Читаем без скачивания Шёл четвёртый день войны - Филипп Станиславский

Когда подполковник неторопливо спустился на землю и стал спокойно взимать перчатки, с улыбкой поглядывая на летчиков, собравшихся у его машины, лейтенант смотрел во все глаза. Вроде и не произошло ничего! Будто с прогулки человек вернулся! Неужели притворяется? Но ведь один-единственный взгляд, жест может выдать лучшую игру. Нет, не играет! Самая обыкновенная человек и вместе с тем необыкновенная! Лейтенант взволнованно вздыхает - перед ним летчик особый ...

На земле тоже не теряли времени даром. Едва самолеты расставили по стоянкам, рядом будто по мановению волшебной палочки появились столики, где на летчиков уже ждал завтрак. Но так рано есть никому не хочется. Летчики это делают более ради уважения к повару, чем от голода.

... В столовой - ее оборудовали подальше от стоянок, запахов авиационного керосина, шума и гамму - для летчиков накрыли столы. Повар угощает их блинами. В такую рань есть не хочется, но не хочется и оскорблять наземный персонал. Они старались как можно лучше встретить летчиков после боя. Пустельги, в накинутой наопаш на голое - в одном только полосатом тельняшке - тело кожаной куртке, весь перебинтованный, затрагивает официанток, те отвечают и весь зал хохочет. Владимир сватает Нельсону Григоряну - крымскому армянину - пухленькую Светлану, маленькую Дунда [34] с круглым личиком и двумя детскими косичками. Пустельги ловит момент, когда Светочка появляется с пирамидой тарелок и, как настоящий сват, забрасывает словечко.

- Ты, Света, только глянь на него. Какой парень! Орел! - Володька превзошел самого себя и заливается соловьем. - После войны повезет тебя в Армению, знакомить с родственниками. Будешь есть шашлыки и купаться в озере Севан. Ты, Нельсон, будешь любить свою жену?

- Буду! - Бьет себя в гордо выступающие грудь Нельсон.

- Клянешься не изменять?

- Клянусь! - Светочка краснеет, как маков цвет, и пулей вылетает на кухню.

И вдруг ... На входе стоит Ляховский. Стало тихо. Летчики смотрят на пришельца с того света, а потом ... Затем подпрыгнули столы, попадали на пол пластмассовые стулья, загремели тарелки.

- Го-го-го ... Ленчик! - Радостный крик чуть не срывает легкий тент столовой.

- Лях! - Ляховский радостно - аж кости трещат - давит всех, кто попадает под руку. Свету поднимает за талию вверх и крепко целует в губы. Но не вырывается и только слезы ручьем текут по лицу. Да и у самого лейтенанта губы дрожат, он не может говорить.

- Ты как, откуда ... где ... если ... - Спрашивают все сразу и обо всем.

Ляховский опускает Светлану на пол и одергивает куртку.

- Тихо! - Пустельги горланит громче других. - Прекратить вопросы! Кухня! Тарелочку! Человек вернулся с того света! Светлана! Открывай винные погреба! Выбивайте втулки из бочек!

Ляховский садится за стол, крутит в руках вилку.

- Признавайтесь, кто вчера мои сто грамм за сбитые выпил? - И снова шум почти срывает тент.

Светлана на миг исчезла и снова появилась. У нее в руках пузатенький плашка "Ай-Петри" с пятью звездочками. У нее всегда на экстренный случай то есть в запасе. Зазвенели стаканы. На тарелке перед Леонидом выросла целая гора блинов. Наряду немедленно появляется сметана и немалый кувшин с легким виноградным вином. Ляховский ест не спеша, со вкусом, поливает блины сметаной, добавляет варенья. Для него в официанток персональная кварта, он запивает вином каждый кусочек блина. Когда пустеет пятая или шестая тарелка, он вздыхает с грустью и салфеткой вытирает рот.

- Хух! Спасибо, накормили. - На входе появляется командир группы вместе с капитаном Тараном.

Подполковник уже успел переодеться, он в повседневной тропическом униформе - своеобразный шик пилотов морской авиации, визитная карточка: мы не какие армейцы! Встает и козырек Ляховский, честь не отдает, поскольку с непокрытой головой. Вместе с ним вытягиваются и другие летчики отряда. Климов машет рукой - "свободно, ребята, свободно, не напрягайтесь так, в боевой обстановке можно проще".

- Ну вот, весь отряд в сборе. - Обращается Климов к командиру отряда. - Когда готовы к вылету, прошу на КП командиров звеньев. Капитан Таран, командуйте. Товарищи летчики ...

Подполковник легко поднимает ладонь к синей пилотке и вместе с командиром отряда оставляет столовую и в "зале" поднимается легкий шум, каждый стремится высказать предположение, какая работа их ждет.

... На КП командиры звеньев уже через несколько минут. Здесь собрался командный состав и остальных отрядов. Все ждут командира группы, обсуждая между тем события, которые произошли ночью. А обсудить было что.

В ночь на четвертый день войны советские флотоводцы решили нанести удар по Севастополю и городам Южного побережья Крыма. Для этого из Поти и Туапсе вышли два отряда боевых кораблей. Первый отряд во главе с крейсером "Ворошилов" и двумя эсминцами седьмой проекта прикрывал действия двух лидеров - "Москвы" и "Тбилиси", которые должны обстрелять Севастополь. Под прикрытием темноты советские корабли очевидно надеялись невыявленными дойти до заданного района, нанести удар и на полной скорости отойти под прикрытия своих истребителей. Однако "красные" стратеги просчитались. Эти корабельные группы были выявлены еще при выходе из баз Кавказского побережья радарами и теплопеленгаторы "Рубина" - воздушного командного пункта. Для удара по обнаруженным целям подняли Штурмовое авиакрыло - отряды штурмовиков, которые перебросили в Украину накануне с авианосцев Средиземноморской эскадры. Один из них базировался на авиабазе в Саках, там проходила подготовку Морская авиагруппа Климова, один - на учебном авианосце, который прикрывал нефтяные платформы в районе Змеиного. Авиационную группу с "Севастополя", которая базировалась на Донецкий аеровузол, держали в резерве. Однако она не понадобилась.

Об этом рассказали летчики, которые вместе с авиагруппой Климова отражали атаку советских бомбардировщиков на Бердянск. Увлекшись боем, пара "грифонов" потратила все топливо и вынуждена была приземлиться на аэродроме Аджимушкай, из которого работали отряды морской авиагруппы. Пока заправляли их машины, они поделились новостями со своими младшими коллегами. Рассказывали с досадой, что не удалось им поработать по своему профилю. Вся слава досталась ребятам из "Киева" и "Славутича".

Ударной группе "красных", в которой были лидеры эсминцев "Москва" и "Тбилиси" даже не дали дойти до рубежа открытия огня. Их накрыли миль за сто от Севастополя, повредив в первые восемь минут оба корабля. "Москву" потопили во втором налете "киевляне", которые базировались на "поплавку" - учебном авианосцу, который представлял собой гигантскую плавучую самоходную баржу из железобетона длиной в триста и шириной в семьдесят пять метров. Три таких тихоходные плавсредства были оборудованы всем необходимым для запуска в воздух и принятия на палубу самолетов. Именно здесь должны вскоре учиться полетам с палубы авианосца молодые летчики из группы Климова, но война помешала.

Вторую группу советских кораблей накрыли уже при ее уходе к Кавказскому побережью. Одновременный удар восьми десятков самолетов зенитки крейсера и двух эсминцев отбить не смогли. Первый удар по кораблям нанесли штурмовики с кассетными бомбами, которые уничтожили расчет зенитных орудий и пулеметов. Советские конструкторы-корабелы прочь игнорировали угрозу воздушного удара и их корабли имели не только недостаточное количество зенитных средств, но и расчеты зенитных установок не были прикрыты броней. По крейсеру нанесли удар два звена штурмовиков, сбросив по тысяча девятьсот килограммов бомб каждый - восемь разовых бомбовых контейнеров снаряженных осколочными суббоеприпасов. На открытых боевых постах крейсера не уцелел ни один краснофлотец. По каждому из эсминцев отработала звено штурмовиков, но последствия для них были еще тяжелее - погибли все командование кораблей на открытых мостиках.

А потом, почти в полигонных условиях без противодействия зенитных средств противника, по крейсеру и эсминцах отбомбились ударные звенья штурмовиков. Каждый нес по одной тисячокилограмовий бомбе и две по пятисот килограммов. От прямых попаданий и близких взрывов корабли получили такие повреждения, что продержаться на поверхности им удалось не больше часа. Спасательные самолеты подобрали из всех пяти кораблей не более двухсот уцелевших советских моряков. В плен попал и командующий эскадрой легких сил советского Черноморского флота. Разгром "красных" был полон ...

Об этой битве подполковник Климов сообщил буквально четырьмя-пятью фразами.

- Более подробнее узнаем из приказа по авиационным частям флота. - Заверши он свое сообщение о разгроме ударных соединений флота "красных". - На сегодняшний день мы получили задачу сорвать воздушный десант противника на побережье вблизи Бердянска. Слушай приказ!