– Помогите, боги, – тихо молился Танис. – Я заберу тебя домой, сынок, и мы все начнем сначала. На этот раз все будет лучше. Обещаю.
Даламар стоял рядом с Танисом и тоже смотрел вверх.
– Интересно, знают ли они, что на их потолке сейчас видна черная луна? – усмехнулся темный эльф.
Такие в ужасе вгляделся в купол. Потом покачал головой:
– Это лишь выпало несколько кусочков мозаики. Только и всего.
Даламар косо посмотрел на Таниса. Темный эльф улыбался.
Танису стало неуютно, он оторвал взгляд от купола.
В лучах рассвета белые мраморные стены Башни светились красным огнем В огромной круглой комнате не было ничего, кроме кафедры, находящейся прямо под куполом. Эльфы еще не собрались, они подождут, пока солнце целиком поднимется над горизонтом. Танис и Даламар прибыли рано, путешествуя магическими коридорами – недолгий, но страшный путь, который запутал и сбил Таниса с толку.
Перед тем как покинуть Башню Высшего Волшебства, Даламар дал Танису кольцо, сработанное из кристально-чистого кварца.
– Надень его, друг, и никто тебя не увидит, – сказал он.
– Ты имеешь в виду, что я стану невидимкой? – спросил Танис, недоверчиво рассматривая кольцо и не трогая его.
Даламар надел кольцо Танису на указательный палец.
– Я имею в виду, что никто тебя не увидит, – повторил темный эльф.
– Кроме меня.
Танис не понял, а потом решил, что он и не хочет понимать. Неловко обращаясь со своей собственной рукой, не смея дотронуться до кольца из страха нарушить заклинание, Танис нетерпеливо ждал начала церемонии. Чем раньше начнется, тем раньше кончится, и они с Гилом будут дома, в безопасности.
Через маленькие окна лился яркий солнечный свет, отражаясь в настенных зеркалах. В Башне начали собираться Главы Семей. Несколько эльфов подошли почти вплотную к Танису и встали прямо перед ним. Танис ждал, что его заметят, но хотя эльфы проходили совсем близко от него, никто его не заметил. Расслабившись, Полуэльф взглянул на Даламара. Танис видел его, и темный эльф видел Таниса, но никто из собравшихся их не видел: магия действовала.
Танис рассматривал сходившийся народ. К нему наклонился Даламар и тихо спросил:
– Здесь ли твой сын?
Танис покачал головой. Он старался внушить себе, что все хорошо, что еще слишком рано и Гил, вероятно, войдет вместе с Талас-Энтией.
– Вспомни наш план, – неизвестно зачем сказал Даламар, ведь Танис и так думал только об этом плане во время долгой бессонной ночи. – Чтобы перенести его с помощью магии, я должен установить с ним физический контакт. Это значит, что мы должны стать видимыми. Он будет встревожен и может попытаться вырваться. И ты должен успокоить его. Действовать надо быстро. Если нас заметят эльфийские Белые Мантии...
– Не волнуйся, – нетерпеливо бросил Танис, – я знаю, что делать.
Круглая комната быстро заполнялась народом. Воздух был пропитан возбуждением и волнением. Слухи распространяются быстрее сорняков. Танис несколько раз слышал, что говорят о Портиосе – скорее со скорбью, чем со злостью. Но каждый раз, когда разговоры заходили об Эльхане, ее имя было сопряжено с проклятиями. Оказалось, что Портиос стал жертвой обольстительной эльфийки-сильванести. Старшие эльфы, стоявшие рядом с Танисом, несколько раз произнесли слово «ведьма».
Танис беспокойно шевельнулся: держать себя в руках оказалось очень сложно. Он бы все отдал за то, чтобы стукнуть эти головы и вбить хоть чуть-чуть разума в этих ограниченных старых дураков.
– Полегче, дружище, – шепотом предупредил его Даламар, положив руку на плечо Полуэльфу. – Не надо обнаруживать нас.
Танис сжал зубы и постарался успокоиться. С другой стороны послышался ропот. Несколько молодых эльфов, ставших Главами Семей после безвременной кончины родителей, громко возражали старшим.
– Ветер перемен несет новые идеи, новые мысли. Мы, эльфы, должны открыть окна, проветрить наши дома, освободиться от избитых истин и застойных взглядов, – говорила молодая эльфийка.
Танис мысленно аплодировал этим молодым эльфам. Но, к сожалению, их было так немного, что их голоса тонули в возмущенных возгласах старших.
Зазвучал серебряный колокол. Над собранием повисла тишина. Входили члены Талас-Энтии. Эльфы уважительно расступались перед сенаторами.
Облаченные в парадные мантии, они встали вокруг кафедры.
Танис взглядом искал Гила, но не нашел его.
Маг в белой мантии, член Талас-Энтии, вскинула голову. Подняв брови, она настороженно осмотрелась.
Даламар выругался и дернул Таниса за рукав:
– Остерегайся этой чародейки, дружище. Она чувствует, что что-то не так.
– Она видит тебя? Нас? – встревожился Танис.
– Нет, пока что нет. Но для нее я как дурной запашок, – усмехнулся Даламар, – впрочем, как и она для меня.
Белая Мантия все еще изучала собравшихся, когда серебряный колокол ударил четыре раза. Все эльфы вытягивали шеи, маленькие вставали на носочки, стараясь выглянуть из-за плеч и голов своих более высоких собратьев. Все глаза остановились на маленькой нише, примыкающей к центральной палате, и Танис внезапно вспомнил эту нишу. В той комнате Танис с друзьями ждали своего часа предстать перед старым Солостараном, Беседующим-с-Солнцами, отцом Лораны, чьим приемным сыном был сам Танис.
Сердце Таниса болезненно сжалось: он знал, что в той нише сейчас его сын.
Гилтас вошел в зал.
Танис забыл страх.
Больше не было маленького мальчика, который убежал из дома. Танис видел молодого человека с серьезным и торжественным лицом, и этот молодой человек стоял гордо выпрямившись, с чувством собственного достоинства, облаченный в желтые мерцающие одежды Беседующего.
Эльфы перешептывались между собой. Они были, очевидно, поражены.
И Танис был поражен. Все в его сыне говорило, что он – король.
Гилтас вступил в луч солнечного света. Любящий отцовский взгляд уловил едва заметную дрожь крепко сжатых челюстей молодого человека, бледность его лица, преднамеренно ничего не выражающего. Рашас и чародейка в белой мантии одновременно двинулись, чтобы встать с обеих сторон от Гила.
– Это Гилтас. Давай начнем. – Положив ладонь на рукоять меча, Танис двинулся вперед. Даламар поймал его за одежду и оттащил назад.
– Что еще? – зло обернулся Танис и увидел выражение лица темного эльфа. – Что не так?
– На нем солнечный медальон, – сказал Даламар.
– Что? Где? Я не вижу его.
– Он спрятан под одеждой.
– И что из этого? – Танис не понимал, в чем дело.
– Это святой медальон, освященный Паладайном. Сила медальона защищает его от таких, как я. Я не смею прикоснуться к нему.
Темный эльф подвинулся поближе к Танису и зашептал ему на ухо:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
