Читаем без скачивания Держи меня крепче (СИ) - Сукре Рида

— С ума сошла? Хочешь, чтобы мой план провалился? — накинулась на меня маленьким ураганом сестрёнка.

— С чего бы? — удивилась я. Ни с того, ни с сего забрасывает меня обвинениями, а я даже подумать не успела о том, чтобы она не смогла уехать.

— А чего тогда с пустыми вёдрами мне попадаешься?

— Это же детские суеверия!

Соня презрительно сощурила глаза:

— Ты… ты… ты просто дура.

— Я просто не верю во всякую чушь, — тряхнула я головой. На самом деле я верила в более глобальные мистические знамения. — А вот если тебе чёрная кошка дорогу перебежит, ты что, схватишься за пуговицу, закроешь глаза и только тогда пойдёшь? — я ехидно скользнула по её лицу глазами. Сестрёнка потупила взгляд, давая мне понять, что именно так она и поступит.

— Знаешь, тебе бы следовало основательнее относиться к таким серьёзным вещам, — выдала сестрёнка, напечатала сообщение и исчезла с моих глаз. В этот день я её больше не видела.

Но у меня и без неё дел было предостаточно. Для начала, найти какую-нибудь массу типа пластилина, чтобы залепить ведро. Затем ещё весь дом перемыть и выкинуть мусор, то есть выгрести из дому всё, что там сейчас есть, провести дезинфекцию, и только тогда появится возможность занести хоть что-нибудь туда.

Часа через три, когда я, походив по окрестностям, нашла свалку, семья обнаружила, что Сонька пропала. Дядя порывался устроить массовые поиски и начал с охранничков, которые заявили, что «приехала крутая машина, она туда села и уехала». Архипыч даже своим ружьём потряс, что если б не соль в патронах, обязательно бы замочил гадов. Сначала драматичный Макс, схватившись за голову, бегал по территории, потом порывался сесть за руль и уехать спасать дочку, ведь «злобные маньяки» украли его «родную дщерь», а затем мне удалось объяснить ему, что никого не крали, а это приехали друзья Сонечки и забрали её в город.

— Что? — возмутился родитель, организатор нашей славной поездочки. — Как такое могло произойти? Нам же всем здесь так весело!

— Кому весело? — себе под нос пробубнил папа так тихо, что его только я и услышала.

— Мне весело! — проорал Сеня.

— О, сын, ты всегда поддержишь отца! — похлопал он его по плечу, а потом чуть ли не раздавил в своих объятиях. — Не то, что эти… — он окинул нас презрительным взглядом.

— Пап, мне ве…се…ло… но… — попытался что-то сказать сын.

— Что, сынок? — наконец, выпустил его Максим.

— Но убивать меня за это не стоит, — прочистив горло досказал Сеня.

Стасик по безумному рассмеялся, на нём сказывалось отсутствие интернета. Но после сурового взгляда папочки ему захотелось запихнуть свой смешок обратно и прикинуться немым и глухим.

— Так, значит, вы все несчастны? — поднял дядя глобально важную для всех присутствующих тему.

Наш нестройный ряд сразу как-то потупил взгляд и повисла неестественная тишина, нарушаемая лишь капанием слюны со стороны тёти Глаши, которая приклеилась к забору, музычкой радио «Шансон» с батареечного радио службы вневедомственной охраны, да летающей мошкарой, ну и звуками с соседних участков: чьими-то переругиваниями, спорами, простым трёпом, короче говоря, было отнюдь не тихо, но сё семейство разом замолчало, и тишина получилась неестественная.

Нарушил её папа:

— Брат, ты всё очень здорово придумал — дачу купил, нас всех за город вывез… Молодец. Только ты не учёл условий…

— А что, вам уже и условия негодны? — обиженно надулся Максим.

— Знаешь, мы ожидали чего-то более…

— Более модного и красивого? А вот фиг вам!

— Виг вамы — это у индейцев, — осторожно заметил Стасик.

— «Фиг вам» — это ваша совесть! Делаешь для них что-то, стараешься, зарабатываешь, покупаешь, а они… они даже не могут порадоваться! Говорят, что оно и нафиг им не нужно. А потом звонят друзьям и уезжают в город! — он потряс кулаком в сторону калитки, адресуя всю его мощь своей бестолковой дочке.

— Но мы же тут и никуда не уезжаем, — фыркнул папуля, ему определённо не нравилось, что младший брат начинал заводить надоевшую всем пластинку «вы меня не любите». — Так что хватит сопли по огороду размазывать! Вперёд, за работу!

— Я и сопли вещи несовместимые, — важно изрёк дядя и ухватился за черенок лопаты.

— Вот и правильно, вот и молодец, — поддержал его папа.

— А что, скандала не будет? — печально похлопал глазами самый мелкий. — Бли-и-ин, такие съёмки мне запарываете, — возмутился он совсем как взрослый дядя-режиссёр, что всем стало жутко смешно.

Мы так и стояли, надрывая животы ещё минут пять, когда со стороны калитки донеслось знакомое:

— Здрассти!

У меня аж сердце как-то залихватски подскочило в ритме безумного балерона. А обернуться ноги не позволили, нагло приклеившись к земле.

36

— Здравствуйте, молодой человек, — мгновенно нашёлся дядя, осматривая пришедшего.

— Здравствуйте, — подхватили нестройно мои родственники и соседка тётя Глаша в их числе. Настырная бабуля, совсем ей скучно живётся, раз от нашего цирка оторваться не может.

Помнится, Сенька в более юном возрасте очень просился в цирк. Но ни у кого не было времени его туда сводить. У папы, как обычно, были заказы, у дяди — новая книга, у меня и Егора — экзамены на носу, у Стаса патологическая боязнь клоунов (тут я с ним была солидарна), а у Сони тупо не было желания, и кто-то из членов семьи ему брякнул «зачем куда-то там переться, когда у нас у самих дома есть цирк, тем более бесплатно». На что мелкий, не будь дураком, в тот же вечер привёл своего друга Ролла, сказав, что его близкие тоже отвести никак не могут, а «так как у нас бесплатно, то на халяву можно и домашним цирком ограничиться».

Да, мы пользуемся успехом. На наш цирк из самого города звёзды танцев приезжают вот.

— Я тут одну девушку ищу… Но, кажется уже нашёл. Можно войти? — обаятельно улыбнувшись, начал он своё шествие к нашей кучке.

— Ко… конечно, — не стали препятствовать немного опешившие родители.

— Малышка, а я тебя обыскался, — проворковал мой противный муженёк прямо над ухом, ехиднейшим голосочком, что всё внутри сворачивалось как цитоплазма на воздухе. — Обзвонился…

— Племяшка, это твой парень? — мигом нашёлся дядя, предположив самый неверный вариант из всех возможных.

— Нет, конечно, — взбрыкнулась я и повернулась к Артёму лицом. Каков гад. Сумеет испортить семейные посиделки.

На меня смотрели язвительные голубые глаза, которые отчего-то смеялись, о чём можно было судить по собранным вокруг глаз тонким морщинкам. Губы тоже были в усмешке, но немного сердитой. Хотя думаю, тут главным образом играли глаза. То, что я в них читала, мне нравилось. Это не было злым или агрессивным, как обычно. Не знаю. Может, мне просто казалось, но что-то доброе в его взгляде было. Нет, мне точно показалось. У меня же глаза вообще не на месте растут. Как и руки, и ноги, и всё остальное. Приколист, создававший моё тело, всё напутал. Иначе почему мои колени подогнулись, и Шеру пришлось меня ловить, шепча на ухо, что я «редкий вид пингвина», у них тоже координация движений нарушена. Мне стало обидно, и я вырвалась, неуклюже шлёпнувшись на попу.

Папа тоже не смолчал, но в отличие от моего корректного супруга, он сказал вслух:

— Ох, ну ты и пингвинёнок.

— Правда, дитё, на ровном месте падаешь, — покачал головой Максим.

— Я споткнулась, — попыталась я найти себе оправдание. Прозвучало не очень убедительно.

— Угу, а я аист, — отозвался вновь дядя.

Лучше бы встать помогли, чурбаны.

— Меня зовут Артём, — представился моему семейству супруг.

— Очень приятно, молодой человек, — протянул ему руку Макс, пока я, кряхтя, поднималась с земли, заработав ещё один укоризненный взгляд танчика Шеридана, шепнувшего что-то о древних старухах. Уточнять я не стала. — А меня зовут Максим.

— А я вас знаю, — широко улыбнулся ему Артём. — Вы писатель.

— Да, точно, это я. А вы, стало быть, поклонник моего творчества?