— «ABC-online». Нельзя ли узнать подробности спасательной операции?
— Можно, — сказал Рохо Неи, — Я буду объяснять просто. Как уже сказали, на острове было 2702 больных, из них примерно 300 тяжелых, а 1200 — «критических», уже не способных двигаться. Дальше инженеры построили полевой госпиталь, спасатели собрали туда этих людей, а мы лечили. Мы в смысле моя бригада, доктор Кэтлин Финчли и доктор Джерри Винсмарт. Прогноз был: 1100 — потери, 800 — лечение более месяца, остальные — менее месяца. Сейчас мы имеем: 34 — потери, 229 — требуется длительное лечение, Остальные придут в норму через неделю. Около 900 человек я бы уже сейчас считал здоровыми.
— А чем были больны эти люди?
— Проще сказать, чем они не были больны. Откройте справочник «опасные инфекционные заболевания экваториальной области восточного полушария» и читайте. 4 типа вирусной лихорадки, малярия, гепатит «B», пневмания в разных формах, несколько видов энтерита, энцефалит, чума, оспа. У 72 больных — лепра. Насекомые-паразиты и прочая фауна, само собой, у всех, без исключения. У некоторых обезвоживание и дистрофия, прежде всего у детей. Это в общих чертах. Потом можно посмотреть рабочее видео, там все понятно.
— Доктор, не совсем понятно, когда началась спасательная операция?
— Сегодня в начале десятого утра, — Рохо посмотрел на часы, — точнее, уже вчера.
— Но вы говорите, что 900 уже выздоровели, а тяжело больных осталось всего 229.
— Совершенно верно.
— Это как-то слишком напоминает фальсификацию или чудо, — заметил репортер.
— На счет фальсификации можете не волноваться, — сказал Рохо, — все фиксировалось на видео в присутствие независимых наблюдателей, и ваших коллег, в том числе. Теперь по поводу чуда. Коллега Винсмарт, проснитесь, пожалуйста.
— А? — спросил Джерри, — я вобщем-то и не сплю.
Он действительно не то, чтобы спал, а просто чуть-чуть задремал.
— Пресса интересуется новыми методами, которые мы применяли, — сообщил Рохо.
— Новыми? — переспросил Джерри, — Ну, положим, сами методы не являются новыми. Это биоактивные наноботы, они придуманы в начале века, реализованы в лабораториях лет 10 назад, а их практическое применение идет уже 3–4 года.
— Это какие-то секретные испытания? — уточнил репортер «Europe monitor daily»..
— Ничего секретного. В Новой Зеландии, например, наноботы широко используют против инфекционных болезней овец: энцефалита, оспы, чумы, различных энтеритов.
— С овцами понятно. Я спросил про человеческие лекарства на этой основе.
— Видите ли, такие препараты не разрабатывались специально для человека. В этом нет особой необходимости, ведь инфекции сходны у человека и у других теплокровных.
— Но у вас же оказались человеческие лекарства, не так ли?
— Нет, — ответил Джерри, — Мы использовали препараты, выпускаемые для собак, овец и крупного рогатого скота, а при пневмониях — препараты, выпускаемые для кур.
В студии в очередной раз повисла напряженная тишина.
— Вы вводили людям препараты для скота? — переспросил обескураженный репортер.
— Для скота и домашней птицы, — педантично поправил Джерри.
— Позвольте, но это же недопустимо!
— Почему?
— Но ведь это запрещено.
— Возможно, в вашей стране и запрещено, — вмешался Рохо Неи, — а у нас нет.
— Вы хотите сказать, что в Меганезии принято лечить людей, как животных?
— В Меганезии людей принято лечить так, чтобы они выздоравливали.
— Но ведь 34 человека умерли от этого лечения, вы сами сказали.
— Вы как-то странно интерпретируете данные, — спокойно ответил Рохо, — Напоминаю, что к нам в один прием поступило более тысячи «критических». 23 из них умерли раньше, чем мы успели им помочь. 11 больных умерли после начала лечения. Такие неудачи бывают при любом методе. При своевременно начатом лечении легочной формы чумы обычными методами, умирают 40 человек на 1000, и никто не говорит, что причина смерти — лечение антибиотиками. Для лихорадок Денге, Эбола, Марбург и желтой лихорадки, смертность при обычном лечении составляет 60 человек на 1000. При отсутствии лечения смертность от этих 5 заболеваний близка к 100 процентам. Если больной поступил уже в критическом состоянии, обычное лечение малоэффективно. Следовательно, заниматься критическими больными мы должны бы были лишь в последнюю очередь.
Репортер посмотрел на врача с некоторым недоумением.
— Простите, вы, наверное, хотели сказать «в первую очередь».
— Нет, в последнюю. При ограниченном ресурсе персонала, надо начинать с больных, для которых лечение эффективно, а не с тех, которые практически безнадежны. В противном случае, вы рискуете упустить время и потерять как тех, так и других.
— Ограниченном ресурсе? — переспросил репортер, — А что вам мешало пригласить через ООН врачей из разных стран, привлечь дополнительные…
Его прервал звонкий щелчок, это лопнула пополам авторучка в руках у Кэтлин Финчли.
— Рассказываю для тупых, — ровным голосом начала она, — За всю историю, ООН ни разу не обеспечила работу врачей на месте эпидемии быстрее, чем за трое суток. Меганезийцы сделали это меньше, чем за сутки. 2 дня разницы — это жизнь сотен людей, потому что при лихорадке Марбург, например, через 2 дня человеку нужен уже не врач, а могильщик.
— Знаете, мэм, — обиженно пробурчал репортер, — За всю историю были случаи, когда кое-какие ученые ставили смертельные опыты на людях, а потом пытались оправдываться тем, что, мол, это делалось из-за сложного стечения обстоятельств и для пользы дела.
Доктор Джерри Винсмарт вздохнул, потер ладонями виски, встал из-за стола, подошел к репортеру вплотную и аккуратно взял его двумя пальцами за воротник рубашки.
— Вы сравнили меня с нацистскими врачами-убийцам. Да или нет?
— Возможно, я не совсем точно выразился…
— Напротив, вы очень точно выразились.
Кэп Джед Олдсмит тоже встал из-за стола, быстро подошел к Винсмарту и положил тяжелую ладонь ему на плечо.
— Док, вы хотите врезать этому ублюдку?
— Я задумывался об этом.
— У меня лучше получится, — заявил австралийский капитан.
— Отставить, — сказал Тхе Киет, как-то незаметно вырастая между ними, — Подеремся как-нибудь в другой раз. Тут не очень удобно, да и мы собрались, вроде как, не для этого. Вы, Джед, могли бы рассказать журналистам чего-нибудь вроде впечатлений.
— Я? — переспросил Олдсмит, — Это о чем, к примеру?
— «The Times» Как принималось решение об участии Австралии в спасательной операции?
Кэп поправил снежно-белый китель (специально надетый ради пресс-конференции) и многозначительно сообщил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
