С того момента как я столкнулась с Лебедевой у подъезда своей квартиры, она больше не предпринимала попыток встретиться со мной, чему я была несказанно рада. Правда, что-то мне подсказывало, что эта дрянь так просто не отвяжется. Тем более после того, как я осквернила её божественное личико своей сумкой. Честно признаться мне было немного страшно. Меньше всего мне хотелось, чтобы Влад узнал подробности моего прошлого. Нет, я, конечно, понимала, что Влад не Андрей и слухам верить он вряд ли станет, тем более, что у него большая антипатия к Лебедевой, но мне всё же было немного не по себе. Я надеялась, что эта девушка больше никогда не появится в моей жизни. Мне не хотелось ей мстить, поквитаться за всё, что она сделала, мне просто хотелось, чтобы она исчезла, чтобы я больше никогда её не увидела. Только вычеркнуть всех персонажей из прошлого мне не удалось.
В тот вечер я возвращалась с работы раньше обычного. Влад зарезервировал нам столик в том самом ресторане, где нам так и не удалось побывать две недели назад. В запасе у меня было всего полчаса, чтобы одеться, накраситься и договориться с нянечкой, чтобы та осталась сегодня подольше. Но недостаток времени не мог испортить моё настроение. Завтра приезжает Вероника. Честно сказать я уже очень соскучилась по этой девушке. Как говориться, любовь важна в жизни каждого человека, но дружба ещё важнее. Кроме того Вероника уже знала о наших отношениях с Владом, поэтому завтра я готовилась к грандиозным расспросам. С такими радужными мыслями я дошла до своего дома с глупой, святящейся каким-то совершенно безумным счастьем улыбкой и уже почти проскользнула в подъезд, но меня окликнули. Я остановилась на пару секунд, подумала, что, наверное, ослышалась и вновь собиралась скрыться за металлической дверью, но позади меня мужской голос опять произнёс моё имя. В эту секунду, что-то внутри меня надломилось. Я узнала этот голос. Моё тело, те шрамы, которые так с него и не исчезли, узнали этот голос. Медленно обернувшись, я почувствовала, как теряю землю под ногами, как реальность вообще перестаёт существовать. Мы смотрели друг другу глаза в глаза, и я не могла произнести даже слова. Похоже, мы оба находились в своеобразном трансе, из которого Андрею удалось выйти первому.
- Здравствуй, Оксана.
Признаться честно, я уже успела забыть этот голос, хотя раньше он снился мне по ночам в самых страшных кошмарах. Долгое время я не могла забыть, как этот голос выкрикивал гнусные оскорбления в мой адрес, от которых на мои глаза наворачивались слёзы.
- Здравствуй.
Моя нерешимость продлилась всего несколько секунд, после чего я взяла себя в руки и совершенно спокойно прошла мимо Андрея. Правда, зайти в подъезд он мне не дал. Громов ухватил меня за руку, и я тут же отдёрнула его ладонь. Это прикосновение было больнее, чем удар в солнечное сплетение.
- Оксана нам нужно поговорить.
Голос спокойный, без капли волнения и раскаяния. Это взбесило меня. Нет, мне не нужны были его извинения или слёзные мольбы о прощении, но вот, это равнодушие ко всему, что происходит, просто вывело меня из себя. Он сейчас стоит позади меня полный спокойствия и решимости. Он пришёл к моему дому, словно мы старые хорошие знакомые, которые поддерживают дружеские отношения.
- Лично мне не нужно ничего, что связанно с тобой.
Я снова сделала несколько шагов вперёд, но Андрей тут же перегородил мне путь.
- Я ведь всё равно не отстану. Если ты прогонишь меня сегодня, я приду завтра, послезавтра, через неделю. Я буду караулить тебя у подъезда, поджидать с работы, терроризировать звонками до тех пор, пока мы не поговорим.
Я остановилась, тяжело вздохнула и через несколько секунд, понимая всю безвыходность ситуацию села на лавочку.
- У тебя есть пять минут, не больше.
Андрей кивнул, хотел присесть рядом со мной, но я не позволила. Его близость итак напрягала меня. Я не могла сидеть с ним рядом и не видеть его глаза, не видеть, что творится в его взгляде. Мне было банально страшно. Я всё ещё хорошо помнила нашу последнюю встречу.
- Я думаю, извиняться будет бессмысленно. Тебе ничего это не даст, но всё же я хочу чтобы ты знала, что я раскаиваюсь. Да поздно, да уже ничего не изменишь, но мне жаль. Я идиот Оксана, который совершенно не умеет разбираться в людях. Меня развели как последнего лоха, а я так удачно попался на удочку лжи и предательства. Я сейчас обману тебя, если скажу, что хоть когда-нибудь тебя любил. Нет, не любил. Ты нравилась мне поначалу, ты манила меня своей искренностью, чистотой и невинностью, но очень скоро мне всё это надоело. Я хотел страсть, хотел какое-то сумасшедшие безумие, хотел видеть рядом с собой сверх-девушку, и когда, как мне казалось, я получил такую, ты стала мне в тягость. Я больше не хотел видеть тебя рядом с собой, меня раздражало только одно твоё присутствие, и когда я узнал о ребёнке...думаю, будет глупо говорить, что я не обрадовался. Ты ведь итак знаешь, что эта новость не вызвала у меня восторга. Но, тем не менее, когда ты сказала, что хочешь оставить ребёнка я и не думал бросать тебя. Точнее я не планировал жить с тобой вместе, но я собирался обеспечивать ребёнка, я не хотел оставлять тебя на произвол судьбы.
- И что же вынудило тебя это сделать?
Я усмехнулась, зная, как болезненно сейчас пришлись для него мои слова. Ну и пусть. Пусть он хоть немного прочувствует всё то, что испытала я.
- Ты ведь знаешь ответ. Да я идиот. Наивный безмозглый идиот. Смотрел в лживые глаза и видел в них искренность, верил каким-то нелепым доказательствам, сам того не понимая стал марионеткой у подлого жестокого кукловода.
- Так значит, это кукловод заставил тебя избить меня и выставить на улицу в чём мать родила?
Из его груди вырвался болезненный вздох, который стал музыкой для моих ушей. Неприятно вспоминать Андрюша? А придётся. Я мой дорогой ничего не забыла, и незаживающие шрамы на моём теле никогда не дадут мне оставить прошлое в прошлом.
- Я понимаю, что мой поступок никак нельзя оправдать, да я и не хочу этого делать. Да, то, что я сделал - омерзительно и бесчеловечно. Но поверь, жизнь ставит всё на свои места. Я расплатился и до сих пор продолжаю расплачиваться за всё, что натворил. Я потерял компанию своего отца. Стыдно сказать, но меня обворовала родная мать. Ты была права, когда говорила, что от неё нужно держаться подальше. Да и если заглянуть в прошлое надо сказать, что ты вообще во многом была права, только вот я не слушал...
- Андрей, давай закончим этот нелепый разговор. Мне не нужна твоя исповедь. Я научилась жить со своим прошлым, я его не забыла и никогда, наверное, не забуду, но я научилась или, по крайней мере, начинаю учиться жить с ним. Сделай то же самое. Живи настоящим, думай о будущем, не забывай былых ошибок, чтобы не повторить их вновь. Только ко мне приходить больше не нужно. Наши дороги уже давно разошлись. У тебя своя жизнь, у меня своя.
