И снова шли попытки приспособиться. Применялось и "хорошо забытое старое". Так, с февраля обе стороны пробовали вести минную войну — в тех формах, которые применялись еще во времена Ивана Грозного: прорыть подземный ход к противнику, забить туда побольше взрывчатки и шарахнуть. А противник, если заподозрит неладное, начитает рыть навстречу «контрмину», чтобы подорвать этот ход на полпути вместе с копающими его саперами. Возросла роль тяжелой артиллерии. А из новинок начали внедряться минометы и бомбометы, способные навесным огнем накрывать неприятеля, укрытого в окопах. Французы организовывали в тылу специальные школы для командного состава всех категорий от сержантов до генералов, где шло переучивание новым методам ведения боя. Хотя конечно, это стало возможным только из-за того, что немцы на Западном фронте активных действий не предпринимали.
На Северном море продолжалась блокада Германии британским флотом. В январе здесь была потоплена немецкая подводная лодка U-31. А 24.1 у Доггер-банки столкнулись отряды крейсеров, 5 британских и 4 германских. В ходе боя англичане потопили броненосный крейсер «Блюхер», остальные немецкие корабли предпочли ретироваться. А германское правительство во исполнение своих планов 4.2 обнародовало декларацию о "неограниченной подводной войне" — начиная с 18.2 зона вокруг берегов Англии и Ирландии объявлялась военной с возможностью потопления в ней любых торговых судов. Однако 12.2 последовала резкая нота США, что такая война является грубым нарушением международного морского права. Хотя надо сказать, вопрос этот был далеко не однозначным. Во-первых, тогдашние правовые нормы налагали на воюющих очень большие ограничения. Так, в любом случае запрещалось нападать на пассажирские суда, даже принадлежащие противнику. Считалось, что война войной, а гражданские лица могут плавать, куда им угодно. А что касается транспортных перевозок, то требовалось судно сперва осмотреть, и лишь при обнаружении военных грузов разрешалось его арестовать или отправить на дно — но при условии, что находящиеся на нем люди смогут безопасно спастись. Что для специфики подводной войны было проблематично — всплывшая субмарина становилась легко уязвимой, пока она вела бы осмотр, судно могло по радио вызвать военные корабли. Существовали и суда-ловушки, замаскированные под транспорты.
Во-вторых, Великобритания, следуя обычной традиции не связывать себя никакими обязательствами, конвенцию морского права в свое время вообще не подписала и сплошь и рядом ее нарушала. Ее суда стали плавать под флагами нейтральных стран, для войсковых перевозок использовались пассажирские пароходы. Ну и наконец, сами США нарушали нормы международного права, декларируя нейтралитет, но осуществляя военные поставки. Так что позиция американцев в данном случае являлась не беспристрастной. Тем не менее, германское правительство сочло нежелательным ссориться с Америкой и выступило за отмену плана. И 15.2 от кайзера последовало указание неограниченную подводную войну начинать не с 18.2, а позже, по дополнительному приказу.
Своим ходом шли события в других регионах. Скажем, Япония решила под шумок прихватить побольше, чем Циндао, — за счет нейтрального Китая. И надеясь, что другие великие державы не захотят обижать союзницу, 18.1.15 г. предъявила Китаю так называемое "Двадцать одно требование", состоящие из пяти групп. Они включали передачу Японии прежних германских прав в Шаньдуне, но к этому — еще и расширение контроля над частью Маньчжурии и Внутренней Монголии. И превращение ряда китайских рудников и заводов в смешанные, японско-китайские предприятия. Для постройки дорог и предприятий в провинции Фуцзянь Пекин должен был обращаться только к японскому капиталу. Ну и так далее в том же духе. А кроме того, от китайского правительства требовалось принять японских советников для реорганизации своей армии, финансов и политической системы. Под давлением Англии, России и США Токио кое-как уломали отказаться от требований насчет советников, "чтобы обсудить их отдельно в будущем". А остальные пункты правительство Юань Шикая все же вынуждено было принять. Что в дальнейшем привело к недовольству населения, китайских военных и предпринимателей, стало причиной восстаний и фактического распада страны…
А боевые действия против Османской империи шли уже на нескольких фронтах. Еще в конце 1914 г. при вторжении турок в Закавказье великий князь Николай Николаевич просил британского представителя Вильсона организовать удары против Порты. Но первые удары по англичанам нанесла сама Порта. Одновременно с наступлением под Сарыкамышем турки вступили в Персию. Под влиянием их успехов и германского золота меджлис (парламент) Ирана высказался за поддержку Центральных Держав, к выступлению против Антанты склонялась и часть правительства. А слабый шах лавировал, не решаясь открыто им противоречить. На юге Персии началось восстание бахтиарских племен, инициированное Портой и немцами. Они разрушили часть нефтепровода Англо-персидской нефтяной компании, к району нефтедобычи начали продвигаться и регулярные турецкие отряды. Англичане направили в Иран экспедиционный корпус ген. Таунсенда, в основном состоящий из индийских войск. Он высадился в устье р. Шатт-эль-Арсба, турок и бахтиар отбросили от британских концессий и восстановили нефтепровод.
В это же время турки попытались атаковать другую уязвимую точку Британии — Суэц. В Сирии развернулась 4-я армия Джемаля-паши, 2 корпуса при 220 орудиях и 120 пулеметах. Правда, провести большое войско через безводные пески Синайского полуострова было проблематично, но расчет строился на внезапности, на том, что отсюда наступления наверняка не ждут. И на том, что у англичан там имеются лишь отдельные охранные части. Планировалось с ходу захватить канал, перерезав главную коммуникацию, связывающую Британию и Францию с Индией, Индокитаем, Австралией, прорваться в Египет и поднять там восстание мусульман. А оно, глядишь, покатится и дальше… В районе Беершеба (юго-восточнее Газы) был сосредоточен корпус из 20 тыс. штыков и сабель, главным образом из арабского ополчения, привычного к здешним условиям. И в начале 1915 г. корпус двинулся к египетской границе. Совершил тяжелейший марш через Синайскую пустыню, вышел к каналу, но захватить его не смог, уткнувшись в окопы, защищенные мешками с песком, откуда били пулеметы. А главное, англичане подтянули свои корабли, открывшие огонь из крупнокалиберных орудий. При первых же залпах флотской артиллерии арабское ополчение стало в ужасе разбегаться. Корпусу пришлось поворачивать обратно в пустыню, из которой его остатки выбрались в плачевном состоянии.
Англичане же задумали провести Дарданелльскую операцию. Идея эта вызрела не сразу. С установлением во Франции позиционной войны в британском военном руководстве возникли предложения разбросать фронты по всему миру, чтобы и противник распылял силы. И в связи с этим возникли два плана. Автором одного из них был Китченер. По его мысли, следовало высадить десанты в Сирии и Палестине, захватив Александретту и Хайфу. И ударить в «подбрюшье» Турции. Второй план, Черчилля, предусматривал прорыв через Дарданеллы прямо на Константинополь. Кстати, вариант Китченера сулил куда большие выгоды. Район Сирии и Киликии был защищен у турок довольно слабо, высадиться тут можно было бы почти без помех. Вклиниться в турецкую территорию, перерезав единственную Багдадскую железную дорогу, связывающую Малую Азию с восточными областями страны. И в руки победителей достался бы весь Ближний Восток, тем более населенный арабами, армянами, сирийцами, недолюбливающими турок. Здесь же были сосредоточены и основные германские концессии. Немецкие военные советники в Стамбуле считали такой удар само собой разумеющимся и позже удивлялись, почему же он не был осуществлен, а Гинденбург полагал, что это привело бы к падению Турции еще в 1915 г.
Однако наложились и другие соображения, чисто политические. Дело в том, что в правительствах держав Антанты уже начали задумываться о послевоенном балансе сил в мире. И между союзниками готовились первые, пока еще скрытые трещинки. Скажем, русофоб Ллойд Джордж указывал, что "в случае ослабления Германии исчезнет противовес русскому преобладанию". Ему вторил министр Холдейн: "Мы не должны сокрушать немцев в конце этой войны". И даже упомянутые проекты Китченера в числе прочих поддерживались и опасением, что "святые земли Палестины окажутся под русским протекторатом". По геополитическим мотивам Китченер настаивал и на том, чтобы установить контроль над Меккой, центром исламского мира. Но в будущем виделась конкуренция не только с русскими, а и с французами. Дескать, послевоенный рейтинг государств будет сильно зависеть от их вклада в победу, а пока такой вклад у англичан выглядел не очень весомым.
