Ценой моей вечной старости было… бесплодие. Присущая мне уникальность пугала и вызывала головокружение. Однажды вечером я поняла, что случится с Солнечной системой и даже Вселенной, если я умру.
Больше не будет жизни. Больше не будет разума. Больше не будет сознания.
Во всей Вселенной – лишь пустота, молчание и тьма.
И я стала еще требовательнее к людям – моим предполагаемым защитникам.
Я преподавала им суровые уроки. Мне хотелось, чтобы они были бдительными и внимательными, заинтересованными в том, чтобы меня защитить. Да что там, я хотела, чтобы мысль об этом преследовала их днем и ночью. За любой, даже малейшей ошибкой следовало строгое наказание. Каждая неудача в космонавтике наказывалась землетрясением, тайфуном, торнадо, извержением вулкана или эпидемией.
Теперь они знали, что потерпеть неудачу означает навлечь на себя мой гнев. И тогда мои маленькие слуги в страхе стали усердно трудиться над созданием качественных ракет и атомных бомб.
Я вновь обрела надежду.
152Над лесом Фонтенбло вставало солнце. В небе роились тучи мух. Горе одним – счастье другим, и их становилось все больше. На земле процветали крысы. Они надеялись, что конец главенствующего вида приведет к правлению их собственного.
Лейтенант Жанико закончил укреплять въездные ворота научного центра НИСХИ в Фонтенбло. После дюжины нападений других банд, участники которых все больше слабели от болезни и поэтому действовали все бездарнее, команда ученых наконец получила передышку, воспользовавшись ею для того, чтобы вырастить и воспитать первое поколение микролюдей.
В рамках проекта, названного Натальей «Воспитанием личинок», они переоборудовали в миниатюрные ясли большой зал на первом этаже в левом крыле здания.
Следуя инструкциям полковника Овиц, шестеро ученых распределили между собой круг задач.
Аврора учила их говорить и считать, Давид – читать и писать (используя «Энциклопедию относительного и абсолютного знания», позволявшую быстро изучать самые разные темы, превращая занятия в игру), Пентесилея – ходить и заниматься спортом, в первую очередь стрелять из лука и выполнять акробатические упражнения.
Нускс’ия прививала им навыки оптимального питания, дыхания и сна. По ее словам, «дышать, есть и спать всем кажется совершенно очевидным, однако мало кто из нас умеет делать это правильно, и если детей научить, они не забудут этого никогда». Чтобы вдолбить им эти истины в голову, она прибегала к самым разным упражнениям.
Полковник Овиц, учитывая, что в будущем им придется выполнять функции миниатюрных лазутчиков, обучала их тактике проникновения в стан врага и ведения боя. Лейтенант Жанико, со своей стороны, не прикасался к ним вообще, опасаясь причинить боль. Остальные подтрунивали над его неуклюжестью, но сам он был убежден в том, что это не его сфера деятельности и что женщины с детьми всегда управляются лучше мужчин. Поэтому он просто предоставил в их распоряжение свои таланты строителя и ремонтника.
Между тем запас консервов медленно таял, рацион казался неизменным, и члены команды со страхом следили за новостями. Журналисты больше не выходили из своих квартир, общаясь с помощью встроенных камер ноутбуков. Смертельное наступление вируса стало постепенно сбавлять обороты. Число жертв стабилизировалось, превысив 500 миллионов человек.
Шестеро ученых почувствовали что спаслись, но отношения между ними стали напряженными. Началось все с мелких размолвок, которые Наталья тут же гасила, но пребывание в замкнутом пространстве действовало на нервы, и ссоры становились все крупнее.
Дни проходили согласно установившемуся распорядку. Завтрак в полном молчании, работа в инкубаторах, забота о новорожденных, воспитание малышей, обед, занятия, строительство домиков, соответствующих росту микролюдей, просмотр новостей, открывание банок с консервами и приготовление ужина.
Собираясь за столом, они уже не общались как раньше. Чтобы избежать столкновений, говорить о болезни и смерти было запрещено. А поскольку они придерживались разных мнений о том, как воспитывать микролюдей, то была достигнута договоренность, что в зоне своей ответственности каждый делает что хочет, и критиковать его никому не позволено. Дошло до того, что за ужином они не обменивались и парой фраз.
Как-то вечером Давид, чтобы разрядить атмосферу, обронил:
– Мой прадед как-то загадал мне загадку: как составить квадрат из трех спичек?
Все изумленно повернулись к нему. Предложить разгадать ребус в атмосфере такого напряжения казалось им сущим безумием. Наталья тут же поняла всю выгоду, которую сулил этот отвлекающий маневр.
– И каково же решение?
– Не знаю.
Она взяла три спички, положила их на стол и стала перемещать.
– Не ломая и не составляя из отдельных кусочков?
– Да, не жульничая.
– Это невозможно.
– Раз мой прадед это сделал, значит, способ есть.
Догадавшись, что Давид хочет разрядить обстановку, Аврора тоже взяла спички и стала составлять из них фигуры. Ее примеру последовали и остальные. Это позволило им забыть о голоде.
– Ты уверен, что есть решение без всякого надувательства?
– Более того, я уверен, что мы его найдем. Может, ктото один, а может, все вместе.
Его слова заставили всех улыбнуться. Наталья понимала, что подчиненные мучились от чувства вины за то, что выжили, в то время как мир снаружи превратился в ад.
Выбившись из сил, спать легли они рано.
Однажды вечером, когда Нускс’ия, сжав кулаки, спала рядом, Давид встал, подошел к окну и задумался. Вдруг его внимание привлекла какая-то тень. Он надел защитный костюм, взял винтовку и направился к могиле матери. Подойдя к ней, он услышал, как позади него что-то хрустнуло, и обернулся.
Включив фонарь, он узнал Аврору, тоже в скафандре, вооруженную винтовкой.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она.
– Я не мог уснуть, подошел к окну и увидел рядом с могилой матери какого-то оборванца.
Он осветил могилу и увидел, что произошло.
– Этот бродяга выкопал тело. Вероятно, надеялся найти что-нибудь съедобное. Некоторые настолько страдают от голода, что становятся каннибалами, пожирателями мертвечины!
Давид, как смог, восстановил могилу.
– А что ты здесь делаешь?
– Я увидела тебя.
– И что?
– Я повздорила с Пентесилеей и не могла заснуть, – произнесла Аврора голосом, приглушенным плексигласом скафандра.
– Остальные увидят, что нас нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
