первая жена не была истинной, лишь ее тело? И ее убили? Ядом Розалинды? И тогда с какого времени в теле появилась настоящая истинная, бывшая сестра?
Я думал, думал, и совершенно ничего не понимал. При этом стал замечать, с тех пор, как в нашем доме появился каратель и оборотень, моя настоящая жена стала одеваться гораздо откровеннее и сексуальнее, чем раньше.
Открытые декольте, обтягивающие фасоны, вычурные прически. Она изменилась. И неприятный холодок пробежал внутри.
Она старается для них? Оборотня или карателя? Или обоих?
И чем больше думал, тем больше ненавидел себя, за свою нерешительность.
Однажды, возвращаясь через деревню после осмотра агатовых шахт, я заметил, как знакомое платье промелькнуло между деревьями. Элоиза? Зачем она пошла в лес?
Я побежал за ней, ступая осторожнее, чтобы не выдать своего присутствия. Нехорошая догадка пришла мне в голову.
И я оказался прав. Там, возле ручья ее ждал каратель, с букетом желтых цветов.
Она сначала тушевалась, а потом он заключил ее в объятья и она ответила. Они целовались. Страстно и горячо.
И я не мог ошибиться, я помнил это платье. В нем она подписывала бумаги на развод, встречала стражу, когда Адриан пытался оговорить ее и обвинить в привороте.А теперь бегала на свидение к другому.
За тот мучительный день я выучил каждую складочку на нем, каждую рюшу, потому что не отводил от своей жены глаз.
Не дожидаясь, когда свидание перерастет во что-то более существенное, я улетел в поместье и заперся в своей комнате.
Сначала я хотел ее наказать, высказать, все что думаю, но когда остыл, понял, что вины как таковой ее в этом нет. Это я плохо к ней относился, заставил уехать в поместье, а когда вернулся, так и не предпринял активных действий, находясь постоянно в разъездах.
А она молодая и красивая женщина, это естественно, что она ищет тепла. И нашла. А я …
Я решил не докучать ей своим вниманием, сохранить наши отношения как в детстве, словно мы брат и сестра. И довольствоваться малым. Радуясь, что Элоиза счастлива со своим горячим мужчиной. И не мешать им.
Но с каждым днем мне становилось труднее и труднее сдерживаться. Я смотрел на жену и по-прежнему ее страстно желал.
Поэтому, когда она предложила мне вернуться в свой столичный особняк, я с облегчением выдохнул. Наконец-то моя мучительная пытка прекратится.
Сам я ни за что не смог бы покинуть ее, продолжая страдать и мучиться от неразделенной любви.
И вот я целую неделю здесь. Один. В своем особняке. Я ничего не хочу. Мой дракон перестал выходить на связь, затаился и не показывается. Грустит. Как и я. Как мое раненое сердце и душа.
Вчера мне пришло очередное анонимное письмо. Я его сжег в камине, не читая.
Хватит грязи. Я желаю Лиззи счастье, а она счастлива без меня. Я для нее – обуза. Навязанный муж, за которого и замуж то не она выходила, а ее предшественница.
Все справедливо. В свое время я незаслуженно обидел ту девушку, теперь мучаюсь я, искупляя вину.
Я пошел и налил себе бокал драконьего вина. Так хотелось забыться.
Сделал глоток, второй. Неожиданно засветился камень связи. Я подошел.
Неизвестный уверенный женский голос живо поинтересовался:
- Ричард?
- Да. А вы кто?
- Я Лариса, подруга вашей жены, Лизы.
Я оцепенел. Какая подруга? Почему у нее камень, который я отдал жене? Меня нет неделю, а у жены появились подруги? Что-то стряслось? Что с Элоизой?
Я поставил бокал на стол и схватил камень обеими руками.
- Что случилось? Где Элоиза? – спросил с волнением в голосе, боясь услышать ответ.
- Ничего не случилось. Но скоро случится, если ты – чурбан бесчувственный, не перестанешь бегать от жены и прятаться по поместьям.
Я начал закипать от гнева. Это кто такая вздумала меня учить?!
- Да ты… - начал возмущаться, но меня наглым образом перебили.
- Побереги свой пыл для супруги. Ты мне одно скажи, у тебя кто-то есть? Женщина, баба, наложница, или кто там еще может у вас быть?
- Нннееет. – ответил я, не понимая куда она клонит. - Я люблю только жену.
- А что тогда убежал, сверкая чешуйчатым задом?!
- Да ты… - вновь заревел дракон.
- Ой, да ладно, на правду не обижаются. Лучше скажи, что как ошпаренный умчался, забился как крот в нору и сидишь, носа не кажешь.
Я замялся.
- Лиззи сама меня попросила улететь…
- Оххх. – заворчал женский голос. – И почему мужики такие тупые?! Сказала – «не хочу», значит хочет, но обиделась. Сказала «улетай» – значит обними крече и тра… как следует, чтобы дурь из головы вылетела. А ты как маленький, честное слово. Не подросток, целый Генерал вымахал, а ведешь себя как настоящий трус. В общем, ответь честно, ты любишь Лиззи?
- Люблю. – сказал после долгой паузы, приходя в себя от словесного напора неизвестной собеседницы.
- Чудесно! Она тоже тебя любит. Ну вот почему эти два влюбленных идиота не могут друг другу в этом признаться? Рррр. – казалось, девушка говорит сама с собой.
- А каратель? – осторожно спросил я. Язык, развязанный вином, задавал вопросы, которые терзали мое сердце и отравляли душу.
- А что с ним? У него своя баба есть, ему бы с ней разобраться.
- Но я видел их своими глазами, они целовались.
- Не может быть. – уверенно возразила эта Лариса. – Тебе к окулисту пора, зрение проверить. Всю неделю моя подруга рыдает, из спальни не выходит, все страдает от неразделенной любви к мужу. А ты гадости рассказываешь.
- Я узнал ее платье. – я очень хотел, чтобы подруга поняла, что она заблуждается, и жена меня не любит.
- Платье? Аааа…кажется догоняю…Так Лизок девице Лютого половину своего гардероба подарила. У той всего одно платье было. Еще вопросы есть? Колись, что еще напридумывал?
Я рассмеялся. Ее манера общения сначала меня смутила, но сейчас я даже нашел в этом определенное очарование. Она говорила открыто, без обиняков, высказывала, все, что думала.
- А оборотень? Он красив, молод, горяч.
- Ага, а еще он ее питомец, которого она с руки кормила, по шерстке гладила, и какашки за ним убирала. Неужели ты думаешь, что после этого ее торкнет на него как на мужчину?
Я поморщился. Признаюсь, с этой стороны не думал. То есть получается, Элоиза наряжалась для меня? Ждала
