− Это звучит как-то страшно. − Сказал Марек.
− Это кажется страшным только потому, что это иная форма жизни. К тому же вообще нереальная. Здесь виртуальный мир на плоскости.
− А если сделать подобную проргамму с реальным миром?
− Тогда, потребуется самый мощный суперкомпьютер и неизвестно, хватит ли его мощности, что бы смоделировать одну амебу. Самый мощный компьютер, это сам мир. Здесь вокруг нас происходит столько вычислений на ходу, что вообразить невозможно.
− Да. Это действительно так.
− И вот, что я думаю. Представь себе, что мы взяли маленькую часть пространства, размером с амебу и вставили в него свою программу для вычисления. Представляешь, какой получился бы компьютер?
− Думаю, он сумел бы смоделировать эту амебу.
− Или любой другой организм такого же размера. Инфузорию или водоросль.
− Фантазия у тебя не маленькая.
− А мне больше ничего не остается делать. Я думаю о своей матери. Она где-то совсем рядом. В каких-то девяти годах в прошлом. Можно пролететь на девять лет в пространстве, можно пролететь и во времени.
− В прошлое невозможно улететь.
− Но возможно из прошлого улететь в будущее.
− Ты думаешь, твоя мать могла улететь в будущее? Этого не было. Ее тело распылили в космосе после того как она умерла.
− А ее душа?
− Душа? Ты веришь в это? − Спросил Марек.
− Да.
− И ты веришь в бога?
− В того кому молятся в церкви − нет. Я прочитала несколько разных книг по разным религиям. Все эти религии ничего не стоят перед настоящим богом. Люди верят не в богов, а в их посланников. А эти посланники на поверку оказываются древними инопланетянами, являвшимися к людям. Странно, только, что ни в одной религии я не видела каких либо упоминаний о ратионах или подобных существах. Может, это и не странно.
− Почему?
− Не знаю. Это только мои чувства и ни каких объяснений. Мне кажется, что этот факт говорит в нашу пользу. Ратионы не назывались богами.
− У нас есть записи моих разговоров с твоей матерью. − сказал Марек. − Возможно, тебе дадут их прослушать.
− Там есть что-то для меня?
− Она говорила со мной. Не думаю, что она рассчитывала их для тебя.
Ина продолжала смотреть в экран, где что-то происходило.
− Ого! − Воскликнула она.
− Что? − Спросил Марек.
Она что-то сделала и показала на двух существ, двигавшихся друг к другу. Они столкнулись и слились как-то не так.
− Они объединились, а не дрались. − Сказала Ина. Она остановила катринку и сделала увеличение. − Чудеса. Два разных кода состыковались и образовали новый.
− А если сразу сделать большой код? − Спросил Марек.
− Ничего не выйдет. Получается чудище, которое не выдерживает самых слабых. При столкновении оно обычно просто разваливается. А этот двойной не должен быть слабым.
− Может, где-то там наверху сидит какой нибудь такой же как ты, тасует наши коды и сталкивает нас друг с другом, глядя кто сильнее? − спросил Марек.
− В его голове тогда должен быть мир еще больший чем наш.
− Почему?
− Потому что этот компьютер ничего не стоит перед головой любого человека. Я вчера вечером лежала и представляла себе самые настоящие коды. Не знаю, как получилось, мне казалось, что одна ночь растянулась на несколько месяцев.
− И что ты представила себе?
− Свой собственный код. Помнишь, два месяца назад мне делали анализ. Выдали ту длиннющую ленту, а то что там записано умещается в ядрах каждой клетки. Представь, сколько всего можно записать в генокод? Может, кто-то и играет нами там, наверху, но мы сами играем больше. Может, он как я сейчас, отвернулся от экрана на пять миллионов лет. А когда он повернется вновь, все эти псевдобожки слетят к чертям.
− И наступит всеобщий хаос, как у тебя здесь? − Спросил Марек.
− Это только никем не доказанная теория. − Ответила Ина. − Есть и другой вариант развития событий. Бог создал весь этот мир. Создал его для себя и правил им столько сколько мог, пока он был. Может, он и сейчас жив и живет на какой нибудь дальней планете, не ведая что в его творении появилось нечто чего он не планировал. Это можно сравнить с созданием компьютеров. Человек создает машину, создает программу, которая на ней работает, а затем появляется пользователь и жмет кнопки. Он не имеет понятия как там живет программа. И он может не знать, что компьютере могли появиться программы вирусы, которые начинают там жить собственной жизнью.
− В этом случае нам не во что верить?
− В этом случае можно верить в переселение душ. Если еще вспомнить, что тари делают это с помощью своих машин, то подобная вера оказывается вполне небезпочвенной.
− Тогда было бы незачем делать какие-то машины.
− Кто знает, в чем правда?
Решение Комиссии пришлось ждать несколько дней. Она сделала один шаг, и в дом Марека были доставлены кассеты с записями.
− Тебе сюрприз. − Сказал Марек, входя в комнату Ины. Он поставил перед ней на стол ящик. Она поднялась и проведя над ним новом взглянула на Марека.
− Он пахнет мною. − Сказала она.
− Твоей матерью, Ина. Здесь ее записи.
− Да. Я убивала людей. Я убила не мало, и я ничуть не сожалею об этом. Я убивала убийц и преступников. Я убивала тех, кто нападал на меня и моих друзей. Я убивала тех, кто сеял заразу в обществе людей. Заразу насилия и войн. Вы можете обвинять меня в этих убийствах, но сколько убили вы сами? Сколько вы убили людей своим бездействием и неверием? Я никогда не убивала тех, кто не представлял угрозы мне или моим друзьям. Я никогда не убивала из-за того что кто-то являлся кем-то не тем. Я никогда не убивала не имея полного доказательства совершенного преступления или не имея акта наличия смертельной угрозы для других от этих.
− У вас нет веры мне. Вам кажется, что я прилетела к вам с единственной целью убивать вас и вершить насилие. Это выдумано вами и теми, кому выгодно держать вас в страхе. Я не отрицаю, что среди ратионов есть настоящие убийцы. Я сама встречала таких, и я их убивала. Я не хочу войны. Никакой. Ни с вами, ни с бессерами, ни с тари, ни с кем либо еще…
− Вы можете пожелать получить наши знания. И вы можете их получить. От меня, от кого либо другого, но получив их вы перестанете быть людьми. Перестанете, потому что информация изменит вас. Моя сила не в когтях и клыках, на которые ты косишься. Моя сила в моих знаниях. Любой ратион без знаний не больше чем обычный лесной зверь. Ваши слова на счет людоедства ничего не стоят. Это отговорка, которая действует лишь на дураков. Любой человек, имеющий хотя бы каплю разума, поймет, что ратиону проще поймать в лесу дикого зверя, чем нападать на людей. Это глупо. И, если я кого-то и убила своими клыками, то только потому что он этого заслужил своими действиями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
