— Я нашла её тут же как специально, — пояснила она. — Вот сразу и осенило… А теперь садитесь все здесь так, чтобы была видна бесконечная дорожка из свечей… Вот так…
Рассадив всех так как было ей задумано, Ксения притушила основной свет и уселась в первом ряду. Остальные уставились в зеркало перед ними.
— И что? — спустя некоторое время, не понимая сути происходящего, спросил Борис. — Так и будем сидеть и тупо смотреть на свои рожи?
— Все внимательно смотрите в зеркало и думайте о будущем… — шёпотом ответила Ксения. — Думайте о том, что хотели бы узнать и оно вам покажет ответ…
В течении минут трёх все молчаливо смотрели в зеркало перед собой. Кто о чём думал в эти минуты остаётся лишь догадываться, но очевидным для всех стал факт увиденного всеми видения, что показало им затем зеркало…
Вдалеке открылась дверь, из которой исходил яркий свет. В проёме двери показался чей-то силуэт. Судя по всему, некто шёл навстречу смотрящим. Свет, исходивший из открытой двери по ту сторону, выстилал своеобразную дорожку, по которой и шагал незнакомей. Уже были видны очертания длинного развевающегося плаща и широкополой шляпы, когда вдруг все начали вздрагивать, словно ужаленные или ударившиеся током.
— О, нет! — завопила Лупанова.
— Как больно! — вторила ей Луиза.
Так продолжалось до тех пор пока в зеркале таинственный незнакомей не предстал во всей красе. Это был высокий пожилой мужчина, седой как лунь и с лицом, обезображенным шрамами и глубокими морщинами. Тяжёлые сапоги были в грязи, а по длинному кожаному плащу и широким полям его шляпы стекали капли дождя. Только сейчас все заметили, что за окном сильный ливень. Незнакомец из Зазеркалья остановился и внимательно вглядывался в лицо каждого из присутствующих. Все замерли, не в силах двинуться с места или издать хотя бы звук. Наконец, незнакомец ухмыльнулся и молвил каким-то замогильным голосом:
— Будущее вы уже увидели. Теперь следуйте за мной.
С этими словами, он развернулся и двинулся обратно, в сторону открытой двери вдалеке. Все собравшиеся поднялись на ноги и послушно, будто под гипнозом, направились вслед за ним, один за другим. Никого не смущало, что ступали они сквозь гладь зеркала и уходили по невидимому тёмному коридору вдаль Зазеркалья. Впереди всех шла Мария. Почему она, а не кто-либо другой — известно это было наверное только таинственному незнакомцу. А может в этом и не было никакого тайного умысла. Но когда в зеркало вошёл последний — Дениска Кимь — лишь одинокая чёрная свеча взирала на происходящее из внешнего мира реальности. Стоило всем войти в дверь, излучающую яркий не слепящий свет, как она тотчас захлопнулась, а свеча погасла, словно затушенная кем-то невидимым из Зазеркалья. В полумраке опустевшей комнаты, два больших зеркала молчаливо смотрели друг на друга…
31
Артём потерял счёт времени, теряясь в догадках сколько они со Стасом брели по лесу, пытаясь найти хоть какие-то признаки жизни. Вначале было решено отправиться в ту сторону, где по идее должна была остаться машина. Но ни дороги, ни тем более машины не было нигде и в помине. Поле окружал только дремучий лес, по которому они и плутали уже долгое время. Ситуация осложнялась ещё тем, что странные раны Стаса не позволяли ему передвигаться самостоятельно и Артёму приходилось помогать ему идти, поддерживая и всячески подбадривая.
— Ничего, старик, — говорил он время от времени, — уже скоро… Скоро выберемся отсюда.
— Когда ж это самое скоро-то наступит?
— Скоро… В конце концов, вокруг деревни должны быть, цивилизация хоть какая-то… Куда-нибудь да выйдем.
— Не могу я больше! — в отчаянии взвыл Стас. — Пить хочу! Болит всё!.. Руки…
— Что с руками?
— Горят… Жгут ужасно… Помру я, Тёмка!
— Ты это… не дури! Вот ведь разнылся опять. Я ведь тоже не герой, а потому такие мысли отгоняю. Позволишь им овладеть тобой и пиши пропало.
Вдруг над лесом раздался странный гнетущий гул. Он был не столько громким, сколько своими низкими басами буквально давил и прижимал к земле. Артём и Стас остановились, огляделись.
— Что это? — дыхание Стаса участилось от тревоги. — Будто и сверху, и снизу, и со всех сторон…
— Не знаю, — тихо ответил Артём. — Давай присядем на минутку…
Они расположились под старым деревом. То ли гул так подействовал на Стаса, то ли он сдался, но с этого момента им овладела паника, переходящая в истерику.
— Боже! — взмолился он. — Мы тут умрём!
— Прекрати, Стас!.. Мне тоже хреново и пить ужасно хочется…
— Пить… Ты же не ранен и у тебя ничего не болит… Легко тебе бравировать передо мной…
— Я вовсе не бравирую…
— Я ведь изранен! У меня всё тело горит и ноет от боли!
— Я понимаю, но я не знаю как тебе сейчас помочь, Стас… Прости. Потерпи.
— Терпеть?! — негодующе взревел Валидин. — Ничего ты не понимаешь! Это всё Ольга!.. Дура!
— Она-то при чём?!
— Вместе со своей мамашей чёртовой! Приспичило им на дачу!..
— Стас, перестань…
— А-а, жжёт!
Стас попытался схватить одной своей рукой другу, но с ужасом увидел, что странные раны начали пульсировать, а через них прорастало нечто, похожее на когти. Лицо Стаса исказил самый настоящий первобытный ужас.
— С-с-смотри! — заикаясь заорал он, протягивая свои руки Артёму. — Что это за дрянь?! Всё! Это конец! Твари искусали меня и напичкали своими личинками!..
— Мясные мухи? — высказал предположение Артём, остолбенев от увиденного. — Не похоже… И так быстро…
— А-а! — Стас весь содрогнулся в конвульсиях от боли, а его пальцы на руках скрутило один вокруг другого. — Сделай же что-нибудь скорей!
— Что?! — Артём в отчаянии вскочил на ноги. — Что сделать?!
— Сделай же, сволочь! Почему я один страдаю, а ты нет?
— Я не знаю, Стас! — от беспомощности Артём готов был разрыдаться. — Я не знаю как помочь!..
— Чтоб тебя! — с ненавистью бросил Стас, глядя на Артёма и в эту секунду его тело вновь изогнулось в страшных конвульсиях, вызвав нечеловеческий вопль страдальца.
Из глубины леса послышались странные зловещие звуки. Словно кто-то гремел цепями и хлестал плетьми. Гул не стихал, лишь нагнетая и без того ужасную атмосферу безысходности. Стас ещё несколько раз вскрикнул в муках и затих, потеряв сознание. Артём принялся трясти его, пытаясь привести в чувства. И только тут он заметил какие метаморфозы произошли со Стасом. Скрученные пальцы на руках превратились в два больших когтя. Из каждой же раны также произрастали такие же когти, но значительно меньшего размера. Своими закрученными книзу концами они впивались обратно в тело, вызывая кровотечения. Лицо же Стаса приобрело мертвецки бледный цвет. Глаза впали, образовав тёмные круги вокруг себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
