— Что нет? Нет «да», или нет «нет»?
— Я имел в виду, что ваш приказ будет выполнен в полном объеме.
— Так-то лучше…
… - Господин Мороз — к ним подошел Гашек. — Мы закончили осмотр раненых. Все они будут госпитализированы. Нескольким потребуется операция, двоим срочная, в том числе генералу.
— Доктор, — вмешался полковник, — мы выступаем через два — два с половиной часа. Генерала мы заберем с собой. Прошу вас закончить операцию к этому времени.
— Да вы спятили. Это абсолютно исключено. Лучше пристрелите его сейчас. Я, по крайней мере, сэкономлю на операции… Короче, или забирайте его прямо сейчас или забудьте про транспортировку на несколько дней. Решайте, — после этих слов Гашек повернулся и направился в сторону ворот.
… - Черт. Задерживаться здесь мы не можем, оставлять генерала тоже. Через несколько часов прибудут правительственные коммандос и заберут генерала, а для него это верная гибель… Его можно где-нибудь спрятать? — обратился полковник к Максиму.
— Ну, это вряд ли. Тем более, что в госпитале наверняка есть соглядатаи. Тем не менее, если вы примете решение оставить генерала в миссии, то я готов гарантировать его безопасность.
— И каким же образом вы намереваетесь обеспечить безопасность генерала?
— Охрану внутри госпиталя обеспечить не проблема, к тому же мы поместим генерала в госпиталь не под его собственным именем, а под вымышленным, хорошенько задрапируем ему лицо бинтами, благо ранения это позволяют, и таким образом уменьшим вероятность его опознания. Если же это все-таки случиться, что, не будем лукавить, не представляется мне таким уж невозможным, мы просто откажемся выдать генерала. Ведь судьбу интернированного лица, находящегося под защитой МС ООН может решить только Международный трибунал. А он разрешения на его выдачу не даст. Что касается захвата генерала силой, то для этого потребуется провести серьезную войсковую операцию, на которую вряд ли кто решится, учитывая серьезные последствия. Миротворцы защищены надежными международными гарантиями.
— Будем надеяться, что вы правы, господин комиссар.
— А я-то как на это надеюсь, полковник.
— Простите?..
— Не берите в голову, это такая шутка. А если серьезно, то можете не сомневаться, что если правительственным войскам и удастся заполучить генерала, то только через наши трупы.
— Вы уверены, господин комиссар, в том, что говорите?
— На все сто, полковник.
Сказав это, Мороз ни сколько не покривил душой, ибо имел секретную директиву, в случае попадания генерала в зону ответственности его миссии, безопасность последнего обеспечить любой ценой.
— Я тоже подтверждаю слова господина комиссара, полковник. — вмешался в разговор майор.
— Хорошо. У меня нет другого выбора, как только довериться вам.
— Тогда будем считать вопрос с генералом решенным. Засим позвольте откланяться. Честь имею, господа.
Мороз повернулся и направился к своей палатке. Приказав дежурному будить его только в случае крайней необходимости, Максим, не раздеваясь, рухнул на койку и мгновенно заснул.
Визит непрошенных гостей.
Отряд полковника свернул лагерь еще до рассвета. А примерно через час с того направления, куда он (отряд) направился, послышалась стрельба, и прогремело несколько взрывов. Но имел ли весь этот шум отношение к ушедшим, было неизвестно, поскольку перестрелки слышались периодически с разных направлений. А в семь часов утра с КПП доложили о появлении возле ворот джипа, в котором прибыли три офицера в форме правительственных войск, и что эти господа требуют встречи с руководством миссии. Мороз приказал проводить прибывших к штабной палатке, отдал распоряжение вызвать туда же офицеров роты, старшину переговорщиков и переводчика, а сам отправился в свою палатку, дабы привести себя в подобающий вид…
… Когда Морозу доложили о том, что приглашенные члены миссии находятся в штабной палатке, а прибывшие офицеры ждут у входа, Максим перешел из своей палатки в штабную. Неприятным сюрпризом стало для него присутствие в палатке Ядвиги.
… - Доброе утро, дамы и господа, — поздоровался Максим. — А что случилось с Майклом? — этот вопрос был адресован старшине переговорщиков.
Профессор Йорк сотрудничал с ООН уже без малого двадцать лет. Принимал участие во многих переговорных процессах и поэтому в миссии Мороза он занимал пост старшины переговорщиков. И хотя на местном наречии он с грехом пополам мог связать несколько слов, его огромный опыт миротворца трудно было переоценить.
— Наш дорогой Майкл несколько переусердствовал во время утренней тренировки и повредил себе ногу. Сейчас его осматривает врач, и поэтому на этих переговорах в качестве переводчика будет выступать госпожа Ядвига, — сообщил профессор.
— Благодарю вас, профессор…
Максим был внешне вполне спокоен, хотя про себя и выдал несколько матюков в адрес непутевого «пана спортсмена».
— … Ну, если все в сборе, приглашайте наших непрошеных гостей.
В палатку вошли трое военных: два капитана и майор. Все трое имели на рукаве нашивку с головой атакующего носорога, знак их принадлежности к элите местной армии — спецназу личной гвардии президента.
— Майор Окан. — представился старший по званию — капитан Жаро, капитан Гизига. — представил он своих спутников.
Максим в ответ представился сам и представил остальных. По мере представления взгляды прибывших синхронно переходили от одного члена миссии к другому. Особого внимания гостей удостоилась Ядвига. И хотя на девушке были надеты мешковатые штаны и такая же куртка, взгляды, которыми гости одарили переводчицу, заставили Максима еще раз помянуть недобрым словом травму Майкла. Тем более что Андрис тоже заметил эти взгляды и с трудом себя сдерживал.
… - Итак, господа, — продолжил Максим, когда представление участников встречи друг другу было закончено. — Чему обязаны видеть вас здесь?
— Формальность, господин комиссар, всего лишь формальность. Нам стало известно, что этой ночью в непосредственной близости от расположения миссии находился отряд мятежников. Некоторые из них заходили на территорию миссии, а часть из них остается на вашей территории и сейчас…
— Не совсем так, господин майор. Вооруженный отряд уже несколько часов как отбыл в неизвестном нам направлении. Сейчас на подконтрольной нам территории находятся только члены миссии Красного Креста, члены миссии МС ООН и пациенты госпиталя, среди которых, помимо гражданских лиц есть несколько раненых военнослужащих правительственных войск, а так же несколько раненых, как вы изволили их назвать, «мятежников». Но все они, я имею в виду «мятежников», сдались МС ООН, были разоружены и находятся на излечении на правах интернированных.
— Я не сомневаюсь в правоте ваших слов, господин комиссар, но мой долг велит мне перепроверить полученную от вас информацию.
— Понимаю, господин майор, и не смею препятствовать.
— Отлично. Тогда капитан Гизига проверит документы у сотрудников миссии, а я и капитан Жаро, который является врачом, проверим госпиталь.
— Хорошо… Капитан, окажите содействие капитану Гизиге, а вы, майор, прихватите по дороге «дока» и проводите майора и капитана к доктору Гашеку, пусть поможет провести проверку в своем ведомстве. — отдал Максим распоряжения соответственно капитану Россу и майору Хаггинсу.
… Через несколько часов проверяющие покинули форт, и жизнь в миссии потекла своим чередом. Однако ненадолго. Ближе к вечеру Мороза срочно вызвали к рации. Вызов пришел из штаба подразделения правительственных войск, которое расположилось лагерем километрах в двух от форта.
… - Слушаю, Мороз, — сказал Максим, беря трубку.
— Господин комиссар, этот майор Окан.
— Слушаю вас, майор.
— Господин комиссар, мой командир, полковник Конг, приглашает вас завтра посетить наш штаб, часов, скажем, в одиннадцать. Нужно обсудить некоторые вопросы.
— Хорошо, передайте полковнику, что я буду.
— Спасибо, господин комиссар, всего доброго.
— И вам не хворать, — пробурчал себе под нос Максим, кладя трубку. — Кстати, дежурный, вы не в курсе, как там самочувствие Майкла?
— Трещина в кости, господин комиссар, ему наложили гипс.
— Обидно, досадно, но ладно…
— Господин комиссар?..
— Не берите в голову, сержант, а сделайте-ка вы лучше вот что… Предупредите господ офицеров, что я желаю их лицезреть в штабной палатке часиков так в 17–00. Там же и в то же время должны находиться и господа переговорщики.
— Все?
— Все. И Майкл тоже. Доставьте его хоть на носилках.
— Слушаюсь, господин комиссар.
… Когда в 17–00 Максим вошел в штабную палатку, там уже находились все приглашенные. Правая ступня Майкла была загипсована, рядом стояли костыли.
