сделав и шага назад.
Вместо двери зиял здоровенный пролом, а стены вокруг потрескались и закоптились от сильного взрыва. После чего явно сработала пожарная сигнализация и залила всё вокруг водой, отчего идти приходилось по мокрому полу.
Спокойно прошли через пролом и оказались на мушке сразу восьмерых бандитов. Вид они имели грозный, хоть и потрепанный. Многие были ранены, а их броне костюмы имели множество повреждений и вмятин.
Роберт в арестантской робе стоял в самом центре и широко улыбался, встречая нас, как радушный хозяин своих самых дорогих гостей.
— И зачем всё это? — спросила Госпожа, внимательно осматриваясь вокруг и замечая, как на многочисленных мониторах сражались и умирали полицейские из её департамента. Многих они знала лично, так как пересекалась с ними по работе. Это были хорошие люди, у которых были прекрасные семьи, и которые посвятили свою жизнь защите беспомощных граждан.
— Хороший вопрос. Но прежде чем на него ответить, я всё же задам свой, — ответил Роберт и, выдержав драматическую паузу, продолжил. — Это вот всё, в самом деле, стоит твоей праведной мести? Ты со своим цепным псом устроила настоящую войну с нашей корпорацией. Убила множество людей, причинила ущерб на миллиарды кредитов и явно не собираешься останавливаться на этом.
— Не тебе, кто виновен в смерти моих родителей, говорить об этом. Это всё твоя вина и той ведьмы, которая уже горит в аду! — вспылила Госпожа.
— Вот именно, та старая ведьма уже горит в аду, после встречи с твоими отмороженными последователями. И я, как ты уже, наверно, догадалась, не уйду отсюда живым. Больше того, все наши акции после нашей смерти перейдут тебе и ты станешь крупнейшим акционером и владельцем корпорации ВирТек с правом решающего голоса, — выпалил Роберт и замолчал.
— И что это изменит? Вернет моих родителей к жизни? Позволит мне быть со своим возлюбленным? Может, это сделает меня счастливой? — спросила Госпожа с вызовом.
— Нет, но это позволит закончить этот круговорот ненависти. Все эти люди, что умерли и умирают прямо сейчас, разве они в чем-то виноваты. Они ведь тоже имеют близких и их смерти принесут горе множеству других. Разве всё это стоит твоей мести?
— И что ты предлагаешь, забыть всё и жить дальше? — с издевкой спросила Госпожа.
— Как минимум, перестать разрушать этот мир. Остановиться и оглянуться вокруг. Вдруг все, кто был виновен в тех преступлениях, уже мертвы или наказаны, — предложил Роберт, перестав улыбаться и посмотрев на Светлану очень усталыми глазами.
— Я всю свою жизнь посвятил работе в этой корпорации. Чтобы построить что-то великое и значительное. Я хотел делать этот мир лучше в меру своих скромных сил. И мне совсем не нравится наблюдать, как рушится всё, что мы с таким трудом построили. И всё из-за глупых ошибок, которые мы на этом пути совершили. Думаешь, мы специально подстроили крушение парома? Нет, это был несчастный случай. Да, мы сделали не всё от нас зависящее, чтобы предотвратить его, но мы сделали это не специально. Так что, то, что ты пытаешься разрушить весь наш грандиозный труд из-за одной ошибки, как минимум, нечестно, — продолжил он свою речь. И судя по тем эмоциям, что он при этом испытывал, говорил вполне искренне.
— Да, я не святой, и готов сполна заплатить за свои ошибки. Но прошу тебя, прими наши акции, войди в руководство компании и сделай этот мир лучше, а не разрушай его, — буквально взмолился он.
— И что будет, если я соглашусь, другие акционеры перестанут пытаться меня убить? — насмешливо спросила Госпожа, хотя по её виду было понятно, как сильно затронули её слова этого человека.
— Конечно, перестанут. Они станут твоими верными последователями. Слишком уже страшная и могущественная сущность стоит у тебя за спиной. Наши аналитики сделали анализ и выдали не очень благоприятный прогноз для этого мира. Если ты сейчас не остановишься, весь мир будет обречен. Согласно прогнозу, это случится всего за несколько лет.
— Правда? — спросила меня Госпожа, она уже давно что-то такое подозревала, но старалась отгонять эти мысли прочь. Слишком уж они были мрачные.
— При желании, можем и быстрее управиться. Но мне кажется, медленное, но неуклонное угасание, будет намного лучше. Сотни лет смотреть, как бьется в агонии целый мир, что может быть лучше? — мечтательно проговорил я, а Роберт почему-то испугался по настоящему, до дрожи в коленях. Такой вот впечатлительный, он оказался.
— Ты же понимаешь, что это не просто слова? — взяв себя в руки, сказал он.
— Что ты предлагаешь? — спросила Госпожа, похоже, мои слова и на неё произвели впечатление.
— Закончим всё здесь и сейчас. Я отзову своих наемников, ты получишь мою голову и примешь бразды правления корпорацией. И никто больше не умрет, — сделал он своё заманчивое предложение.
— А как же все те преступления, в которых повинна корпорация? — с подозрением спросила Госпожа.
— Я во всем виноват. Другие акционеры и директора ничего не знали, — начал откровенно врать Роберт.
— Понятно, хочешь взять все грехи на себя и умереть, как мученик, — усмехнувшись, сказал я.
— Думай быстрее, люди продолжают умирать, — показал он на мониторы, полностью проигнорировав моё замечание.
Госпожа посмотрела на монитор, где показывали, как полицейские продолжали сражаться с бандитами и, сжав кулаки, выкрикнула.
— Договорились! Прекрати это немедленно!
— Рад, что мы смогли договориться, — с явным облегчением сказал Роберт, после чего достал смартфон и нажал несколько кнопок.
Стоявший рядом бандит услышал звук пришедшего сообщения и, после того как он его прочитал, как-то сразу расслабился, а потом приказал своим людям уходить.
Осторожно обогнув нас по дуге, бандиты стали выходить из комнаты управления.
— Мне их остановить? — провожая бандитов взглядом, спросил я.
— Нет. Пусть идут. Мы найдем их потом, когда будем к этому готовы, — сказала Госпожа, продолжая внимательно смотреть на мониторы, по которым было видно, как бандиты прекратили штурм и спешно эвакуировались из здания.
— Что ты сделал? — спросила Госпожа, когда большинство из них покинули здание.
— Заплатил им. Эти люди работают исключительно за деньги. Получив их, у них больше не осталось причин находиться здесь, — ответил Роберт, устало садясь в одно из кресел.
— Ты с самого начала знал, что всё так закончится? — спросила Госпожа, продолжая сверлить мужчину недовольным взглядом.
