Он повернулся к Леди Дикополоске, живо рявкнув:
- Парад в надлежащем виде, Миледи!
Она милостиво улыбнулась ему:
- Благодарю вас, майор. Приказывайте выступать. И, может быть, с хорошей маршевой песней, пожалуйста!
Майор Фелтон Ффорбс описал своим стеком небольшой круг в воздухе:
- Дозор, с левой – выступаем! Да, и выдайте-ка нам бодрую песню! Как насчет «Тирады о тумаках»? Ладно, быстрым маршем – вперед!
Каждый из зайцев знал маршевую песню наизусть. Они с удовольствием распевали ее ясным осенним утром:
Вот правило иль два тебе,
Коль ты на вылазку идешь,
Будь верен ты своей судьбе,
Когда в Дозор к нам попадешь.
Будь молодцом, упрямей вид,
Коль встретил ты врагов –
То дай им кровь и уксус
И кучу тумаков!
Да, кучу тумаков, ребята, кучу тумаков!
Ни пяди, не сдаваться, ударь – и враг готов!
«Еулалиа!» - наш клич в бою,
Погромче крикни ты,
Саламандастрон – наш дом родной,
И лучше не найти.
Когда идем в атаку,
То слышим вопль врагов,
Мы здесь для стали и резни
И кучи тумаков!
Да, тумаков они получат, кучу тумаков,
Ворота Ада распахни, путь для врага готов!
Оставляя отпечатки своих лап на влажном песке, отряд помаршировал на север вдоль пляжа. На море был прилив; волны шумели, накатываясь на берег, и увенчанные белой пеной буруны грохотали, разбиваясь о пляж. Все это, в сочетании с хриплыми криками морских птиц, соревновалось с песней, которую распевали молодые зайцы.
Майор воззвал с искоркой в глазах, дразня дозор:
- Это что, лучшее, что вы можете, черт побери, во? Леди Дикополоске и мне едва ли слово от вас слышно!
Леди Барсучиха ухватилась за происходящее и присоединилась к веселью, громко крикнув:
- Наверное, это звуки волн и писки тех чаек. Думаю, это заглушает наших певцов, майор. Может, им попробовать петь посильнее, а?
Дозор начал петь с вновь обретенным усердием, повышая громкость. Напрягая шеи и откинув уши назад, они орали песню изо всех сил.
Майор Ффорбс грустно покачал головой:
- Говорю вам, Миледи, в сезоны, когда я был скороходом, я бы их, наверное, один своим голосом заглушил. Меня недаром называли юным Ревуном Ффорбсом, во!
Леди Дикополоска подавила смешок:
- О, майор, я в этом не сомневаюсь. Может быть, они еще не достигли полной громкости. Может, если они споют это еще раз, мы услышим их громко и четко?
Прошло некоторое время, прежде чем молодые зайцы поняли, что происходит. К этому моменту они допелись до хрипоты.
Горохоцветка состроила глазки офицеру:
- Так не годится, сэр! Мы никогда не будем столь же хороши, как вы. Я что говорю, не могли бы вы спеть и показать нам, как это делается?
Майор Фелтон Ффорбс потрогал свое горло, кашлянув:
- Кхм, кхм… Хотел бы я, мисси, но у меня горло болит, знаете ли. Боюсь, это невозможно. Отряд, левое плечо вперед, марш! Попробуем пройтись в дюны, во!
Они сделали остановку в полдень в защищенной впадине между четырьмя песчаными холмами. Пайки с провизией были вскрыты, пока они сидели, отдыхая. Были розданы лепешки, сухофрукты и настойка из бузинового цвета.
Леди Дикополоска заметила, обращаясь к юному Фолдеруму, который сидел рядом:
- Ну, молодой сэр, нравится вам наша небольшая вылазка?
Фолдерум с энтузиазмом закивал:
- О да, Миледи, здесь снаружи все просто первый класс, во!
Леди Барсучиха взглянула вверх, в теплое голубое небо:
- Согласна. Я уже так давно не бывала далеко от горы! Как вам понравится провести здесь ночь? Хотите разбить лагерь на пустоши?
Она столкнулась с превосходящим ответом со стороны дозора:
- Ой, я что говорю, это было бы чертовски чудесно, во!
- Конечно – целая ночь снаружи, под чертовыми звездами!
- О, Госпожа, пожалуйста, скажите, что можно! Будет так весело!
Леди Дикополоска взглянула на Фелтона Ффорбса:
- Что думаете, майор?
Ффорбс жевал засахаренный каштан:
- Хм-м, я сомневаюсь, одобрит ли это полковник Блэтгор…
Послышалось бормотание со стороны юного Грамби:
- Не думаю, что он вообще по нам заскучает, он так много спит, этот старый чудак.
Майор пригвоздил Грамби к месту суровым взглядом, а затем расплылся в улыбке:
- Нет, я не думаю, что он будет скучать, и если тебе посчастливится дожить до его возраста, ты тоже не будешь, Грамби. В любом случае уже стемнеет к тому времени, когда мы будем возвращаться в Саламандастрон. Так что если вы согласны провести ночь на природе, Миледи, тогда я всеми лапами за, во!
Остаток этого чудесного дня они провели счастливо. Оставив дюны, они пропутешествовали вглубь пустошей, распевая песни и подшучивая друг над другом. Леди Барсучиха была все еще достаточно молода, чтобы хорошо проводить время со скороходами, и пела так же громко, как и прочие. Ранним вечером майор заметил подходящее место для лагеря:
- Вон там – между тем холмом с ровными сторонами и зарослями утесника. Мы будем защищены с двух сторон, а?
Уши Фолдерума дернулись; он поднял лапу:
- Тихо, ребята! По-моему, я слышал звук текучей воды. Может, там где-то есть ручей, во?
Майор легонько ударил его своим стеком:
- Хорошо сделано, парень, очень наблюдательно с твоей стороны!
Горохоцветка хихикнула, шепча Леди Дикополоске:
- Очень наблюдательно, Миледи, клянусь левой лапой! Он же здесь бегал раньше – я знаю, что он это делал, чертов мошенник!
Тьма опустилась на зрелище всеобщего довольства. Из сухого утесника был разожжен костер, кипела вода, чтобы сделать одуванчиковый чай, и зайцы поджаривали лепешки на кончиках своих мечей. Майор Ффорбс поддался на уговоры и исполнил-таки песню. Молодые скороходы были удивлены богатством его великолепного баритона; никто из них раньше не слышал, чтобы он пел. Он заставил равнины отдаваться эхом; его голос вознесся вверх в бархатное небо, прошитое звездами:
Друзья, давайте погодим,
Да на природу поглядим,
Она для вас и для меня,
Мы все здесь верные друзья!
О большем я мечтать не мог,
Земля – пол, небо – потолок,
Великая природа!
Сезон, от бед нас упаси,
На нас дождем не мороси,
Ты ветрам запрети стонать
И нас морозом пробирать,
На нас вниманье обрати,
Природа-мать, нас защити!
Но это все произнеся,
Лишь гляньте, где мы есть, друзья,
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
