Осторожно пригнувшись, Эрнст и Сэм стояли лицом друг к другу, а между ними лежала вечность.
– Заставь его это сделать, Ким. Один из них должен! – крикнул Сэм.
Эхо голосов донеслось до женщины, и она взглянула на вход в эту огромную комнату. Замерцали лучи фонарей. Голоса приближались, среди них один был узнаваем.
Элиас.
– Не входи, – прошептала Ким, но он уже ступал в комнату. Внезапно Элиас оказался рядом с ней, всего в дюймах от нее. Там он застыл, сбитый с толку сложной топографией Цитадели.
– Просто стой, где стоишь, – прошипела женщина. Элиас медленно кивнул, стоя как вкопанный.
– Только не двигайся, – предупредила Ким. – Даже ни на дюйм.
Глядя на сцепившихся Сэма и Эрнста, Элиас шепотом выругался и поднял винтовку, целясь в Эрнста Вона. Но пуля будто и не покинула ствола.
– Я не понимаю…
– И не пытайся.
Сэм и Вон снова отскочили друг от друга; теперь Эрнст казался раненым. Когда Сэм медленно приблизился к тому месту, где – Ким чувствовала – лежал невидимый обрыв, она предостерегающе вскрикнула.
– Нам не убить друг друга, – громко сказал Сэм, глядя прямо на нее. – Есть только один способ закончить это сейчас.
Эрнст отступил, его лицо было малиновым от напряжения… и вновь появился прямо рядом с Сэмом. Ким услышала за спиной движение. Она протянула руку и схватила Элиаса за локоть.
– Не пытайся, – предупредила женщина. – Тебе туда не попасть.
Сэм потянулся к Эрнсту, почти обнимая его. Эрнст в отчаянии начал вырываться, когда Сэм сплел свои руки вокруг шеи противника. Это выглядело почти так, как если бы он обнимал давно потерянного возлюбленного. Когда Сэм отклонился назад, Ким непроизвольно двинулась вперед. Всего на чуть-чуть, но этого как раз хватило, чтобы она увидела край той пропасти, пространства между пространствами, зияющей прямо перед ней. Она заметила панику, растущую на лице Эрнста Вона, его почти комичную гримасу – как у клоуна, теряющего равновесие на натянутом канате.
Они упали вместе. Сэм продолжал сжимать Вона в крепких объятиях, инерция тащила их назад, пока они не провалились в никуда. В бездну размером с вечность…
Ким быстро попятилась, желая убраться как можно дальше от той ужасной пустоты. У нее подогнулись колени, но Элиас подхватил ее, когда она пошатнулась.
– Что с ними случилось? – недоуменно спросил Элиас.
– Они ушли, – ответила Ким. – Не думаю, что они вернутся.
У pcy
Урсу с облегчением обнаружил, что Роук все еще жив, хотя его ушибла некая непостижимая сила. Старый касперианин держался за живот, когда Урсу помогал ему вернуться ко входу в комнату с возвышением.
– Так вот он, легендарный город Бол, – прохрипел Роук. Вокруг заплясали лучи фонарей, и появились другие Шей, остановленные у входа одним из их соплеменников, чтобы их не постигла та же участь, что тех двоих исчезнувших. – Это место зла. Да будет оно навеки поглощено землей.
Роук запрядал ушами и продолжил:
– Я слышал, Шей объяснял, что в том возвышении находится абсолютная власть. Что любой из нас двоих мог бы… Урсу, ты понимаешь, что это значит?
– Пророчество Фида, – согласился Урсу. – Да, я понимаю. – Пророчество, что кто-то из их соплеменников будет править миром, став подобным богам. Вы думаете, это место предназначено императору Зану?
Роук помолчал, размышляя под оживленный стрекот Шей.
– Я не знаю, – признался он наконец.
Тренчер
В той узкой камере, где Дэвиду Тренчеру Вону снились забытые сны, ему пришло в голову, что жизнь – не больше чем прелюдия к одному последнему моменту существования, что только в ту последнюю секунду жизни можно точно оценить и понять значение и цель всего, что происходило раньше. Сам Тренчер находился в незавидном положении, ибо он всегда знал, что будет чувствовать в тот последний момент. Даже Сэм никогда не понимал, насколько полно видит Тренчер грядущие события.
«Вот я и здесь, – подумал Тренчер. – Я так долго знал об этой минуте, что теперь кажется, будто я всегда был здесь». Щит был теперь активирован, но сама Цитадель оставалась смертельным оружием. Тренчер вдруг осознал, что Цитадель всегда была с ним: сперва младенческими страхами, потом кошмарами о чем-то огромном и темном, полном тайн и загадок. Теперь он понял, что это означало. Находясь здесь, Тренчер понял, почему не видел дальше этой минуты.
В своих мыслях Тренчер всегда любил думать, что Ангелы были сострадательными существами, которых обогнала их собственная технология. Что-то ужасное было создано, когда они научились прикасаться к будущему: вид темпорального опустошения, которое действовало до сих пор, спустя бесчисленные эры после того, как не стало самих Ангелов.
Пора вернуть этой вселенной свободу воли, понял Тренчер.
Заметив Элиаса, старик подошел к нему. Тренчер видел, как дрожат руки Элиаса, как посерела его кожа. Медленный Блайт пожирал его, и если бы Тренчер был способен заглянуть за ту критическую точку времени, от которой его отделяли мгновения, он бы предположил, что Элиасу Мюррею недолго осталось жить.
– Элиас, послушай меня. Ты должен увести отсюда всех этих людей, и побыстрее. Ты меня понимаешь?
Элиас уставился на него, словно не узнавая.
– Я… нет, не понимаю. Где Сэм? Ты видел, что с ним случилось? Где Вон?
– Элиас, пожалуйста, сделай точно так, как я тебе говорю. Сэма и Эрнста Вона больше нет. Ты никогда их больше не увидишь. Но еще ничего не закончилось. Я должен разрушить эту секцию Цитадели.
Элиас вытаращил глаза.
– Разрушить? Как, черт возьми, ты это сделаешь?
– Уведи их отсюда, Элиас. Сэм слишком многого хотел от каспериан. Я могу дать тебе совсем немного времени.
Для него самого время будто замедлилось: поворачиваясь бежать в комнату с возвышением, Тренчер увидел, как медленно раскрывается рот Элиаса, готовясь задать вопрос.
Кроме Элиаса, у которого искусство предвидения было крайне слабо, этой способностью, так гибельно подаренной человеческой расе, обладал только он, Тренчер. Значит, сейчас он должен убрать себя из вселенной.
Тренчер побежал к возвышению, к пустоте, открывшейся в его центре.
Темнота блеснула за отверстием. Тайны скрывались там, тайны, превосходящие его воображение. Тренчер упал в него… и падал вечно.
Ким
Она видела, как Тренчер побежал в комнату с возвышением – так быстро, что не проследить взглядом, вскочил на возвышение – и исчез. Элиас растерянно заморгал – только что Тренчер был, в следующий момент он исчез. Видно было, как с губ Элиаса рвутся уже ненужные вопросы, как исказилось его лицо болью полной потери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
