Читаем без скачивания Водопад - Иэн Рэнкин

То, что она говорила, было очень похоже на правду, но Ребусу не хотелось это признать.

— Как вообще дела? — спросил он.

Выпустив пар, Джилл заметно успокоилась.

— Пресс-отдел в лице Гранта канифолит мозги журналюгам, а я ему помогаю. В общем, все понемногу приходит в норму.

Ребус и так знал, что Джилл, скорее всего, не бросит Гранта одного — особенно сейчас, когда остальные газеты, а также радио и телевидение бросились в погоню за опередившим всех Холли.

— Ну а ты как?… — спросила она.

— Что — я?

— Что ты собираешься делать дальше?

— Честно говоря, я об этом еще не думал.

— Понятно.

— Не хочу тебя задерживать, Джилл, — сказал Ребус. — У тебя, наверное, и без меня полно дел. Спасибо, что позвонила.

— Пока, Джон.

Не успел Ребус положить трубку, как телефон снова зазвонил. Это был Грант.

— Я просто хотел поблагодарить вас, сэр, за то, что вы взяли вину на себя и отвели от нас подозрения.

— Тебя никто не подозревал, Грант.

— Это вы так думаете, Джон, на самом же деле…

— Я слышал, у тебя сейчас много работы?

— Но откуда вы?… А-а, понимаю, вам звонила старший суперинтендант Темплер?

— Да, звонила. Скажи: Джилл правда тебе только помогает, или она взяла все в свои руки?

— Сейчас трудно сказать, но…

— Она, случайно, не с тобой?

— Нет, суперинтендант Темплер сейчас у себя. Знаете, после того разговора с Карсвеллом она… У нее будто гора с плеч свалилась. Готов спорить — никто из нас не испытал такого облегчения, как Джилл.

— Это потому, что она могла потерять больше всех нас, вместе взятых. Сейчас ты, наверное, этого еще не понимаешь, но это действительно так.

— Думаю, что вы правы, — согласился Грант, но по его голосу Ребус понял — он далеко не уверен, что в сложившейся ситуации вопрос о том, удастся ли ему сохранить свое место, не является основным.

— Ладно, Грант, не буду тебя отрывать. И спасибо за звонок.

— До встречи, Джон, увидимся… Не волнуйтесь, все как-нибудь обойдется.

— Кто знает, может быть, мне еще повезло.

Ребус положил трубку и некоторое время сидел, вопросительно глядя на аппарат, но никто не звонил. Тогда он отправился на кухню, чтобы заварить чашку чаю, но обнаружил, что у него кончились и заварка, и молоко. Даже не надев пиджака, Ребус спустился в ближайшую закусочную и купил там кроме чая и молока кусок ветчины, несколько свежих булок и горчицу. Когда он снова подошел к своему подъезду, то увидел человека, который изо всех сил давил на звонок его квартиры, приговаривая:

— Ну, давай, открывай! Я же знаю, что ты дома!..

— А вот и нет!.. Привет, Шивон.

Она резко повернулась к нему.

— Господи, Джон, как же ты меня напугал!.. — Она подняла руку к груди.

Ребус отпер замок.

— Извини, я не хотел к тебе подкрадываться… может быть, ты решила, что я перерезал себе вены ли повесился на галстуке? — Он открыл и придержал перед ней дверь.

— Что?… Да пошел ты к черту, Джон, вечно ты выдумываешь всякие глупости! Клянусь, ни о чем таком я не думала! — воскликнула Шивон, но Ребус заметил, что она покраснела.

— Ладно, чтобы ты впредь не беспокоилась, я скажу… Если я когда-нибудь и покончу с собой, то только помощью большого количества виски и каких-нибудь таблеток, — сказал Ребус. — Кстати, под «большим количеством» я имею в виду двух-трехдневный запой, так что время сообразить, что к чему, у тебя будет.

Он первым поднялся наверх и открыл дверь своей квартиры.

— И вообще, сегодня тебе вдвойне повезло, — добавил он. — Я не только не умер, но и могу угостить тебя чаем, булками и ветчиной с горчицей.

— Мне только чаю, — откликнулась Шивон, начиная понемногу успокаиваться. — Послушай, что ты делал со своей квартирой? Она выглядит… просто великолепно!

— Я и сам боюсь, что, того и гляди, раздумаю ее продавать.

— Значит, ты все-таки решил?…

— Да. Объявление появится в каталоге на будущей неделе, так что не теряй времени — любуйся, пока можно.

Шивон зашла в спальню и огляделась.

— Надо же, выключатель с регулятором! — воскликнула она и, включив свет, покрутила реостат, делая лампу то ярче, то темнее. Ребус тем временем прошел на кухню, поставил чайник и отыскал в буфете две чистые кружки. На одной из них было написано «Лучший в мире дед». Кружка явно была не его — очевидно, ее забыл кто-то из ремонтников. Ребус решил, что Шивон будет пить чай из нее; себе он взял кружку с маками и выщербленным краем.

— Ты не покрасил гостиную, — сказала Шивон, ходя в кухню. — Почему?

— Потому что ее красили сравнительно недавно, — ответил Ребус.

Шивон кивнула. Ребус что-то недоговаривал, но она не собиралась настаивать.

— Как дела у вас с Грантом? — спросил он.

— Никак.

— Вы что, поссорились?

— Мы не ссорились. Просто между нами никогда ничего не было, вот и все.

Ребус достал из холодильника молоко.

— Будь осторожна, иначе у тебя может появиться вполне определенная репутация.

— Что ты имеешь в виду?

— Неподходящих мужчин. Например, один из них все сегодняшнее утро кидал на меня просто убийственные взгляды.

— Ах, вот ты о ком… О Линфорде?! — Шивон задумалась. — Правда, он выглядел ужасно?

— По-моему, он всегда выглядит так, что на него лучше не смотреть. — Ребус опустил заварочные пакетики в кипяток. — Итак, ты приехала, чтобы проверить, все ли со мной в порядке, или поблагодарить за то, что я добровольно подставил шею под топор?

— Скорее, не шею, а задницу… — Шивон хихикнула, но тут же снова стала серьезной. — Нет, Джон, за это я тебя благодарить не буду. Ты сам прекрасно знаешь, что тебе следовало промолчать. Это твое признание выглядело как самая настоящая глупость. Ты оговорил себя только потому, что…

Она не договорила.

— Ну?… — подбодрил ее Ребус.

— …Потому что у тебя был какой-то план.

— Да ничего особенного у меня не было… То есть никакого плана.

— Тогда почему ты так поступил?

— Мне показалось, что так будет проще и быстрее. Возможно, если бы я дал себе труд немного подумать, я бы и промолчал… — Ребус добавил в чай молоко, воду и протянул кружку Шивон. Она взяла ее в руки и посмотрела на плававший в чае заварной пакетик.

— Помешай немного; когда будет достаточно крепко — вынешь, — посоветовал Ребус.

— По-моему, уже хорошо.

— Ты точно не будешь ветчину и все остальное?

Она покачала головой.

— Нет, не буду. Но ты поешь, если хочешь.

— Гм-м, может быть, позже, — сказал Ребус, жестом приглашая ее в гостиную. — На базе все спокойно?

— Можешь думать о Карсвелле все, что угодно, но заставить людей работать он умеет — этого у него не отнимешь. Кстати, многие считают, что именно его страстная речь заставила тебя почувствовать свою вину и признаться.

— И теперь они трудятся не покладая рук, спин или что там у них есть?… — сказал Ребус и, дождавшись кивка Шивон, добавил: — Вот уж воистину компания счастливых садовников, сумевших избавиться от досаждавших им вредных кротов!

Шивон фыркнула.

— На мой взгляд, с кротами Карсвелл хватил через край. Впрочем, его дело… — Она отпила чаю и огляделась по сторонам. — И где ты намерен жить после того, как продашь свои хоромы?

— У тебя, кажется, была свободная комната?

— Смотря на сколько времени, Джон.

— Я шучу, Шивон. Ничего со мной не случится… — Ребус тоже глотнул чаю. — Итак, что же все-таки привело тебя ко мне?

— Ты имеешь в виду — помимо вполне естественного желания узнать, перерезал ты себе вены или повесился на галстуке?

Ребус кивнул:

— Да. Я чувствую, что это была не единственная причина.

Шивон наклонилась, чтобы поставить чашку на пол.

— Я получила новое послание.

— От Сфинкса? — Она кивнула. — И что он пишет?

Шивон достала из кармана несколько сложенных листов бумаги, развернула и протянула Ребусу. Пальцы их на мгновение встретились.

На первом листе был напечатан мейл Шивон:

«Все еще жду вопрос к „Констриктору“».

— Я отправила это сегодня утром, — объяснила она. — Думала, может, он не читал эту статью…

Ребус посмотрел на второй мейл. Он был от Сфинкса.

«Ты очень меня разочаровала, Шивон. Пожалуй, сейчас мне лучше лечь на дно».

«Не верь всему, что пишут в газетах. Я готова продолжать», — ответила Шивон.

«Чтобы потом рассказать все своим начальникам?»

«На этот раз нас будет только двое, обещаю».

«Я сомневаюсь, что тебе можно верить, Шивон».

«Было время, когда мне приходилось верить на слово тебе. Кроме того, тебе известно, где меня найти, а мне — нет. Я по-прежнему ничего о тебе не знаю».

— После этого послания мне пришлось долго ждать, — сказала Шивон. — Ответ пришел… — она сверилась с часами, — минут сорок назад.