– Ничего утешительного, мастер, – смуглый толстяк с набриолиненной прической, типичный мафиози, развел похожими на медвежьи лапы руками. – Инвесторы больше не верят нам. Они считают методы Ордена слишком радикальными. Лепечут о том, что члены «Храма Вельзевула» утратили всякую осторожность и это привело к краху.
– Позаботьтесь о том, чтобы эти говоруны испытали радикализм наших методов на собственной шкуре. На свете полно богатых недоумков. От того, что одним-двумя станет меньше, ничего не изменится. Нас станут сильнее уважать. Как поживает наш главный подопечный?
– Сестра Баалка следит за ним днем и ночью. Вы будете знать все о его планах, гроссмайстер.
– Отлично. Теперь очередь за новостями из Америки.
– Еще не все. Один из бывших друзей пытается нас шантажировать, – толстяк назвал имя и фамилию предателя. – Он на самом деле знает слишком много.
Выслушав сообщение о новом предательстве, гроссмайстер окаменел от ярости, опустил голову и впился пальцами в край стола. В течение минуты мертвую тишину нарушало только потрескивание свечей.
– Тварь! – прошипел гроссмайстер. – Им займется Бернар. Продолжайте!
В течение часа остальные члены Капитула поочередно докладывали гроссмайстеру о состоянии дел в своих приорствах и получали указания.
Из выступлений явствовало, что Орден находится на грани развала. Духовные и светские власти разных стран преследовали братьев, задерживали и заключали в тюрьмы. Удары следовали один за другим и даже глубоко законспирированная римская штаб-квартира не могла больше служить надежным убежищем. Денег, которые во все времена открывали любые двери, катастрофически не хватало. Выслушав доклады, гроссмайстер встал. Его тень упала на портрет за спиной.
– Ордену не привыкать к гонениям. Нас преследовали семь венков назад, пытаются искоренить и сегодня. Но! – гроссмайтер возвысил голос. – Клянусь прахом де Сент-Омера не пройдет и месяца, как мы вернем себе былое могущество и заставим трепетать врагов. Предатель де Молэ спрятал принадлежащие нам сокровища в одном из своих поместий. Долгие века богатства лежали мертвым грузом, а теперь послужат великой цели – возрождению Ордена! Мужайтесь, братья и ждите нашего общего звездного часа!
На улице начало темнеть. Толстяк, в котором гроссмайстер, с присущими ему проницательностью и звериным чутьем, угадал шпиона, стоял под ведущей во двор аркой. Необходимость играть роль заблудившегося простачка-туриста отпала: к вечеру улочка стала совершенно безлюдной.
Агент наружной слежки со вздохом взглянул на часы, сунул в рот сигарету и похлопал себя по карманам в поисках зажигалки. Прикуривая он наклонился, всего лишь на несколько секунд утратив бдительность. Этого оказалось достаточно, чтобы прятавшийся в зарослях винограда Бернар бесшумно покинул укрытие и оказался за спиной жертвы. Узкий стилет вонзился под лопатку шпиона. Толстяк, не издав ни звука, рухнул на землю, а каблук убийцы раздавил его дымящуюся сигарету.
Бернар возвратился в дом, прошел в зал, где заседал Капитул и прошептал несколько слов на ухо гроссмайстеру. Тот удовлетворенно кивнул, вручил штатному киллеру листок с адресом очередной жертвы и встал.
– Прежде чем расстаться еще раз напоминаю вам об осторожности. Новые потери недопустимы. Появляться здесь больше не следует. С каждым из вас я свяжусь лично.
Через десять минут из неприметной двери, выходившей на соседнюю улицу, вышел человек в сером плаще и надвинутой на глаза широкополой шляпе.
До своей конспиративной квартиры, находившейся на другом конце города, он добирался на такси. По давно заведенной привычке проехал мимо дома, через квартал остановил машину и рассчитался с водителем. Осторожность окупилась сторицей. Для того, чтобы засечь двух шпионов, гроссмайстеру хватило беглого взгляда. Первый стоял прямо у подъезда, делая вид, что пытается найти табличку с номером дома, а второй подстраховывал напарника в припаркованной у обочины машине.
Глава «Храма Вельзевула» холодно улыбнулся, расстегнул пуговицы плаща, который несколько стеснял движения и с беззаботным видом толкнул дверь подъезда. Оказавшись внутри, подбежал к лифту. Нажавв кнопку верхнего этажа, отступил в темную нишу между стеной и шахтой лифта.
Агент появился в подъезде через минуту. Сначала шагнул к лестнице. Затем вернулся к лифту и посмотрел на табло, которое отсчитывало этажи. Услыхав шорох за спиной, он начал оборачиваться, запоздало сунул руку в карман. Гроссмайстер не стал пресекать бесполезную попытку достать оружие. Он сосредоточил всю силу своих тренированных мускулов в ладонях, которые сдавили шею шпиона, будто стальной обруч.
Умению уходить от слежки, искусству убивать быстро и бесшумно глава «Храма Вельзевула» учился годами.
Он оттащил безжизненное тело в нишу, где недавно прятался сам и без помех поднялся в квартиру.
Решив проучить итальянских полицейских и отбить у них желание его арестовывать, гроссмайстер привел в действие таймер спрятанного в шкафу взрывного устройства и спустился на улицу по пожарной лестнице на другой стороне дома, оказавшись позади автомобиля второго шпиона.
Тот уже начал проявлять признаки беспокойства, а когда мощный взрыв выбросил из окна квартиры оранжевые клубы пламени, стал открывать дверцу. Безжалостный убийца мгновенно оказался рядом. Одной рукой он толкнул свою жертву в салон, а второй швырнул туда же ручную гранату. Полицейский барахтался между сиденьями. Он успел нащупать ручку дверцы, когда прогремел новый взрыв, превративший автомобиль в груду искореженного металла.
Под вой сирен полицейских и пожарных машин, гроссмайстер спустился в подземный переход и, выйдя на противоположной стороне дороги, растворился в лабиринте улиц и переулков Вечного города.
Когда суета на месте двойного взрыва уже заканчивалась и зевакам надоело стоять у желтых лент с предупредительными надписями у развороченной машины появился мужчина, заметив которого полицейские вытянулись в струнку. Комиссар Тано Свенцо поднял голову вверх, взглянул на черный проем окна, закопченную стену и констатировал:
– Ты опять упустил Шатийона, Лакки.
Упрек был адресован лейтенанту Торчи, руководившему разработкой преступного сообщества.
– Это – сущий дьявол, шеф…
– Пора бы и твоим ребятам научиться быть дьяволами! Ангелов, как видишь, твой Шатийон кушает на завтрак.
– Подавится, синьор комиссар. Обязательно подавится.
6
Луиджи Форелли довелось повидать многое. Он был свидетелем того, как из ртов одержимых бесами валил пахнущий серой дым. Наблюдал за парящей в воздухе тяжелой мебелью и слышал страшные богохульства, которые изрыгали уста людей, никогда в жизни не сквернословивших.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
