Читаем без скачивания Эпидемии и общество: от Черной смерти до новейших вирусов - Фрэнк Сноуден

мере заменил хинин в послевоенном лекарственном арсенале. Хинин оставили для внутривенного введения в самых тяжелых случаях при коматозных состояниях. Пока полным ходом шла борьба с переносчиками инфекции, которых истребляли с помощью ДДТ, вспомнили и о традиционных итальянских методах противодействия плазмодиям в кровотоке. В то же время ЮНРРА финансировала организацию на побережье и в горах малярийных санаториев и летних детских лагерей. Там их постояльцы были защищены от кусачих насекомых, хорошо питались и усваивали базовые правила профилактики малярии. Беременных и кормящих женщин тоже обеспечивали специальными пайками, одеждой и обувью. Тогда же стартовала программа восстановления ветхого жилья и размещения беженцев и переселенцев. Благодаря этому огромное число представителей самых уязвимых категорий населения получили по крайней мере хотя бы частичную защиту от инфекции.

Кроме «разгрузки» ЮНРРА осуществляла «ремонт», то есть восстановление разрушенной экономики Италии. Цель состояла в том, чтобы вернуть промышленность и сельское хозяйство на довоенный уровень. Послевоенные американские плановики были убеждены, что истоки тоталитарных режимов Европы в межвоенный период и причины Второй мировой войны коренились в Великой депрессии, охватившей мир в 1930-е гг., и автаркической политике некоторых государств, стремившихся создать замкнутое народное хозяйство. Поэтому, чтобы предотвратить распространение коммунизма и новую войну, США предложили Италии масштабную поддержку в восстановлении производства и в реинтеграции страны в глобальную экономику свободного рынка.

В случае Сардинии это вмешательство затронуло главным образом сельское хозяйство. ЮНРРА поставляла семена, удобрения, топливо, оборудование, обеспечивала ремонт поврежденных и заброшенных мелиоративных сетей. Посевы обрабатывали инсектицидами от саранчи. Непосредственным результатом стало восстановление производства. Однако косвенно эти мероприятия поддержали борьбу против малярии, поскольку по мере восстановления сельского хозяйства восстанавливался и контроль за водными ресурсами, ликвидировались комариные гнездовья.

Кроме того, ЮНРРА вкладывалась в противомалярийную кампанию на Сардинии напрямую. Во-первых, на доходы от продажи американских товаров, предоставленных итальянскому правительству бесплатно, был создан Фонд Lire, который финансировал сферу общественного здравоохранения. На Сардинии он поддерживал ERLAAS. Таким образом, Сардинский проект надо рассматривать в контексте более широких программ финансирующей его ЮНРРА. Но благодаря участию ЮНРРА была восстановлена и инфраструктура довоенной кампании, что позволило местным противомалярийным комитетам, медпунктам и школам продолжить работу и раздавать населению лекарства. В этом смысле Сардинский проект осуществлялся не изолированно, а одновременно с традиционными методами, внедренными в довоенный период.

Заключение

Успешная ликвидация малярии на Сардинии имеет большое значение, потому что служит обнадеживающим примером победы над смертельно опасным инвалидизирующим заболеванием, которое по-прежнему держит в заложниках большую часть населения Земли, особенно в Африке южнее Сахары. Сегодня от малярии умирает примерно 1 млн человек в год, хотя болезнь эта излечима и поддается профилактике. Малярия остается главной тропической болезнью и наряду с ВИЧ/СПИДом и туберкулезом, вероятно, самым серьезным инфекционным заболеванием в мире.

Поэтому так важно сделать верные выводы из опыта Сардинии – чтобы дать исторически достоверную оценку. ВОЗ и международное сообщество сначала сделали неверный вывод: они ошибочно решили, что, раз исчезновение малярии произошло после того, как остров был опрыскан ДДТ, значит, этим оно и было обусловлено.

Но реалии Сардинского проекта не так однозначны. Он, конечно, демонстрирует важность технологических инструментов, что наглядно подтверждает роль и ДДТ, и противомалярийных препаратов. Для борьбы с малярией требуются непрерывные научные исследования и практическое применение их результатов. С другой стороны, участники противомалярийной кампании, работавшие в медпунктах на Сардинии и по всей Италии еще до Первой мировой войны, уже знали, что полагаться только на оружие науки – неправильно. Судя по их отчетам, они понимали, что малярия – инфекционное заболевание, которое самым точным образом отражает совокупность отношений человека с природой и с другими людьми. Отчеты сообщали, что малярия – одновременно болезнь нищеты, результат ухудшения окружающей среды, плохого питания, негодного жилья, неграмотности, халатности, перемещения населения и неправильного возделывания земли.

Раздача первого «чудодейственного средства», хинина, была бесплатной и сопровождалась улучшением жилищных условий, ростом заработной платы и грамотности, улучшением питания и утверждением моральных приоритетов нации. В борьбе с малярией эти факторы были не менее важны, чем само лекарство. Малярия отступила не только под воздействием мощного технологического инструмента, но и благодаря восстановлению социальной справедливости. Однако даже наличие самых выдающихся технологий не снимает вопроса: в каком контексте их следует применять?

Анджело Челли, один из основателей первой противомалярийной кампании, ответил на этот вопрос девизом, который не утратил актуальности по сей день: «Делай одно, но не упускай из виду остальное»{203}. Как считал Челли, пример Сардинии служит доказательством, что эффективная противомалярийная программа должна быть многосторонней. Она требует сотрудничества, заинтересованности влиятельных граждан, образования, чтобы научить население беречь здоровье, доступа к медицинской помощи и недорогим лекарствам, оздоровления окружающей среды, а также инструментов, которые появляются благодаря фундаментальным научным исследованиям. Кроме того, Челли считал, что Сардиния преподала нам еще один важный урок: борьба с малярией должна выстраиваться на долгосрочных обязательствах, а не на скоропалительных решениях. Малярия на острове была побеждена только в результате полувековых целенаправленных усилий. И еще очень важно, что успех на Сардинии иллюстрирует, сколь велико значение международного сотрудничества. Сардиния достигла победы над малярией благодаря финансовой и технической поддержке США и безусловному официальному признанию, что эта болезнь – международная проблема, в решении которой кровно заинтересовано все мировое сообщество. Как и все эпидемические заболевания, малярия – катастрофа не отдельных народов, а всего человечества.

Несмотря на столь безрадостные уроки, показавшие, как сложно истребить малярию, пример Сардинского проекта обнадеживает, доказывая, что в итоге победа над болезнью окупает затраченные усилия, потому что высвобождает ресурсы региона. Послевоенное развитие Сардинии обусловлено тем, что малярия утратила возможность снижать производительность труда, мешать обучению, уничтожать ресурсы и усугублять нищету. Современная Сардиния иллюстрирует социальные, экономические и культурные возможности, открывшиеся благодаря победе над малярией.

Глава 18

Полиомиелит и проблема ликвидации

Движение за освобождение мира от полиомиелита – прямое следствие того, что можно назвать эпохой искоренения болезней, начавшейся после Второй мировой войны. В течение тех нескольких эйфорических десятилетий существовало единогласное мнение, что час решающей битвы в долгой войне людей с микробами пробил и победа уже близка. Неудивительно, что прочнее всего это мнение укоренилось в США, где победа во Второй мировой войне породила безграничную веру в силу науки и техники. В 1948 г. государственный секретарь Джордж Маршалл заявил, что теперь человечеству известно, как искоренить инфекционные заболевания на всей земле. Аналогичное заявление в 1969 г. сделал главный санитарный врач США Уильям Стюарт, сказав, что пришло время поставить точку в истории инфекционных болезней.

Решимость, с которой велась борьба против полиомиелита, отражает дух эпохи. В авангарде движения встали ветераны, уже успевшие поучаствовать в других кампаниях, они-то и привнесли идею эрадикации – полного уничтожения заразы. Фред Сопер и Александр Ленгмюр были пионерами маляриологии, Дональд Хендерсон руководил международной программой по искоренению оспы, а специалист в области палеопатологии Эйдан Кокбёрн был автором теории исчезновении всех инфекционных заболеваний.

Кроме того, движение получило колоссальную поддержку благодаря президенту США Франклину Делано Рузвельту, который переболел полиомиелитом накануне своего 40-летия. Рузвельт активизировал кампанию против полиомиелита с помощью двух благотворительных организаций, в создании которых принимал живое участие, – это Фонд Джорджия Уорм-Спрингс и, что важнее всего, Национальный фонд борьбы с детским параличом. Эта некоммерческая организация, получившая неофициальное название «Марш десятицентовиков» и впоследствии сделавшая его официальным, стала главным инструментом сбора средств для исследований полиомиелита, лечения пострадавших от него и просвещения населения относительно этой проблемы. Историк Дэвид Ошинский писал: «Национальный фонд стал золотым стандартом для частных благотворителей, крупнейшей добровольной здравоохранной организацией всех времен», которая сумела «пересмотреть роль и методы частной благотворительности в США»{204}.

Полиомиелит как заболевание

Полиомиелит – острозаразное вирусное заболевание, которое вызывают три штамма полиовируса. Их важно различать, поскольку у переболевшего формируется пожизненный иммунитет только к тому штамму, который вызвал болезнь, а перекрестный иммунитет к двум другим штаммам не появляется. Кроме того, полиовирус типа 1 гораздо вирулентнее остальных и ответствен за 85 % случаев паралича и смерти.

В основном этот вирус передается