– Да нет!… – смущенно возразил Омарыч. – Просто он мой вызов начертил… Ну вот я и… того. А тут как раз этот длинный стоит… Ну, значит, с ним и надо… того… разобраться… Вот я и… того… пошел…
– Слушай, ты, Омарыч, – угрожающе надвинулся на рослого монстра невысокий по сравнению с ним Эстубал. – Вот его, – он ткнул огненным пальцем в мою сторону, – надо звать Серый Магистр! А если обращаешься непосредственно к нему, говори – повелитель! Если ты это не усек, мы тебе щас клешни-то поотрываем и с пивом употребим! Прямо сырыми!
– С пивом – это хорошо, – поддержал товарища второй демон. – Только пиво надо вскипятить!
– Ну чего сразу клешни, клешни?! – заныл было Омарыч, а потом неожиданно предложил: – А может, действительно пойдем рванем по пиву?! Ну их, этих магов с ихними разборками! Сами стрелку друг другу забивают, а посылают нас!
– Посылают вас! – авторитетно поправил его Эстубал. – Мы на службе!
– Но и на службе пиво не вредит! – гнул свою линию второй демон.
– Так пойдем! Я угощаю!… – Омарыч радушно развел в стороны свои огромные клешни.
Эстубал оглянулся и посмотрел на меня. Я еле заметно кивнул.
Демоны обняли монстра с двух сторон, тот положил им на плечи свои клешни, и эта чудная троица, развернувшись, побрела по пустыне прочь от башни, загребая раскаленный песок ногами и горланя какую-то студенческую песню на старофранцузском. Когда они отошли шагов на тридцать, их фигуры стали размываться в горячих струях поднимающегося воздуха, а потом и вовсе растворились. Только залихватская песня звучала еще несколько секунд, удаляясь и становясь все менее разборчивой.
А когда песенное трио окончательно стихло, с башни раздался голос карлика Якоби:
– Эй, Серый Магистр, давай ко мне, я тебя не трону…
Я усмехнулся и вместо того, чтобы подниматься по воздуху, снова ступил на Серую тропу. Ведь теперь я точно знал, куда направляюсь.
Карлик ждал меня гордо выпрямившись и опершись на выщербленный башенный зубец. Однако когда я неожиданно появился прямо перед ним, он слегка растерялся. Тем не менее, крякнув, он грозно спросил:
– Ну! Какое у тебя ко мне дело!
Я приветливо улыбнулся и ответил:
– Я разыскиваю меч и парный ему кинжал. Меч светлый, серебристый, кинжал темный. Оба клинка имеют надписи и, кроме того, обладают магией… Так вот, мои друзья сказали, что у тебя может быть такое оружие…
Он бросил на меня подозрительный взгляд и проворчал:
– Чего ж сразу не сказал?… Обзываться начал?…
– Да уж очень меня твоя встреча расстроила…
– Ха! Встреча его расстроила!… Посмотрите какой нежный!… Ты ж – Серый Магистр, как я слышал!… Значит, башку на месте должен иметь?… Что ж тебя такие мелочи расстраивают?! Ну погорячился я… Подумаешь! Ты себе представить не можешь, как мне эти… туристы досаждают! Ведь десяти лет не проходит, чтобы кто-нибудь не заявился. И обязательно сразу драться начинают! Нет поговорить сначала, хотя бы «здрасьте» сказать, так ведь нет! Прям с ходу начинают шаманить!…
– Слушай! – перебил я его, внезапно сообразив, что вот так болтать он сможет часами. – Ты мне лучше ответь – есть у тебя оружие?
Якоби замолчал, словно его язык споткнулся о мой вопрос, а потом снова заворчал:
– Вот так всегда! Нет – поговорить с человеком, дать ему излить наболевшее, посочувствовать! Так нет! Подай мне требуемое, а потом хоть подохни – мне до тебя дела нет, раз мое дело решено! Только до своего дела каждому дело есть! А разве это дело?!
Он строго уставился на меня, а у меня его «деловые» рассуждения уже вызвали легкое головокружение. Очевидно, поняв по моему виду, что еще одну его тираду я просто не выдержу, он коротко мотнул головой и угрюмо бросил:
– Пшли!…
Затем карлик смешно топнул ногой, так что колокольчик на его башмаке возмущенно звякнул. В тот же момент одна из плит в дальнем конце площадки откинулась и открыла прямоугольное отверстие, ведущее внутрь башни.
Якоби повернулся и молча направился к отверстию. Я последовал за ним.
Как только моя голова опустилась чуть ниже уровня каменного пола верхней площадки башни, откинутая плита подпрыгнула, словно подпружиненная, и, перевернувшись, закрыла входное отверстие. В тот же момент на круглой внутренней стене башни, по которой сбегала винтовая лестница, звонко фыркнув, вспыхнул яркий бездымный факел, осветив несколько десятков ступенек. Малорослый хозяин башни не торопясь переступал со ступеньки на ступеньку, и мне приходилось также сдерживать шаг, чтобы, не дай бог, не наступить на пятку маленькому гордецу. Едва мы достигли нижней границы освещенного пространства, как с фырканьем зажегся следующий факел, расположенный ниже, а верхний тихо угас. Мы снова шагали в освещенном пространстве.
Таким образом мы миновали пять факелов, и мне пришла в голову мысль, что мы, пожалуй, находимся уже под землей. В этот момент маленький маг, не поворачиваясь, угрюмо поинтересовался:
– Есть хочешь?…
– Ну, вообще-то я не завтракал, – немного неуверенно проговорил я.
– Значит, хочешь, – удовлетворенно проворчал Якоби. – Так может, сначала пообедаем, а потом уже смотреть железо пойдем? У меня от всех этих колдовских штучек такой аппетит разыгрался…
– Заманчивое предложение… – задумчиво ответил я, – только вот я привык сначала дело делать, а уже потом…
– Так разве ж обед – не дело?! – запальчиво перебил меня карлик. – Разве ж есть что-нибудь делей этого дела?! И вообще, когда тебя приглашает полный маг лерд Якоби, отказываться или кочевряжиться просто неприлично!… – Он оглянулся и сурово посмотрел на меня.
– Хорошо! – сдался я. – Только обед должен быть легким…
– Ты не мой повар, чтобы я с тобой меню обсуждал! – отрезал хозяин. – Чего на стол поставлю – то и сожрешь!
В этот момент лестница кончилась. С площадки, на которой мы оказались, расходилось три коридора, больше похожих своими облупленными низкими кирпичными сводами на древние подземные ходы.
Лерд Якоби нырнул в один из ходов, на мое счастье оказавшийся достаточно коротким, поскольку идти по этому ходу мне пришлось согнувшись в три погибели. Когда я добрался до распахнутой двери, своим видом напоминавшей о застенках суздальских монастырей, хозяин этих хором уже пересек находившийся за дверью огромный сводчатый зал и суетился в дальнем его углу.
Я шагнул через порог и огляделся. Предназначение этого помещения мне было совершенно непонятно, во всяком случае, столовой залой оно служить никак не могло, поскольку прямо посредине, от двери к дальней стене, выстроились три массивные колонны, на которые опирался высокий сводчатый потолок. Разделенный таким образом на две половины зал был, кроме того, плохо оштукатурен и аляповато расписан блеклыми красками. Но в одном из его пределов, ближе к дальней стене, стоял довольно большой стол, накрытый чистой красной скатертью. Именно на этот стол хозяин выставлял кастрюльки, судки, тарелки и тарелочки с разными закусками и готовками. Некоторые из выставляемых емкостей вкусно попахивали, некоторые были явно заморожены. Попадались среди разнокалиберных посудин и кувшины, в которых что-то призывно плескалось, и бутылки, покрытые пылью и облепленные старой паутиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
