слишком близко к столу. Виконт заговорил, обращаясь не столько к Джессике, сколько к ним.
– Устраивайтесь, привыкайте к моей планете, к моему замку. Чувствуйте себя свободно, ваши передвижения никак не ограничены – у меня нет тайн.
Он поставил бокал на стол и провел пальцем по губам, глубоко погрузившись в мысли.
– Просто не ведите себя, как ваша предшественница.
Ей требовалось найти способ преодолеть дурное наследие отношений между виконтом и наложницей его отца.
– Вы не приняли Зоанну, значит, у меня нет предшественницы. Я первая наложница, представленная вам Орденом, виконт Джандро Тулл. Надеюсь, вы честно дадите мне шанс.
Он рассмеялся.
– Вы быстро думаете, и мне это нравится. Но вы не моя наложница, и не думайте, что вам удастся легко меня соблазнить. – Он снова улыбнулся. – Да, это будет нелегко.
Джессика продолжила:
– Давайте посчитаем это разрядкой напряжения. Я высоко ценю ваше гостеприимство и хочу лучше узнать и вас, и ваш мир.
Джандро Тулл явно почувствовал облегчение; пожалуй, даже удовольствие.
– Мы достигли взаимопонимания, предлагаю считать это своего рода перемирием.
Он протянул бокал, и они чокнулись.
Отпивая вино, Джессика думала о своем дорогом Лето.
* * *
Если мы сможем преодолеть страх и признать общность наших целей, то станем непобедимыми.
Якссон Ару, обращение к Союзу Благородных
Тупайл – суровая планета с дымным красноватым небом и неутихающей сейсмической активностью. Но, несмотря на это, ур-директор КАНИКТ Малина Ару отлично себя здесь чувствовала. Энергия и хаос являлись бодрящей комбинацией. Тупайл был ее домом, одной из скрытых планет, которые не значились на картах Гильдии и служили убежищами для руководителей КАНИКТ и многих изгнанников за долгую историю.
Она сидела на веранде, расслабившись, несмотря на постоянную работу мысли. Здесь ей лучше думалось, а подумать нашлось о чем.
Хар и Кар, довольные жизнью, сидели по обе стороны от кресла, как всегда, настороже, как всегда, готовые защитить ее. При любой возможности они путешествовали вместе с хозяйкой, но предпочитали быть дома. Иногда Малине хотелось вести такую же жизнь, как ее псы, – простую и понятную. Она погладила собак. Звери заурчали, показывая страшные клыки, но Малина не испугалась.
Она страшно разочаровалась, узнав от шпионов, что щенки, направленные на Гайеди Прим, набросились на молодого Феда-Рауту Харконнена и погибли. Малина жалела животных, а не Фейда, она решила, что не станет устраивать создание еще одной пары зверей для него.
Малина смотрела на красноватое небо и видела линии дыма, которые, как темные пальцы, расплывались в атмосфере. Значительную часть неба занимала огромная луна, на поверхности которой различались ущелья и кратеры. Днем она росла, а это усиливало сотрясения пород планеты, но гидравлические стабилизаторы в фундаменте жилища Малины гасили толчки, они едва ощущались. Однако она не могла отделаться от ощущения, что луна может в любой момент обрушиться на голову… как и ее намерения сокрушить Империю Коррино.
Тщательно разработанные четкие планы Союза Благородных дали крен в сторону насилия, подстегиваемого провокациями ее сына. Недавняя атака Якссона на императорский дворец выглядела тупой и неуклюжей, она прозвучала таким же диссонансом, как удар литавр посередине скрипичной сонаты. Взрыв корабля с сокровищами и смерть невинных должны были вызвать всеобщее отвращение и возмущение, но с другой стороны, акция пролила яркий свет на воровство Коррино, похитившего все эти несметные богатства у других благородных семей. Даже при таком числе погибших потеря неправедно нажитых денег, несомненно, мало что значила для Шаддама с точки зрения финансов, если не считать смущения. Очень немногие испытывали хотя бы минимальное сочувствие Императору, несмотря даже на то, что он неубедительно настаивал, что собирался сделать щедрый жест – раздать богатство подданным.
Хотя Малину и потрясло содеянное сыном, она понимала, что другие члены Союза Благородных отнюдь не испытывали того же чувства, и Малина Ару начала прислушиваться к ним. Она видела, что уже не получится выдерживать прежний курс постепенных ненасильственных действий.
Хар и Кар, словно связанные невидимой психической связью, одновременно подняли острые уши и повернули головы в одну сторону. Животные встали, из их грудей вырвалось низкое угрожающее рычание. Горящие свирепым огнем глаза устремились на большой дом.
Малина встревожилась. Почти никто не знал, как найти ее на Тупайле, и еще меньше могли получить доступ в ее дом. Чтобы пересчитать людей, способных воспользоваться секретными маршрутами Космической Гильдии, хватало пальцев одной руки.
Она поднялась с кресла, чувствуя, как участился пульс. Верные остистые псы не отходили от нее, готовые напасть на любого пришельца… хотя убийца, сумевший проникнуть в святая святых Малины Ару, наверняка мог нейтрализовать ее псов.
Ур-директор КАНИКТ не собиралась уклоняться от встречи. Она отважно пошла навстречу неизвестности. Хар и Кар трусили впереди.
– Показать!
Собаки прошли по анфиладе обширных залов и повели хозяйку к лестницам, ведущим в открытое фойе.
Там ее ждал человек, смотрящий, как она спускается по лестнице.
Перед Малиной Ару предстал призрак. Ее муж Брондон умер много лет назад, а видела она его в последний раз намного раньше. Он удалился на планету Оторио и коротал дни в родовом имении; его обязанностью стало воспитание младшего сына, но он проявил полное небрежение этим поручением, потому что взгляды Якссона год от года становились все радикальнее.
Малина никогда не испытывала к супругу не то что любви, но даже симпатии, но сейчас, увидев этого человека у себя дома, она ощутила холод в груди. Невольно она прошептала, даже скорее едва слышно выдохнула его имя.
Незнакомец продолжал ждать, и она поняла, что это не Брондон, во всяком случае, не совсем он. Лицо выглядело похожим, но другим. Может, это его брат? Но нет, Брондон не имел ни братьев, ни сестер. Это самозванец? Удачно замаскировавшийся? Но с какой целью?
– Кто вы? – спросила она.
Хар и Кар бегом спустились по ступеням лестницы, и Малина подумала, что сейчас они разорвут незваного гостя на части. Но вместо этого случилось невероятное: человек протянул руку и погладил псов по головам, осторожно, чтобы не уколоться об ости.
– Думаю, это превосходное доказательство филигранной работы тлейлаксу. Я думал, что уж родная мать точно меня узнает.
Малина оцепенела, застыла на месте, внимательно всматриваясь. Да, теперь в лице незнакомца проступили родные исходные черты, прикрытые чертами Брондона.
– Якссон? Что ты с собой сделал?
– Эта методика называется лицевым клонированием. Превосходная маскировка, к тому же она оживляет образ отца. Ты недовольна?
Малина мгновенно оценила ситуацию. Она спустилась по лестнице и встала перед сыном, внимательно его разглядывая. Остистые собаки спокойно сидели, глядя на Якссона, который когда-то жил здесь. Малина поджала губы и кивнула.
– Надежный камуфляж, но может ли он обмануть сканирующие лица устройства?
Якссон улыбнулся, восприняв эти слова как высочайшую похвалу.
– У тебя стали более утонченными черты лица.
– Я сделал то, что посчитал наиболее эффективным, мама. Нам предстоит долгий разговор, потому что события
