в жбан, без них никуда, а еще они денег присылают.
Все это до крайности напоминает нынешнюю систему образования, в которой красные, белые, демократы, патриоты, западники и славянофилы разом хорошие, но плохие, но мы их все равно любим, хоть и никогда не простим за преступления перед Родиной. Кто не верит, может заглянуть в учебник истории за девятый класс.
По итогам встречного пала на все стороны выходит следующее.
Боец смешанного стиля Антон едет из Жигулевска в Москву всех бить, а феминистка Даша едет из Жигулевска в Москву всех шеймить, и закусываются уже в плацкарте, после чего он за нее всех бьет, а она его на перроне шеймит, но оказываются все равно на одной съемной жилплощади. Даша совершеннейший фрик, однако играет ее Кристина Кучеренко, у которой столь дошлый и тертый вид, что ее приходится красить в лиловый, чтоб смотрелась помалахольнее, — но все равно выходит умная Кристина в глупой раскраске. Антон (Антон Артемьев) расшивает ее косяки, но ей от альфача услуг не надо, а надо выставить его в блоге австралопитеком, чтоб набежала подписота и посильнее возненавидела мужчин. Жилье с ними делят художник Марк (Денис Власенко) и метрдотель Катя (Валентина Ельшанская). Марк рисует одних голых мужиков, но не гей, хоть это и ничье собачье дело, но выглядит подозрительно, страшно пугая милицейского папу, которого мы все за это дружно осуждаем. А Катя не курва, но от кредитки с открытым счетом не откажется — правда, только за традиционный секс, а не за БДСМ, которого хочет хозяин кредитки. И вот эти не совсем геи, не во всем дуры и не до конца шлюхи показывают нам, как сложно устроен мир, что мы и без них знали, потому что живем чуть дольше их душных родителей.
Вот что могут натворить пятнадцать (!!!) продюсеров, если соберутся всем взводом, устроят гвалт и дадут кучу взаимоисключающих указивок одному-единственному сценаристу (Дамир Мифтахов) и одному-единственному режиссеру (Радик Рахимов), у которых все равно выходит игра в чепуху, когда десять человек по очереди дописывают одно и то же письмо.
Сначала дура укрощает жлоба, а тот учит ее реалу — что страшно сближает, но независимость и плохой характер заставляют сближаться с другими, а после выкладывать в инстаграм, чтоб все заценили. В конце все объединяются против садиста, чтоб мораль читалась отчетливей, а ржач-кино сливается в политический триллер с обезглавленными кошечками. В середине влезает какой-то неуемный шутник на стремные темы, которому хочется дать по балде, но неясно кому, ибо продюсеров пятнадцать, и все держат круговую оборону.
Дело в том, что в стране случилась неуместная демократизация воровских понятий: все юные дятлы поголовно выучили слова «зашквар», «предъява» и «за базар отвечаю» и сыплют ими направо-налево, не зная смысла и веря, что никогда не окажутся в местах, где им этот смысл популярно объяснят. В итоге альфача с незакрытой судимостью морочат борьбой с предубеждениями, уверяя, что «куни не зашквар», — тогда как в известных местах такие убеждения могут привести прямиком под шконку. А потом фем-активистки еще его опаивают и сгружают на районе в женском платье и макияже — за что в тех же местах принято втыкать вилку в глаз, и все равно не отмажешься.
Так что по итогу фильм довольно смешной, но местами подлый, хотя и часто увлекательный, притом что кое-где совершенно тупой. В нем трижды спариваются и трижды рисуют обнаженную натуру, но ни одного голого тела, потому что детям нельзя. Матерятся много, но все запикано, потому что и это детям нельзя. Заниматься и обсуждать можно, потому что свобода, но видеть нельзя и слышать нельзя, потому что приличия. Кто-то пишет, что это забавно, а кто-то — что выключил на четвертой серии, и оба правы.
А отвечают за это всем известные Илоян-Шляппо-Троцюк-Жалинский, но при участии Ирины Сосновой, хотя и не без помощи Андрея Терешка и с частыми добавками Бондарева и Ткаченко, а остальные исполнительные и, должно быть, не в счет, хотя кто ж его знает.
P. S. Как же я от них от всех устал, хотя и два раза смеялся.
Тетя Аня и Хрюши «Исправление и наказание», 2022. Реж. Анна Пармас
У режиссерши Пармас тринадцать сценаристов, а с нею, преподавательницей сценарного дела, и все четырнадцать. А также постоянный пармасовский сюжет исправления пороков Божьим промыслом и Анной Михалковой (у нее все фильмы про это). Наследники усопшего казнокрада едут в Малые Тетюши к незнакомой родственнице вымогать банковские коды, сжигают ей дом и за порчу имущества попадают на поселение, где та трудится охранником-воспитателем. Радовать мстительную публику общественно полезным трудом на свинарнике. У родственницы (Михалкова) висит в кабинете портрет главного перевоспитателя ворья свинарником А. С. Макаренко, в «Педагогической поэме» которого читаем: «Сорок сорокарублевых педагогов могут привести к полному разложению не только коллектив беспризорных, но даже коллектив, состоящий из Клямеров» (имя инспектора губнаробраза, исповедующего трудоустройство всякой швали на малые деньги). Из кого состоял коллектив «Исправления», история умалчивает, но результаты труда стаи сорокарублевых сценаристов очевидны всем.
Сценаристы Пармас питают странную тягу к перевоспитанию фекальными массами и песней «А-а, крокодилы-бегемоты». В первой же серии воспиталка кидает бумаги об условно-досрочном освобождении расхитителя в сточный колодец, а после ныряет туда вслед за ним сама. В третьей наследники совершают побег через канализационный тоннель по колено в этом самом. В пятой мажорную толстуху загоняют в лохань со свиными отходами. От всего этого, по мысли Пармас, люди должны становиться лучше. Особенно если им почаще играть пионерские шлягеры «Прекрасно, если вам с утра воскликнуть хочется „ура“» и «Мы в город Изумрудный идем дорогой трудной».
Обилие детских песенок и градус педагогических излишеств тети-вохры наталкивает на ассоциации давних лет, когда актриса Михалкова вела с Хрюшами передачу «Спокойной ночи, малыши» и звалась просто тетей Аней. Характер с той поры не изменился. Тетя Аня по-прежнему верит в лучшее, пытается достучаться до сердца Хрюш посредством гипноза, физзарядки, положительных эмоций и чтения вслух воспитательных методичек. И если зона терпит ее из уважения к бескорыстию и сострадания к оптимистическому безумию, то милые родственнички, конечно, являют себя в стаде самой паршивой овцой. Толстуха-сестра во всех случаях включает попугая Кешу: как мы на Таити да какой у меня платиновый айфон. Упырь-братец любой ценой ищет коды. Мамаша их (Татьяна Лютаева) твердо встает на путь бытового алкоголизма, а мачеха (Наталья Бардо) ищет легкой жизни посредством принятия эротических поз. Тринадцать беспонтовых сценаристов ведут себя схожим образом, то на
