— Если бы не вы, ваше благородие, все бы погибли! — добавил обычно молчаливый Гриша.
Я ничего не успел ответить — у меня на поясе зашипела рация.
— Свят вызывает барона!
— Слушаю!
— Связался, наконец, с Костей, — сообщил помощник. — Он три раза переспросил, что у нас тут произошло. За каждые шесть челюстей малых монстров и четыре больших обещал выбить по магазину патронов.
— Что по катапультам и баллистам сказал?
— Сказал, сделает запрос, но дал понять, что лучше не ждать ничего. Там они у них типа секретные все и по несколько штук выпишут, только когда блокпост будет, и то в пользование ликвидаторам, а не нам.
— Ладно, сами сделаем.
— Ещё он спросил, — продолжил докладывать Свят, — что мы будем делать с когтями и панцирем экскаватора, и напомнил, что половину его сердца мы по закону должны продать им.
— Что должны, продадим, остальное себе оставим. Что там у Васильича?
— Назад уже едут, я не стал ему пока рассказывать.
— Хорошо. Давай контролируй восстановление ограды.
— Так точно!
Я отключил рацию и вернулся к разделыванию метателя.
— Может, панцирь лучше тоже продать? — неуверенно спросил Рыбак. — Живые деньги дадут. Думаю, не меньше двадцати миллионов.
На самом деле, может, и немного больше, вот только продать добычу с элитных монстров легко, а купить назад потом невозможно — дураков продавать нет. Потому что это реально чрезвычайно полезные штуки.
В частности, с экскаватора мы получим ногти, из которых можно делать очень крутые мечи, копья и топоры. Они мало того, что будут прочнее обычных, так вдобавок будут иметь магическую составляющую и гораздо лучше реагировать на всевозможные усиления.
Но по сравнению с остальным ногти полная фигня.
Вторым полезным ингредиентом является сердце. Оно хоть так и называется, но в бою неуязвимо и, скорее, это ядро, так как оно неорганическое и больше похоже на красный камень размером с голову человека.
Так вот, все сердца монстров класса А дают ни много ни мало защиту от магии. Как правило, их пилят на много кусочков поменьше и вставляют в доспехи. Они и сами по себе немного фонят, но, если их напитать магией или электричеством, дают защиту в зависимости от силы заряда.
Также сердца толкут в порошок и добавляют в покрытие для боевой техники или тех же доспехов. Это тоже помогает защищаться от магии.
Ну и третья полезная штука, что мы получили с экскаватора, — это его панцирь.
Сейчас использовать ее было проблематично, но, если брать глобально, это самый крутой трофей. Устойчивый к магическому воздействию и практически непробиваемый, при этом для своего размера — двенадцать метров в диаметре и три в высоту — он чрезвычайно лёгкий. То есть, по сути, это идеальный корпус для огромного танка или другой техники. Ну, или, если очень постараться, его можно распилить и сделать пластины брони для разных целей.
Короче говоря, такая корова нужна самому. И это относится абсолютно ко всем трофеям, добытым с экскаватора. Вот только у нас нет возможности их обработать. Да и вообще она мало у кого есть, и, чтобы ей воспользоваться, придётся здорово заплатить.
— Нет, панцирь мы продавать не будем, — ответил я на вопрос Рыбака. — В принципе, пока мы не можем его полноценно использовать, лучше его где-нибудь тут прикопать и сделать хорошо укрепленную боевую позицию.
— А как мы потом его можем использовать? — спросил Топор. — Не танк же делать?
— Нет. Скорее, бронепоезд.
— Чего⁈ — Рыбак замер с занесённым мечом.
— Ну, не совсем бронепоезд, — подбирая слова, я задумчиво побарабанил пальцами по панцирю метателя. — Нам ведь в любом случае железную дорогу потом строить. Как общую в центр и в пока еще дикие земли, так и пути между моими населенными пунктами. И вот такую штуку можно использовать как передвижной укрепленный пункт. Ну, например, стоит она в Буграх и в случае атак помогает. Но тут бац — и атака здесь или на другую деревню на берегу. Мы вызвали по рации, и она по рельсам за две минуты приезжает и начинает хреначить. Понятно?
Рядом с телом поверженного метателя повисла тишина. Около десятка слышавших меня гвардейцев прекратили разделывать вытащенную из панциря тушу и, раскрыв рты, смотрели на меня.
— Что такое? — удивился я. — Не знаете, что такое железная дорога?
— Знаем, — первым опомнился Рыбак и вернулся к делу. — Просто… вы, Дмитрий Николаевич, так об этом говорите, будто это завтра всё будет. А у нас тут…
— Что у нас тут? — Я наклонил голову. — У нас тут за две недели изменений произошло больше, чем за последние пять лет. Дорогу нормальную построили. Народу уже в два с половиной раза больше, и постоянно прибывают. Мы только что разбили огромную армию монстров и убили тварь класса «А». Почему вас удивляет наличие железнодорожных путей? Ладно… На самом деле я об этом хотел сегодня ночью всем сказать… Давайте, не отвлекайтесь, у нас сегодня дохренища дел.
* * *
— Давай в двух словах! — Пётр Алексеевич отвернулся от монитора и откинулся в кресле.
Константин знал, что «в двух словах» — это не фигура речи, а специфика приёма доклада главного ликвидатора Усмани. Сначала тезисы, а потом более подробно обо всём, заинтересовавшем босса.
— В двух словах. Ретранслятор установлен. Также удалось немного помочь Савинским, и их деревня растет какими-то фантастическими темпами. Уничтожили банду бандитов. Захватили пленных, передали их полиции. Когда мы уехали, на Савино напал экскаватор с максимальной свитой.
— Что? — Пётр Алексеевич резко подался вперёд. — В какую сторону он теперь движется?
— Ни в какую. Его уничтожил барон Акулов.
— Потери?
— Один человек погиб при прорыве свиты в деревню. Материальные потери приемлемые, а если учесть стартовые расклады — минимальные.
— Откуда ты всё это знаешь? — нахмурился Пётр Алексеевич.
— Со мной связался помощник Акулова, он запросил боеприпасы взамен утраченных.
— Офигеть! — Главный ликвидатор снова откинулся в кресле. — Как мы его пропустили?
— Не знаю, но думаю, это напрямую связано с неполадками датчиков, которые наблюдаются уже третий день.
— Твою мать! — Пётр Алексеевич повернулся к монитору и быстро защелкал мышкой. — Так… Вот это был первым… вот этот вторым, потом этот, дальше эти… Они никак не связаны и достаточно далеко друг от друга расположены!
— Вот в этой области, — Константин приподнялся со стула и указал пальцем место на мониторе, — не уничтоженные кристаллы пятидесятого уровня. Вот эти три датчика сбоили, и они все находятся как раз на линии между кристаллами и Савино. Остальные могли блокировать для отвлечения внимания.
— Блокировать? — Пётр Алексеевич прищурился. — Ты думаешь, что это диверсия?
— Более того, я думаю, это те же люди, что сбили мой дирижабль.
— Чёрт! Не хочу в это верить. — Главный ликвидатор глубоко вздохнул. — Но тоже так думаю, и, похоже, эти гады ещё и навели экскаватор точно на Савино.
— Так и есть. — Константин сжал кулаки. — Надо что-то делать, Пётр Алексеевич.
— Надо! И это нападение нам очень на руку. Теперь вместе с дирижаблем мы уже можем более весомо говорить об орудующей группе, целью атак которой является именно империя… Соответственно, такой запрос рассмотрят быстрее, и с большой вероятностью мы можем ждать помощи чуть раньше, чем будет уже поздно…
— То есть уже в этом году? — грустно усмехнулся Константин.
— Эй, не трави душу! — Старший майор махнул рукой. — Что ещё?
— Да всё. — Младший майор пожал плечами. — Ну, кроме выводов: Акулов полностью подтвердил выданные ему авансы, он и с бандитами активно борется, и с монстрами. Надо бы ещё чем-то ему помочь.
— Мы только можем зачистить эти кристаллы пятидесятого уровня, завтра как раз подкрепление подъедет.
— Он ещё просил баллисты и катапульты.
— Ну, ты же знаешь, Кость, это нереально.
— Может, мы сможем его долю с экскаватора обработать? Думаю, толковое оружие и броня с кусками сердца ему пригодятся.
