находилось в распоряжении наследников. Оно написано позднее хроники, и поэтому ни в ней, ни в романе «Повелители времени» не говорится о том, что случилось с Йеннего. О существовании этого письма не знали ни потомки Нограро, ни другие семьи.
– Значит, Йеннего погиб в результате несчастного случая, – прошептал я. – Если б только Оннека все рассказала, от скольких страданий она бы всех избавила!
Яго молча кивнул и аккуратно убрал пергамент.
– Есть еще кое-что, чем мы хотим с тобой поделиться. Давайте прогуляемся по Средневековому кварталу. Я давно не бродил по этим улицам после снегопада.
Я посмотрел время на экране телефона.
– Ладно. Дедушка играет с Дебой в парке Эчанобе, и мне скоро нужно сходить за ними.
– Мы хотели бы с ним поздороваться. Я очень рад, что его старое сердце по-прежнему бьется, – кивнул Яго.
Мы вышли на улицу и втроем направились к площади Мачете.
– Ты сказал, что, согласно тестам ДНК, являешься потомком канцлера Педро Лопеса де Айялы, – начал Гектор. – Думаем, тебе полезно узнать кое-что важное относительно его наследия здесь, в Витории. Нограро были одной из враждующих семей во время борьбы между кланами Айяла и Кальеха. Жаль, что на этих улицах не осталось ничего от Айяла, учитывая, сколько они сделали для города… Например, вон то здание.
Они привели меня на самый верх лестницы Сан-Бартоломе.
– Здесь находились Южные ворота. Через них в город попадали все, кто прибывал из Кастилии. Видишь неровный участок стены? – Гектор указал на вход во дворец Вилья-Сусо. – Этим камням больше тысячи лет. Они являются частью самых ранних укреплений, возведенных первым графом доном Велой, предком Дьяго Велы. Эта семья всегда защищала город. Еще в седьмом веке они построили кузницу в том месте, которое сегодня известно как Старый собор. А сами жили в длинном доме, предназначенном для правителей. Именно они заложили колодец, кладбище и резные надгробия, недавно обнаруженные археологами.
Братья попросили меня обернуться и посмотреть на здание напротив, где сейчас располагалась городская социальная служба.
– На этом месте был возведен дворец Айяла в Виктории. Рядом с первой в Гастейсе часовней, ныне часовней Святой Девы Долорес в храме Сан-Висенте. Здесь они принесли присягу. Тут же, на священной земле, проводили собрания и вершили правосудие. Традиция осталась в прошлом, однако название – Арки правосудия – дошло до наших дней.
– Значит, мы стоим на священной земле?
– На месте древнего захоронения, – подтвердил Гектор. – В старой крепости Сан-Висенте было собственное кладбище.
– Мы хотели рассказать, что графы Вела и род канцлера Айяла принадлежат к одному генеалогическому древу, – вмешался Яго. – В четырнадцатом веке Фернан Перес де Айяла, отец канцлера Айялы, записал семейную родословную в книге под названием «Генеалогическое древо рода Айяла», где упомянул следующее: «Мой предок граф дон Вела возвел стены Виктории в Алаве». Однако современные историки не придавали этому большого значения: в те времена все знатные семьи искали среди своих предков какую-нибудь легендарную личность, коей и являлся граф дон Вела. Не совпадала одна деталь: дата постройки крепостной стены. Всегда считалось, что стены вокруг Виктории возвели по приказу короля Санчо Мудрого, который в тысяча сто восемьдесят первом году даровал городу привилегии. Это имело смысл: стены были призваны защитить жителей от угрозы со стороны кастильцев.
– Разве все было не так?
– Недавнее радиоуглеродное датирование показало, что эти стены как минимум на сотню лет старше, чем предполагалось ранее. Они построены около тысяча восьмидесятого года, во времена Альфонсо Воителя. Но кто отдал распоряжение? Археологи по-новому взглянули на книгу Фернана Переса де Айялы. Откуда ему было известно, что стены возведены на сто лет раньше? Возможно, он все-таки говорил правду.
– Это не доказывает, что Айяла являются прямыми потомками рода Вела, – сказал я.
– Не доказывает. И здесь нам нужно от тебя обещание хранить тайну, – обратился ко мне Яго.
– Даю слово.
– В книге Лопе Гарсии де Саласара «Странствия и удачи»[78], написанной в конце пятнадцатого века, говорится следующее: «Упомянутый граф дон Вела, сеньор земель Айяла, населенных басками и латинадо[79], умер и похоронен в соборе Санта-Мария в Респальдисе», – процитировал он.
– И это конфиденциальная информация?
– Пока да. У нас есть записи о захоронении графа дона Велы в Респальдисе, которые подтверждают, что покоящееся там тело принадлежит ему. Когда несколько лет назад встал вопрос о сохранении кое-какого семейного имущества, нам с Гектором потребовалось доказать, что дон Вела – прямой предок семьи Айяла из Кеханы. Мы получили разрешение епископа взять образцы ДНК из гробницы канцлера. Результат подтвердил, что они являлись родственниками и принадлежали к одному генеалогическому древу. Это позволило нам уладить формальности с семейным наследием, землями и имуществом. В газетах об этом не писали, речь идет о сугубо частных делах. И мы заинтересованы в том, чтобы так и оставалось.
Я уставился на них, словно видел впервые.
– Значит, вы тоже принадлежите к одной из утраченных ветвей рода Айяла? Я считал, что эта линия пресеклась, что ни один из носящих сегодня фамилию Лопес де Айяла не происходит от нее напрямую. Вот почему у меня в голове не укладываются результаты тестов ДНК.
– Да, так принято считать, и мы бы предпочли, чтобы так и было. Мы не хотим привлекать внимание общественности. Но ты прав: наша ДНК тоже совпадает с ДНК канцлера.
– Выходит, мы родственники? – спросил я слегка дрогнувшим голосом.
– Судя по всему, да, – улыбнулся Яго. – Пойдем, разве тебе не нужно забрать дедушку и дочь?
Пройдя по улице Фрай-Сакариас-Мартинес, которая в былые времена носила название Руа-де-лас-Тендериас, мы застали дедушку с внучкой в самый разгар игры в снежки. На Дебе был маленький красный берет, подаренный дедом, чтобы прикрыть ее стриженые волосы. Дедушка утверждал, что так ему будет легче заметить малышку издалека. Он по-прежнему водил Дебу в парк, где произошло похищение. Философия моего деда, в которой он воспитывал нас с Германом, а теперь и Дебу, заключалась в том, чтобы не позволять обстоятельствам взять верх и выбить нас из колеи.
– Сантьяго, как поживаете? – спросил Яго, подходя к дедушке.
– Разве мы знакомы? – удивился тот, стряхивая снег с берета.
– Это Яго дель Кастильо, – представил я. – Именно он тебя нашел, когда негодяй Тасио похитил Дебу. Яго спас тебе жизнь и вызвал «скорую». Если б не он, тебя не было бы в живых. А это его брат, Гектор дель Кастильо. Оказывается, мы родственники.
Дедушка крепко пожал им руки.
– То есть как – родственники? – озадаченно спросил он.
– Помнишь, я рассказывал об анализах ДНК канцлера Айялы из Кеханы? Так вот,
