”Она пришла с востока и обошла войска с фланга, пробив там дыру“.
“Тогда пришло время", — прошептал Хаген. “Сцена готова”.
”Однако шеф все еще занят Медраутом".
С ним все будет в порядке. Хаген взглянул на небо, пытаясь разглядеть Уолтера среди дыма.
Вместо этого он смотрел, как на них падает солнце.
Нет. Не солнце. Сверкающий меч титанических размеров.
Фианна не отступила, чтобы перегруппироваться. Они бежали в жалком страхе.
“Святые…” — прошептала леди Изульт при виде этого ужасного зрелища, не в силах закончить предложение.
“В укрытие!” — крикнул Хаген, но было слишком поздно.
Колоссальный меч Суртра ударил в центр Лайонесса, взорвав все это пламенем и светом.
Сначала землетрясение потрясло весь город, а затем следующий взрыв сравнял его с землей. Титаническая волна пламени, мусора, пепла и пирокластических паров распространилась вокруг места удара, испарив все здания поблизости; затем она распространилась дальше, разрушая дома, сжигая монстров, разбивая окна и даже разрушая внешние стены города. Тонны пыли и мусора поднялись в атмосферу, как будто в центре города взорвался вулкан.
Находясь далеко от эпицентра, Хаген и его соратники все еще были поражены потоком пирокластических облаков. Нежить превратилась в пепельные статуи, червей леди Изолт и их врагов сдуло, как солому, Дуллахана отбросило назад, он врезался в груду горящих трупов.
Атака разрезала город пополам, стена пламени разделила обе стороны.
Медленно, Каламити Суртр поднял свой меч для второго удара. Тот, который уничтожит город и уничтожит всех выживших.
"[Рагнарок]!”
Могучая молния ударила в руку всемогущего Бедствия, отразив его меч.
Открылся разлом в пространстве, отличный от порталов, созданных Конвергенцией; радужный мост, который рассеял дым и осветил темноту. По нему мчалась кавалерия, намереваясь бросить вызов самому Суртру.
Одноглазый гигант верхом на лошади, у которой больше ног, чем должно быть, размахивает копьем молнии и ведет за собой стаю летающих служанок-щитоносцев.
Сам Всеотец вышел на поле боя.
“Кольцо с привидениями!” — крикнул Хаген, приходя в себя. Его доспехи начали плавиться, щит прилип к руке. “Кольцо с привидениями”.
Ничего. Абсолютно ничего. Дуллахан даже не мог уловить затяжное присутствие призрака в этом районе.
Даже призраки горели.
Как и бессмертные. Взрывная волна сожгла правую половину тела леди Изульт до такой степени, что Хаген мог видеть кости под ней. Ее одежда загорелась, оставив ожоги по всему телу. Раньше она была видением божественной красоты, а теперь выглядела скорее нежитью, чем живой.
Примерка.
Шеф должным образом не скрыл слабость регенерации к огню; это была не врожденная способность, а та, которая дается через татуировки и заклинания. Огонь обошел его стороной, не дав ей полностью прийти в себя.
Однако тот факт, что эта женщина все еще дышала, был впечатляющим. Несмотря на кажущуюся хрупкость, жрица была сильной.
” Я чувствую онемение", — призналась Изолт, ее голос был хриплым, а дыхание выдыхало дым. Должно быть, пламя истощило ее нервы и легкие.
“Ты можешь идти?” — спросил Хаген, не в силах прикоснуться к ней, не забрызгав ее плавящейся сталью.
“Я пережила и худшее", — прошептала она, сумев подняться; хотя ей нужно было заклинание полета, чтобы помочь. Она взглянула на небо, только один ее глаз все еще функционировал.
Повелитель Озиров и его войска попытались оттеснить Суртра через ворота, но одна его близость заставила нескольких Валькирий самопроизвольно воспламениться.
” Один… он не может победить", — прошептала Изолт, — " Суртр-сильнейшее из Бедствий, ему суждено убить Озиров, поджечь Мировое Древо и погибнуть в своем собственном пламени. Почему? Почему Всеотец здесь?”
Хагену было все равно. С нанесенным уроном и появлением новых огненных гигантов выживание заняло первое место в его списке приоритетов. “У тебя все еще есть СП?”
“Очень немногие",” призналась она.
” Тогда беги через телепорты и эвакуируйся”, - приказал Хаген, понимая ее важность. В то время как он ничего не заботился о жрице, Уолтер заботился; как о ее личности, так и об эликсире в ее венах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
” А как насчет тебя? " — нахмурившись, спросила жрица.
О, ей было не все равно. “Я постараюсь собрать как можно больше наших и воссоединиться с вами”, - сказал Дуллахан. “Но если мы не появимся в течение пятнадцати минут, считайте, что мы мертвы".
"Но… ”
“Беги, — приказал Хаген. “Город потерян”.
“Куда бежать?!” — сердито спросила она. “Мир горит!”
“У тебя есть вера в него?”
Это замечание заставило жрицу замолчать, у которой не нашлось подходящего ответа на это. Не дожидаясь ответа, Хаген подозвал своего призрачного скакуна и побежал на север, туда, где в последний раз находились Перси и другие бессмертные. Жрица бросила на него последний взгляд, прежде чем улететь в другом направлении, доверяя плану Уолтера.
Хаген мчался так быстро, как только мог, Фианна и огненные гиганты преследовали его пешком. Они определили его как ключевую цель, командира среди защитников; и они не успокоятся, пока не сокрушат его. Однако "Дуллахан" мог обогнать их. У него хорошо получалось убегать.
Но затем другая знакомая группа преградила ему путь среди пламени.
“Предательство…”
Хаген остановился, безумный принц уставился на него с пеной у рта, как бешеная собака.
“Ищешь их?” Моргана Зиглинда подняла обеими руками безжизненные, обугленные головы Перси и Пересмешника.
Их кровь все еще была на мече Ремы. Очевидно, Священное Оружие, усиленное злой магией Хель, обошло даже бессмертие и регенерацию, дарованные эликсиром Уолтера. Мечник уставился на Дуллахана с нескрываемой ненавистью, явно намереваясь запугать его.
” Эй, это мусорщик", — вместо этого Хаген передразнил свою предыдущую жертву, не впечатленный.
“Ты…” — прошипел фехтовальщик, поднимая клинок, в то время как одержимый Артур просто бросился на Хагена, как дикий кабан. Только лучник отсутствовал на этом собрании, возможно, ища позицию, где лучше всего подстрелить Дуллахана.
” Все кончено", — сказала Лил Моргейн, отбрасывая две головы прочь, прежде чем направить грязную энергию Хельхейма через кончики пальцев. “Для всех вас, нежити, пришло время вернуться в свою могилу”.
“Так же, как и ты будешь?” — ответил Хаген, оценивая свои шансы. Герои Смерти впереди; Фианна сзади. Никакого подкрепления ни в том, ни в другом случае.
Он был загнан в угол.
Это была судьба, которая ожидала таких хулиганов, как Хаген; вы боретесь с законом, а законники загоняют вас в угол. Не имело значения, был ли закон смертным или божественным. Но он все еще мог бежать. Сделайте последний, отчаянный рывок, попытайтесь прорвать окружение.
…
Нет.
Следующим они отправятся за Уолтером. Хаген знал план, но его силам требовалось больше времени, чтобы осуществить его. Судьба, которая ожидала его, если бы он погиб сейчас, была бы ужасной, но альтернатива была хуже.
Это было самое прагматичное решение из всех возможных. Если он сбежит и Уолтер умрет, то произойдет Рагнарок, и все усилия Хагена будут напрасны. Если Уолтер выживет, он найдет способ вернуть Дуллахана позже. Некромант всегда находил способ.
Эта женщина Изульт считала Хагена безбожником… Но он не был неверующим.
“Я ни о чем не жалею, Уолтер”, - сказал Хаген. “Это было чудесно”.
Он поднял булаву и приказал коню броситься в атаку, Герои Смерти и Фианна набросились на него, как стая волков на медведя.
“Мне было весело”.
Когда меч Суртра ударил и разрубил Лайонесса пополам, он разрушил дыру вокруг погребенного города.
Когда Тай пришел в себя и обрел присутствие духа, он лежал лицом вниз на площади Настронда; его тело было покрыто дырами и открытыми ранами. Тонны камней обрушились на его улицы, сокрушая древние здания и статуи змей. Пламя Суртра начало распространяться на него, хотя туманы Хельхейма медленно погасили его.
