Читаем без скачивания Черника в масле - Никита Максимов

Андрей некоторое время размышлял.

– Знаешь, сегодня не лучшая погода для пикника, но у меня есть на примете одно спокойное место, где нам никто на помешает. Только я возьму с собой парочку своих людей.

– Боже, неужели ты меня боишься?

– Вовсе нет. Просто у нас тут некоторое подобие авторитарной демократии и мои помощники имеют право голоса.

– И много у тебя помощников?

– Ты их видела. Сергей, тот здоровенный громила – помнишь? – Она кивнула в ответ. – И наш главный механик, Рустам. Тот самый бородач, к которому ты вчера явилась.

– Худой молчун?

– Он самый. Я бы позвал ещё нашего фельдшера, но она сказала, что боится тебя.

– Вот как?

– Да, есть у неё на твой счёт нехорошие чувства. Женская интуиция, знаешь ли…

– Спасибо, что предупредил.

– Не за что. Ладно, думаю, что на первый раз мы без Марины обойдёмся. Доедайте, допивайте и через пятнадцать минут жду вас всех возле лодочного сарая. Пастор, вы помните, где это? Прекрасно. Катя, кроме твоего рюкзака тебе ещё что-нибудь нужно?

Та пожала в ответ плечами.

– Нет. Всё своё ношу с собой. Шашлыки будем жарить?

– Не в этот раз. Попрошу сделать бутербродов, если ты не наелась.

– Вот спасибо, добрый человек! Наесться я наелась, но кто знает, насколько затянется разговор.

После всего этого они и оказались на том самом острове, который и не остров даже, а непонятный аппендикс среди путаницы водных рукавов, некоторые из которых можно перепрыгнуть с разбега или перейти по обрушившимся деревьям, а другие придётся переплывать, лавируя между отмелями, густо заросшими камышом.

Поплыли на двух лодках из стеклопластика, старых, потёртых, но поддерживаемых в хорошем состоянии и аккуратно выкрашенных в бледно-голубой цвет. Женщина по имени Кейт села вместе с Эндрю и его здоровенным помощником Сергеем. Коби с пастором оказались в компании молчаливого мужчины с рыжеватой бородой, которого звали Рустам. Она мало что про него знала, кроме того, что он заведует здесь всей техникой и что темноволосая девушка Ася, которая помогает врачу – это его дочь.

Рустам грёб не спеша, длинными уверенными гребками. Коби, сидевшая на носу, видела, как работают его плечи, как вздуваются и опадают мышцы на длинных, жилистых руках. Лодка шла плавно, с почти постоянной скоростью, уверенно держась следом за головной. Из-под носа в разные стороны разбегались две лёгкие волны, в пузырьках и завитках турбулентности. По поверхности воды плыли сухие иголочки хвои, редкие травинки и кусочки коры. В воздухе было чисто – всех насекомых с открытого места сдувал северо-восточный ветер, запутавшийся в лесных коридорах, окружающих протоки. Местами водный путь сужался, прижимаясь к невысокому обрывистому берегу и его перегораживали упавшие в разное время стволы деревьев. В них были пропилены аккуратные проходы – как раз на ширину лодки. Теперь Коби сообразила, для чего в головную лодку перед поездкой помимо всего прочего загрузили небольшую бензопилу.

Плавание удивительным образом её успокоило. Познакомившись с появившейся в лагере женщиной, она перестала теряться в догадках, придумывать фантастические сценарии, благодаря которым они могли бы оказаться дома. Теперь есть человек, специально подготовленный и обученный, который займётся этим. Это хорошо.

Коби перегнулась через борт, опустила руку в бегущую от носа воду. Вокруг пальцев заплескались небольшие буруны, и сопротивление подсказало, что они плывут с достаточно приличной скоростью. Относительно тёплый верхний слой воды оказался совсем тонким, на глубине буквально в несколько сантиметров кончики пальцев стало колоть ледяным холодом.

«Да уж, вряд ли у них тут длинный купальный сезон».

Лодка замедлила ход. Коби подняла голову. Впереди начинался проход в камышах, почти такой же, как и на берегу рядом с лагерем. Он вёл в крохотный заливчик, спрятавшийся под развесистыми кронами деревьев. По его бокам шли два помоста из старых, почерневших досок, оставляя на воде свободного пространства ровно столько, чтобы рядом могли уместиться две лодки. Дальше от помоста поднималась наверх такая же тёмная деревянная дорожка.

Рустам, сидя вполоборота и ловко орудуя вёслами, направил их лодку в узкое стойло. Её привязали к низкому, по всей длине растрескавшемуся от непогоды столбику. После этого все поднялись наверх. Там под естественным шатром из елей спряталась укромная площадка, вымощенная вместо традиционных досок деревянными кругляшами – толстыми плашками, отрезанными от брёвен. Нижние ветви деревьев были обрезаны так, что над площадкой поднимался природный, непроницаемый для непогоды купол. Посередине стоял длинный стол, вдоль которого с двух сторон тянулись скамьи. На дальнем конце площадку замыкала сложенная из грубых камней простейшая печь с жаровней, прикрытой толстой железной решёткой.

– Ох, красота какая! – совершенно искренне восхитилась Кейт. – Ребята, пообещайте мне, что без шашлыков вы меня отсюда не отпустите.

«Мэр» Эндрю усмехнулся и согласно кивнул головой.

На Коби это место тоже произвело впечатление. Зелёный полумрак, старое, цвета графита дерево построек, дикий, с острыми краями камень, из которого была сложена печь. Для полноты картины не хватало только пары копий, прислоненных к дереву и меховой куртки, свисающей с какого-нибудь сучка. И ещё там стояла удивительная, тягучая, вязкая тишина.

– Надеюсь, это достаточно уединённое место?

Женщина—агент кивнула и открыла свой рюкзак. Стала доставать из него разные предметы не совсем понятного назначения и между делом говорила.

– Так, народ. Давайте-ка мы начнём с того, что вместе составим сообщение для наших общих друзей за границей и посмотрим, какие новости они пришлют нам. Потом будем обмозговывать ситуацию и бросаться друг в друга идеями, что можно сделать. Ну а там – посмотрим, что из этого выйдет. Андрей, это шикарное место, но мне бы нужен пятачок открытого пространства, чтобы развернуть и нацелить антенну. Найдём такое?

«Мэр» показал рукой на едва заметную тропинку, уходившую за печь.

– Там есть небольшая поляна перед камышами и протокой.

– Отлично. Тогда давайте готовить послание.

Текст получился коротким, если не сказать – скупым.

«Контакт установлен. Текущий статус пассажиров соответствует полученному сообщению. Угрозы жизни и здоровью нет. Изучаю возможности. Местные настроены конструктивно».

Последнюю фразу обсуждали долго, но потом решили оставить, как есть. Как ещё иначе в трёх словах обозначить готовность к сотрудничеству, не говоря об уже оказанной помощи? Тут либо писать серию очерков, либо уж так, как написано.

Отправка сообщения удивила Коби своей будничностью. Ну, немного ещё размером антенны, которая с тихим шелестом развернулась из совсем небольшого продолговатого свёртка. Чуть-чуть жужжания, движения чаши из стороны в сторону – и на экране планшета, который Кейт держала так, чтобы всем было видно, появились две отметки: «Сообщение отправлено» и «Сообщение получено».

– Порядок. Теперь сворачиваемся и идем читать новости.

Планшету потребовалось меньше минуты на дешифровку входящего послания. Текст был на английском, и Кейт переводила для Эндрю и его помощников. Коби и пастор, стоя за её спиной и, заглядывая через правое и левое плечо соответственно, прочитали сообщение сами.

«Поздравляем с успешным нахождением пропажи. Ждём анализа доступных ресурсов. Проверка координат падения самолёта не дала результата. Территория зачищена, следы пожара и бомбардировки. Сильное задымление. Получение визуальных доказательств невозможно. Запросы по дипломатическим каналам по-прежнему игнорируются. Рассматриваем альтернативные варианты».

– Перевожу на понятный язык. Федералы явно перехватили ваше сообщение и постарались спрятать главную улику – самолёт. Времени у них было немного, так что его просто разбомбили.

Сергей толкнул Рустама в бок:

– Я же говорил тебе, что тот грохот не похож на грозу. Какая гроза в это время года?

Тот только пожал плечами, а Кейт кивнула и продолжила:

– Едем дальше. Раз нет возможности получить визуальное доказательство нахождения самолёта в России, все усилия по вашему вызволению дипломатическими средствами будут уходить в песок. Насколько я знаю из предыстории, там пока не могут даже добиться признания факта, что самолёт пересёк границу. Запросы идут через третьи страны, а Москва отвечает только, что «запрос изучается», «нужно больше информации» и «с чего вы взяли, что ваш самолёт у нас?». Примерно так. Ну, а с учётом того, что улику раздолбали, можно предположить, что планы федералов в вашем отношении не поменялись. По-прежнему стоит задача вас отыскать, взять под контроль, а потом использовать, как ресурс для торга по какому-нибудь интересному Москве поводу. Разумеется, что если повода не найдётся, вы рискуете надолго задержаться в нашей гостеприимной стране. И самое интересное. Последняя фраза означает, что они понятия не имеют, что делать дальше. По крайней мере, до тех пор, пока мы им отсюда не подбросим немного информации об имеющихся возможностях или парочку собственных идей. Вот обсуждением этих увлекательных вопросов я и предлагаю нам сейчас заняться.