— Иди сюда, моя будущая машинистка, — услышала Кира, внося в столовую блюдо с блинчиками.
Даша взвизгнула от восторга, когда Кирилл подбросил ее к потолку, а потом посадил на плечо.
— Доброе утро, — поприветствовала мужа Кира и поставила блины на стол, где уже красовались тарталетки с икрой, омлет с грибами, фруктовый салат, графин с апельсиновым соком и большой дымящийся кофейник.
— Я забыл про какой-то праздник? — Кирилл кивнул на стол.
— Нет-нет, это просто так, для хорошего настроения.
Здесь она безбожно лукавила, но со дня вручения диплома прошла уже неделя, а Кирилл о ее будущем трудоустройстве и словом не обмолвился. Впрочем, можно было сделать скидку на его тотальную занятость — всю неделю он уходил из дома сразу после завтрака и возвращался ближе к полуночи, поэтому Кира решила подтолкнуть события.
— Присаживайся, — пригласила его она. Вскользь заметила, что муж одет в строгие рубашку и брюки. — Куда-то собираешься? Сегодня же суббота.
— М-м-м, как вкусно пахнет, — он повел носом в сторону омлета и протянул дочь жене. — Возьми ее. Да, надо скататься по делам.
Кира взяла Дашу и усадила за детский стульчик, из которого та тут же стала выбираться.
— Солнышко, а я тебе вафельки сделала, — попыталась задобрить вертлявого ребенка Кира. — Ты же любишь вафельки?
Слово-пароль сработало. Даша тут же прекратила дергаться и стала покорно ждать угощение. Кира поставила перед ней тарелку с еще теплыми маленькими вафлями, чашку-непроливайку с соком и тоже села за стол.
Пока она возилась, Кирилл успел съесть большую часть порции омлета и выпить стакан сока.
— Будешь кофе? — спросила она.
— Ага, — кивнул он и придвинул к себе блюдо с тарталетками.
Кира схватила кофейник, решая, как бы половчее начать разговор о работе. Время шло. Пока она силилась выдавить из себя хоть слово, Кирилл успел приговорить большую часть тарталеток, съесть блин и выпить кофе. Впрочем, это заняло у него от силы минут десять.
— Может, еще кофе? — предложила она.
— Нет, спасибо, — ответил Кирилл и отодвинул от себя тарелку. — Ты почаще такие завтраки устраивай. Гарантирую, настроение у меня будет отличное. Ладно, мне пора.
— Подожди, я хотела с тобой поговорить, — наконец решилась она.
— Давай, только быстро.
— Кирилл, а вам в дизайнерском новые сотрудники не нужны? — выпалила она скороговоркой.
— Хочешь предложить чью-то кандидатуру? — нахмурился он.
— Да, мою…
Кирилл усмехнулся, посмотрел на нее игриво и ответил:
— Ты что, работать надумала?
— Почему тебя это удивляет? — спросила она.
Муж посмотрел на нее более внимательно.
— Стой, ты это серьезно?..
Увидев ее кивок, продолжил:
— Кир, какая работа, о чем ты? Я тебе мало денег даю?
— Зачем, по-твоему, я училась?
— Понятия не имею, — он прищурил глаза. — Как по мне, так лучше бы проводила больше времени с дочкой.
— Она и так со мной почти круглосуточно, — ответила Кира погрустневшим голосом.
— Вот и отлично! Если дело в скуке, заведи себе хобби, запишись на фитнес или еще куда вы там, барышни, ходить любите. Я ж не запрещаю, — он развел руками.
— У меня есть хобби.
— Кир, в «Полярис» тебя не возьму, извини, — покачал он головой.
— Почему? — спросила она, поджав губы.
— Нужна причина? Хорошо, — вздохнул он. — Мне на работе дизайнеры-дилетанты не нужны.
— Ты же говорил, что тебе понравилась моя дипломная работа! К тому же необязательно брать меня дизайнером. Можно помощником, как и раньше. Мне без разницы, наберусь опыта…
— Жена Трубачёва работает помощником дизайнера… Может, еще устроишься официанткой в наш буфет? Цирк, да и только! Меня ж коллеги засмеют! Так, милая, — резко посерьезнел он. — Эту идею мы хороним раз и навсегда. Всё, до вечера.
Он поднялся с места, подошел к Даше, чмокнул ее в усыпанную крошками щеку и ушел. Кира осталась сидеть на месте, пригвожденная его неумолимостью.
— Что же это получается... Мнение коллег ему дороже меня?.. Собственно, чему я удивляюсь, он же равнодушная скотина. Господи, ну почему я такая идиотка… Можно было сразу догадаться, что не возьмет!
Тут что-то увесистое грохнулось об пол. Кира оглянулась и увидела, что Даша уронила чашку-непроливайку, тут же скорчила обиженную гримасу и приготовилась разреветься.
