другой уничтожил-разогнал штаб противника и сжег военный объект. В простых рассказах этих летчиков я чувствовал, видел огромную силу. А таких людей наша Красная Армия имеет миллионы. Это гарантирует нам победу. Победа будет за нами.
Привет вам, мои милые любимые.
Кадюля и ты, дочка Наташа, слушайте маму и любите ее так же, как она любит вас.
Привет Насте, Михаилу Налетову. Целую всех крепко.
Ваш И.В. Тюленев
Наташе Тюленевой
Москва, Центральный военный госпиталь,
15 сентября 1941 г.
Дорогой дочке Наташе!
Здравствуй, моя любимая доченька!
Как ты живешь и как твое здоровье? Я чувствую себя ничего – хорошо. Должен сказать тебе, что подлые немцы меня ранили, но рана несерьезная, скоро заживет. Я тебе раньше хотел написать об этом, но боюсь, что ты будешь смеяться надо мной – скажешь: «Ну, теперь, мол, у меня папа старенький и хроменький». Нет, хромать я не буду. Пусть старый волк хромает.
Итак, дорогая дочка, я скоро выйду из госпиталя и поеду вновь бить проклятых фашистов. Ты пишешь мне в своем письме, что ты по мне соскучилась. Верю, что ты скучаешь по мне, но и я скучаю по тебе не меньше твоего. Дочка, я доволен тем, что у тебя в Куйбышеве много хороших товарищей – подруг, передай им всем от меня привет. Особо передай привет Костику Т. Дорогая дочка, будь прилежна, слушай маму и всех старших. Целую тебя много, много раз. Твой папа.
Наташе Тюленевой
Москва, Центральный военный госпиталь,
13 октября 1941 г.
Здравствуй, дорогая Наташа!
Спасибо тебе за твое письмо. Мы все здоровы и шлем тебе привет. Молодец, что учишься хорошо. Мама скоро приедет, думаю, что, так, числу к 20/10. Кадику скажу, чтобы написал тебе письмо. Он учится хорошо, несмотря на то, что учеба для него трудная[24]. Привет всем твоим подругам, товарищам тете Тимошенко и Жуковой и др. от всех нас. Я сегодня выхожу из госпиталя. Моя ножка поправилась. Будьте здоровы. Целую тебя крепко. Папа.
А.М. Тюленевой и дочери[25]
Здравствуйте, мои родные Шура и Наташа!
Шлю Вам свой привет, крепко целую и желаю здоровья. Здоровье мое становится все лучше. Рана заживает и ходить становится лучше.
В конце ноября три дня жил в Москве, ночевал у себя в квартире, где все в порядке, даже рыбки в аквариуме живут и здравствуют. Должен был 1-го декабря поехать на фронт, но отставили. Пришлось послать несколько дивизий под Москву, которые приняли участие в разгроме под Москвой злейшего нашего врага. Я доволен, что моя работа на Урале и под Ярославлем по сколачиванию дивизий не пропала даром. Все эти дивизии дерутся очень хорошо.
На днях послал Кадику письмо. Очень рад, что он учится, а также рад за Вас, что Вы здоровы. Прошу не скучать, а работать и учиться на благо нашей родины. Привет Тимошенко, Жуковой, Насте. Будьте здоровы. Целую крепко. И.В. Тюленев.
Письмо генерала Ф.И. Толбухина Тюленеву И.В
Крым, март 1942 г.
Уважаемый Иван Владимирович!
Сегодня получена телеграмма Ставки. Я освобожден от должности начальника штаба Крымского фронта и назначен в распоряжение НКО.
Не знаю своего предназначения, но я очень бы хотел служить с Вами. Это сейчас зависит исключительно от Вас, думаю, достаточно будет Вашего звонка т. Шапошникову. Кавказский театр вряд ли кто знает лучше Вас и меня. Я не претендую обязательно на должность нач. штаба (она, видимо, уже занята), а на любую по Вашему усмотрению соответствующую. Из Керчи, видимо, выеду 13-14-111 и в Москве буду числа 19-III.
С приветом. Желаю здоровья. Ф. Толбухин.
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 24. Л. 52
Письма Адмирала флота И.С. Исакова И.В. Тюленеву
Москва, 4 ноября 1943 г.
Дорогой Иван Владимирович!
Сегодня исполнился ровно год со дня моего ранения, когда я выпал из тележки. Конечно, я предпочел бы быть на двух ногах и работать с тобой или на другом фронте, но даже то, что я сейчас могу работать в Москве и как-то приносить пользу общему делу разгрома врага, – и то хорошо. Могло бы это кончиться небольшим памятником в Сочи или Тбилиси. Поэтому я доволен и признателен тем, кто отодвинул немного устройство памятника, и хорошо понимаю, что кроме Петрова и Джанелидзе[26] много обязан тебе за поддержку, помощь и внимание.
Думаю, что не ошибусь, подозревая, что ты не вполне доволен своей работой. Активные операции идут вне твоей епархии. Но, как и раньше, считаю, что твоя работа в Тбилиси не менее (а в некотором отношении более) трудна и нужна государству, чем в другом месте.
Первое время я сам очень тосковал без ответственной работы. Быть на положении почетного зама тяжело, а в военное время особенно. Но я, к моему удовлетворению, неожиданно получил назначение в правительственную комиссию, где и работаю сейчас (по совместительству). Работа исключительно интересная и ответственная. Будет свободная минута, напишу пару строк. Сейчас под моим водительством печатают (впервые) и будут выходить сборники по опыту войны (морские). Зная твой интерес к флоту, буду посылать тебе. Будь здоров. Желаю успеха в работе.
Твой Исаков.
Обращение Католикоса-Патриарха всея Грузии Каллистрата
1944 марта 8 дня
Главнокомандующему Закавказского фронта
генералу армии Тюленеву
Священник Тбилисского Сионского Собора Наум Григорьевич Шавианидзе, рождения 1889 г., состоящий в священном сане с 1916 г., больной туберкулезом, доселе не призывавшийся на военную службу, в феврале 1944 г. приглашен в военный комиссариат района Орджоникидзе г. Тбилиси, признан временно обязанным запаса и зачислен в рядовые ВУС, с выдачей справки от 14 февраля 1944 г. за № 203. Принимая во внимание, что Шавианидзе никогда не служил на военной службе и как туберкулезный едва ли годен для таковой, тогда как церкви он нужен, почтительнейше прошу распоряжения Вашего об освобождении его, священника Шавианидзе, от военной службы.
Католикос-Патриарх всея Грузии Каллистрат[27].
Письмо священника И. Кобаидзе
Тбилиси, 23 июня 1944 г.
Верховному Главнокомандующему Маршалу Советского Союза Иосифу Виссарионовичу Сталину.
Копия: Главнокомандующему Закавказского фронта генералу армии Тюленеву.
Мир Вам!
Я состоял главным священником всех казачьих войск в России во время войны 1914–1918 гг. За время своей службы я награжден был боевыми орденами: Св. Анны III и II степени с мечами и бантом, Св. Владимира IV и III степени и Св. Анны I степени с мечами и бантом и золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте. Все эти
