так похож на котенка! Такой жалобный, такой… Если бы я знала, я бы никогда…
Перебил сбивчивую речь:
– Тогда помоги мне это остановить.
– Да! – Лаянна сразу загорелись, распрямила плечи. – Я сделаю все, что ты скажешь!
Что?.. Я тупо глядел на нее. Она же не рассчитывает, что я куплюсь так просто?..
– Хорошо. Мне нужна информация о распорядке дня участников проекта и подробные карты каждой комнаты резиденции.
– Я сделаю, – серьезно ответила принцесса. – К следующему вечеру будет готово. Жду тебя здесь в это же время!
Секунду поглядев на нее, я поднял руку и почесал голову кначета.
– Ты знаешь, кто такие чиры?
– Нет, – честно ответила Лаянна, с невинным любопытством взглянула на стрекозла.
– Это кначеты, обладающие мощным ядом. Стоило тебе засунуть руку в клетку – и он бы ужалил тебя своим хвостом. Яд смертельный, и противоядия нет. Единственное, что могло тебя спасти, – случайно оказавшийся рядом элитор, который уничтожил бы магию яда в твоей крови. Иначе ты умрешь, в зависимости от места укуса, за время от пары секунд до нескольких минут. Если тебе не повезет и чир укусит в ногу – тебе придется мучительно страдать от переполняющей тебя боли до самой смерти, если рядом не окажется доброго человека, который отрубит тебе голову, прекращая страдания.
Принцесса хмыкнула, глядя мне в глаза:
– Получается, я должна тебе дважды? Хорошо. У тебя есть еще одно желание.
Она не поняла угрозу, да?.. Говорить прямо: «Если попробуешь обмануть – мучительная смерть тебе обеспечена» не хочется. Как-то… Мозгу слишком хочется верить, что все, что она говорит, – правда. Ладно…
– Я его приберегу, – сухо сказал я, развернулся и ушел так же, как пришел – через окно.
Сняв чира с плеча, я подбросил его в воздух. Передал ему сообщение образами: «Лети прочь из города, так далеко, как только сможешь». Проводив его взглядом, я накинул покров, прижался к стене, закрыл глаза… Конечно. На окне висит какое-то заклинание… Слабенькое, не боевое, но достаточное, чтобы Лаянна узнала о том, что я вошел. Сигнализация.
Раздались шаги, захлопнулось окно. Я заглянул внутрь. Девушка уселась за стол, занялась какими-то бумагами. Принцесса не бежит сразу рассказывать обо мне – знак ли это?.. Надо последить еще немного. Убедиться.
– Если ты не собираешься ее убивать, – заметил Кантэзо, как всегда незаметно оказавшись рядом, – нужно идти уничтожать проект прямо сейчас.
У меня для себя две плохие новости. Во-первых, он видит меня под покровом. Во-вторых, с ним очень трудно не согласиться.
– Ты не сможешь победить, если они узнают о твоих планах.
Да, Лаянна обломала мне все. Но…
– Твоя помощь заканчивается тем, что гибнут люди, – сухо сказал я. – Уходи, ты мешаешь.
– Меня не интересуют люди. Мне хочется, чтобы не погиб ты. – Я взглянул в его серьезные глаза. – Подумай о Ничит. Что с ней будет, если ты умрешь? Она навсегда останется в невидимости рядом с твоим телом?
Мор его забери. Все внутри перевернулось, перед взглядом поплыл туман… Умеет же бить в слабые места! Я мог оставить яторку где-то в другом месте. Я так привык к ее незримому присутствию, что совсем не подумал об этом.
– Если будет угроза моей смерти, я позову Азкэта.
– Ты один раз уже не успел его позвать.
Как же он раздражает. Насколько было бы легче, если бы он оказался неправ!
– Хорошо, он узнает, что я умер, и придет забрать ее.
Судя по тому, как он вел себя со мной в детстве, из него выйдет прекрасный отец. Нехорошо от него такого требовать, но… блин. Теперь я представляю, как умираю, и под ложечкой что-то сосет.
– Ты готов даже умереть, лишь бы не слушать моих советов?
Его голос на удивление холоден. Так, как будто он сейчас тоже злится. Как будто он тоже умеет чувствовать эмоции, и я – не просто очередная его игрушка.
Я взглянул на него и насмешливо осклабился:
– Если это доставит тебе страдания, то почему бы и нет.
Он сощурился.
– Я спас тебя один раз. Больше не буду.
– Когда это ты меня спас?! – возмутился я. – Когда убил двадцать человек в Атланте?
– Нет. Когда рик выбросил тебя из окна, – взгляд кначета абсолютно серьезен.
Тогда я получил кучу осколочных ранений и несколько дней отлеживался в больнице, расследовал убийства врачей…
– Ты врешь.
– Тебе так проще сказать, чем признать, что не только мог умереть, но и был спасен мной. – Уголок рта Кантэзо дернулся. – Ты мог не очнуться тогда. Ты быстро терял кровь. Мне пришлось дать тебе энергию и разбудить, чтобы ты хоть что-то сделал, чтобы спасти себя. – Я не верил своим ушам. Он это говорит таким голосом, как будто рассказывает о чем-то стыдном. О большом проступке, который все еще не дает спать по ночам. – Мой принцип – не вмешиваться. Я не должен был спасать тебя. Ты слишком важная фигура на шахматной доске. Ты можешь полностью изменить этот мир, если не погибнешь, как тогда, из-за самоуверенности. И я нарушил его. Ради тебя. И больше не собираюсь это делать. В этот раз никто не спасет тебя, Силь. Ты умрешь. Перестань быть инфантильным. Думай своей головой.
Он исчез, не дожидаясь ответа, а мое сердце бешено билось. Я не могу ему верить, но… верю. Может ли он играть? Наверное, да. Но это так правдоподобно. Я тогда и правда выжил только чудом. Его интонации, его взгляд… Мой дар все-таки действует на него. Возможно, именно поэтому он так разозлился в Атланте. Потому что как раз знал – я способен его подчинить, если захочу. Но… Мой дар опять победил. Я заставил Кантэзо быть честным со мной, потому что это его последний шанс меня спасти. Это невероятно.
Но я даже не могу порадоваться, что в случае чего все-таки смогу остановить его и не допустить появления еще одного Жедара… Чувствую себя так, как будто это я виноват, как будто подлым образом заставил действовать Кантэзо так, а не иначе. Мой дар – пассивный. Я не могу его отключить. Он есть всегда. Как бы я ни хотел обратного, кначеты все равно будут любить меня.
А может, и правда взять и пойти на проект сейчас?.. Нет. Я же не зря три дня наблюдал за особняком. Без подготовки туда соваться слишком опасно. Да, если подготовятся они, будет тоже опасно, но они не знают, кто я, они не в курсе, на что я способен. Если думать своей головой… Пойти туда сейчас будет опаснее, чем пойти туда, когда они будут знать, что я собираюсь напасть.
Операция
