как бы ни старался, не помещался, учитывая украшенную драгоценными камнями пробку. Я слышала, как он скрипит зубами, пытаясь протолкнуться глубже. Пот бисером выступил у меня на затылке, когда он поднял мои ноги и заставил обнять его бёдра, обнаружив, что ещё на дюйм погрузился в мою тесноту.
— Чёрт возьми, Лена, так чертовски туго, — прошептал он, задыхаясь, толкаясь бёдрами и находя темп, который позволил постепенно наполнить меня всей длиной. Я кричала его имя, царапая спину, когда боль и удовольствие боролись, чтобы взять верх. Было больно, и всё же я не хотела, чтобы он останавливался, не хотела, чтобы он убирал игрушку. Мне нравилось быть грязной с ним, быть его сексуальной игрушкой за дверью спальни. Он разрушил меня, заставил хотеть того, что я никогда не думала, что возможно.
— Шевелись, — взмолилась я, когда он попытался дать мне время привыкнуть к тому, что я полностью заполнена. — Шевелись, ублюдок, — взмолилась я и почувствовала, как он пытается вытащить пробку. — Нет! Пожалуйста, просто двигайся, сделай меня своей, Лукьян.
— Ты разрушаешь меня, — прошептал он и нашёл мой рот, начав двигаться.
Я кончила, рассыпавшись на звёзды, и калейдоскоп цветов взорвался за моими ресницами. Дополнительная смазка дала ему больше возможности, и он атаковал меня с энергией, закидывая мои ноги себе на плечи, в то время как моя голова металась из стороны в сторону, а пот стекал по вискам.
— Так чертовски красиво, — промурлыкал он, глядя туда, где соединялись наши тела, а затем без предупреждения вытащил пробку, лёг рядом, поворачивая меня на бок и снова входя в меня. — На этот раз хочу, чтобы был только я, малышка, ты и твои сладкие стоны, — прошептал он мне в шею, поднимая ногу и наполняя меня своим членом.
Он обнял меня, медленно трахая и перемещая по кровати в интимные позиции. Через некоторое время он потянул меня на себя и стал смотреть, как я кончаю. Он улыбнулся и крепко сжал мои соски. Он кончил вместе со мной, когда я выкрикнула его имя; объединённые оргазмы сотрясали нас, пока мы не превратились в месиво сплетённых конечностей, а затем мы уснули от напряжения многократных разрядок. Всю ночь он просыпался и снова начинал сексуальное завоевание. Только когда предрассветные часы пролетели незаметно, я пришла к выводу, что по-настоящему спать с ним рядом — не вариант. Это невозможно, потому что не только он будил меня, но и я будила его, чтобы взять больше. Вместе мы были ненасытны, движимые желанием сблизиться, хотя не было никакого способа достичь этого. Этот мужчина проник глубоко мне под кожу. Оставив его в постели, я тихонько оделась и отправилась в свою постель, чтобы немного поспать, когда над хребтом забрезжит рассвет.
К восьми часам утра весь мой мир остановился и распался.
Глава 41
Я очнулась ото сна, услышав в голове страшный крик. Я моргнула, пытаясь разогнать сон, затуманивший разум. Мне было по-настоящему страшно, не понимая, что происходит. Я слышала Кендру, но, оглядев маленькую спальню, не нашла никаких признаков того, что она здесь. Я села и начала думать о том, чтобы снова заснуть, когда что-то запустило нашу с ней связь, и мой разум попытался понять, что я вижу. Я чувствовала её панику, чувство страха и беспомощность, которая не имела смысла. Кендра в аббатстве, в безопасности от всего, что могло причинить ей боль.
— Лена, беги и прячься! Они охотятся за нами, ты должна спрятаться, — прошептала она дрожащими губами.
— Кендра, успокойся, — прошептала я вслух, как будто она находилась в этой комнате. Мои глаза пытались сфокусироваться на странной сцене, которую я видела глазами Кендры. — Что?.. — Я вскрикнула, когда рассмотрела болезненные детали изрубленных и расчленённых тел. На меня смотрели знакомые лица с безжизненными глазами. Я истерически закричала, когда паника Кендры и моя встретились и столкнулись в абсолютном ужасе. Окна задребезжали, когда я попыталась и не смогла сдержать эмоции от увиденного. Аббатство выглядело так, будто на него напали, и она пряталась в углу среди мёртвых. Это было похоже на кошмарный сон, только на этот раз он был реальным. Я даже не остановилась, чтобы понять, откуда я знала, что это не грёбаный кошмар; не могла, наблюдая, как монстр разрывает одного из старейшин на части, когда Кендра кричит и выдаёт своё местоположение.
— Нет! Беги, Кендра, беги! — закричала я, охваченная паникой, наблюдая, как существо приближается к ней, даже когда более молодая версия Лукьяна материализовалась перед Кендрой и ударила её, а она истерически закричала. Я чувствовала это до самых костей, будто это на меня напали, а не на неё. — Нет! Оставь её в покое, о Боже, нет! — Я слышала приближающиеся шаги, но я уже не была в своей спальне, а с ней, наблюдая за разворачивающимся ужасом. У мужчины тёмные волосы и глаза цвета индиго, чуть светлее, чем у Лукьяна, но руны и татуировки на его теле выглядели так же. Как будто он надел костюм Лукьяна только для этой задачи. Я не была уверена, откуда знала, что это не Лукьян, только что это не он. Не хватало деталей, например, татуировки людей на его руках. Я провела ночь, изучая каждую деталь его прекрасного тела, и знала, что это не он.
— Беги! Чёрт возьми, дерись, Кендра, дерись с ним! — закричала я, чувствуя, как удар за ударом обрушиваются на её тело. Я чувствовала вкус крови и запах зла, наполнявший аббатство. Она поскользнулась в крови, и существа засмеялись над ней, даже когда подражатель Лукьяна прижал её к скользкому от крови полу и улыбнулся, оголив сердцевину и демонстрируя всем её состояние после недавней встречи с партнёром по Вознесению. — Нет, отпусти её! — кричала я, когда она свернулась в клубок от боли. И эта же боль пронзила меня насквозь, я закашлялась и задохнулась, свернувшись в клубок и всхлипывая. Мне пришлось напомнить, что я чувствую не свою боль, а её.
— Шлюха, я удивлён, что он позволил тебе трахаться с кем-то другим, — прошипел мужчина, выпрямляясь во весь рост и больно дёргая её за волосы. — Я буду наслаждаться тем, как ты кричишь для меня. Положите её к остальным, мы уходим, — приказал он существам, холодно улыбаясь. — Кто-то наблюдает за нами, выясни, кто это, — усмехнулся он, слизывая кровь Кендры с пальцев. В момент, когда его кулак столкнулся с её лицом, связь прервалась, и я закричала от пустоты, которую чувствовала, он убил её, разрывая связь, и я не чувствовала никакой
