рассказал бы мне о чём-то таком.
Прошло пятнадцать минут, а он все еще не позвонил. Мое сообщение даже не доставлено. В животе что-то скручивается, и я стараюсь не обращать на это внимания. Бывало, что мои сообщения не доходили до идиота часами, как я потом выяснила, потому что он включал свой телефон в авиарежим, когда был с ней.
Оскар — не он.
Я забираюсь в постель и снова звоню ему, но ответа нет, поэтому я отвлекаюсь на Instagram. О, — более ста человек увидели мою историю. Я прокручиваю список зрителей и радуюсь тому, что все эти люди, которые забыли обо мне, как только я устроилась на нормальную работу, теперь стали свидетелями моей новой идеальной жизни.
От Оскара по-прежнему ничего нет, и он по-прежнему не отвечает.
Вернувшись в Instagram, я замечаю, что он что-то загрузил в свою историю. Он перепостил мою фотографию с сердечком и эмодзи сверчка. Несколько человек также поздравили его с днем рождения, и он тоже поделился этим. Есть немного очаровательных фотографий, на которых он запечатлен маленьким, и которыми поделились, как я полагаю, члены его семьи семьи или старые школьные друзья. Крошка Оскар такой милый. Боже мой, у нас получились бы прекрасные дети.
Из любопытства и в попытке убить время до того, как он позвонит, я выслеживаю друзей, чьими историями он поделился.
Мой желудок снова скручивает.
Один из них загрузил видео в свою историю. На нем люди сидят за столом в шумном пабе, и по коллекции пустых стаканов перед ними ясно, что выпивка идет полным ходом. Камера фокусируется на Оскаре, сидящем во главе стола. Однако он не смотрит в камеру, а увлечен оживленной беседой с блондинкой, сидящей рядом с ним. Она крепко обнимает его. И он обнимает ее в ответ.
Я нажимаю на кнопку, чтобы воспроизвести кадр снова, чтобы убедиться, что это не его сестра.
Это не она. Я уверена в этом.
С колотящимся в ушах сердцем я нажимаю на следующую запись в их истории. Там есть фотография, на которой все позируют перед камерой. Что это? Я пробегаю глазами между всеми лицами, особенно теми, кто сидит ближе всего к нему. Почему все там такие привлекательные? Кто они все? Почему его гребаная рука обнимает ту девушку и почему он не отвечает на звонки?
Я чувствую себя такой забытой.
Всех отметили, и, не придумав ничего
