Он заметил, что один из воинов подал Кайлеху знак.
— Ну, раз ты так сильно ненавидишь Моргравию, то тебе понравится мой сюрприз, — сказал Кайлех и громко застучал кружкой по столу, прося внимания собравшихся. Когда шум стих, он обратился к горцам: — Соплеменники, я приготовил для вас сюрприз. Давайте почтим память погибших, тех, кого в прошлом месяце убили южане. Я распорядился, чтобы сегодня повара приготовили особое блюдо в их честь.
Кайлех сделал паузу, и Уил почувствовал, как по его спине пробежал холодок.
— Такого блюда вы еще никогда не ели, — с мрачной улыбкой продолжал король.
Он снова застучал кружкой по столу, и соплеменники последовали его примеру. Бой барабана задавал им ритм. Это был какой-то ритуал, смысла которого Уил не знал. Через некоторое время раздался пронзительный звук рожка.
— Смотри, они идут, — прошептал Кайлех, и его глаза вспыхнули мрачным огнем.
Уил проследил за взглядом короля и увидел жуткую картину. Он тут же посмотрел туда, где сидела Элспит. Она наблюдала за всем происходящим округлившимися от ужаса глазами, закрыв ладонью рот.
Слуги внесли в залу пятерых обнаженных и еще живых людей — четверых мужчин и одну женщину. Их собирались зажарить на открытом огне. Женщина лежала на столе на колесиках. Ее руки были прибиты гвоздями к столу, ноги связаны, на теле разложены приправы. Трое мужчин со связанными попарно руками и ногами висели, как свиные туши, на шестах, которые держали шестеро горцев мощного телосложения. Четвертый мужчина был закован в цепи. Он вошел в залу сам, едва переставляя ноги в тяжелых кандалах, с низко опущенной головой, касаясь подбородком железного ошейника.
Уилу сдавило грудь, и он почувствовал, что ему нечем дышать.
— Кайлех… — прохрипел Уил, но король не обращал на него внимания.
— Смотрите на них! — обратился он к своему народу. — Это моргравийское мясо, которым вы сможете сегодня полакомиться.
Люди, талантами которых Уил еще недавно искренне восхищался, принялись осыпать жертвы яростной бранью. Он был в ужасе от всего происходящего. Казалось, горцы находятся под воздействием какого-то дурманного зелья. Его внимание привлек человек в темном облачении со всклокоченными густыми волосами и неухоженной длинной бородой. Сложив руки на груди, он упивался зрелищем несчастных жертв, время от времени поглядывая на Кайлеха. Уил видел, как этот человек кивнул, и король тут же отдал слугам приказание.
— Полейте их маслом и раздуйте огонь! — взревел Кайлех и, залпом осушив кружку, вытер губы рукой. — А потом ждите моего знака. Мы зажарим всех, кроме закованного в цепи пленника. Привяжите его! Я хочу насладиться его ужасом и унижением!
Уил поискал глазами странного человека в темном облачении, но тот уже исчез. Сомневаться не приходилось: идея зажарить пленников живьем принадлежала именно ему. Но кто он и почему Кайлех следует его советам?
Четырех пленников унесли из залы, а пятого, закованного в кандалы, поставили у стены. Его лицо закрывали пряди длинных грязных волос, тронутых сединой.
— Музыка! — крикнул Кайлех, и музыканты заиграли веселую джигу.
— Сейчас подадут лебедей, — сказал король, повернувшись к Уилу. — Ты еще не забыл, что это наше традиционное блюдо, Ромен?
Гости за столами громко разговаривали и смеялись с таким видом, словно все произошедшее сейчас на их глазах было привычной прелюдией к королевскому пиру. Подозрения Уила в том, что людей опоили каким-то зельем, окрепло, когда он увидел, как лихо они отплясывают джигу. Двигались они неуклюже, толкались и мешали друг другу.
Уил заметил, как в залу вошел Лотрин и сел за стол к Элспит и Мирту. Выражение его лица было мрачным. Очевидно, он знал, что здесь происходит. Элспит все еще не могла оправиться от увиденного.
Собравшись с духом, Уил снова заговорил с королем.
— Кто эти несчастные?
— Моргравийцы. Ты должен радоваться вместе со всеми, а не жалеть их. У тебя такое выражение лица, как будто тебя сейчас вырвет.
Уил судорожно сжал кулаки под столом, стараясь сохранять спокойствие. Нужно побольше разузнать о попавших в беду соотечественниках.
— Это пленные солдаты?
Кайлех кивнул, продолжая жевать:
— А женщина — их шлюха.
— А как вы…
— Фергюс Тирск укреплял пограничные заставы, — перебил его Кайлех. — Селимус же начал действовать более напористо. Засылает своих шпионов целыми отрядами. Возможно, новый король Моргравии готовится к набегам на наши земли. — Он усмехнулся. — Думают, что знают горы! Глупцы! Селимус послал в разведку не солдат, а неотесанных селян. Мы легко справились с ними, захватив в плен. Мои воины намного сильнее, они ждут моей команды, чтобы вторгнуться в пределы южного королевства!
— И вы собираетесь отдать такой приказ?
— Возможно. Кто знает, что может прийти в голову варварам, которые едят соплеменников?
Кайлех намекал на те слухи, которые ходили в Моргравии об обычаях горцев. Когда-то Уил верил им, но теперь, пожив немного в горной крепости, понял, что слухи далеки от правды.
— Зачем вы устроили это представление? — спросил он Кайлеха. — Чтобы доказать правоту тех, кто распространяет о вас всякие выдумки?
— Точно! — сердито буркнул Кайлех и продолжал мрачным тоном: — Селимус приказал убивать всех горцев, которые встретятся на пути моргравийцев, в том числе женщин и детей. Недавно они зарубили двенадцать ни в чем не повинных мирных жителей. А я ограничился захватом в плен отряда лазутчиков!
Уил впервые слышал о подобном приказе Селимуса, но не сомневался, что король способен на бессмысленную жестокость.
— Кайлех, поймите, моргравийцы, живущие в центральной и южной части королевства, в большинстве своем не знают, кто такие люди гор.
— Но зато король Моргравии проявляет к нам большой интерес. От рук его солдат погибло множество моих соплеменников. Среди них было немало детей, которые по ошибке забрели на чужую территорию!
Голос Кайлеха теперь гремел на всю залу, и гости начали с удивлением посматривать на короля и сидевшего рядом с ним гостя.
— Успокойтесь, ваше величество! — встревожился Уил. Он опасался, что Кайлех впадет в ярость. В таком состоянии король опасен. — Ваши люди начали нервничать. Это ведь праздник, не так ли? Не стоит его портить.
Король залпом выпил кубок вина. Воспользовавшись молчанием, Уил снова заговорил, надеясь убедить Кайлеха пощадить пленников.
— Вы сами сказали, что захватили селян, а не солдат. Зачем же вы так жестоко расправляться с ними? В гибели ваших соплеменников виноват Селимус, а не эти люди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
